Этот день.
Весь оставшийся день я провела у себя в комнате, даже Эмилия, которая зашла ко мне, не стала расспрашивать, о чем я так переживаю после похода к директору в кабинет. Она всегда знала, когда стоит сделать паузу в расспросах. Подруга понимала, что я сама скажу все, когда буду готова.
Она знала меня. А я ее. С самого детства. Ещё со времён приюта.
Возможно, так сложится, что мы в последний раз разговариваем. Я старалась не показывать даже вида, не то, чтобы говорить о побеге и остальных моих тайнах. Пусть лучше она возненавидит меня, чем я втяну ее в такое. Ведь если мы с Лассом сбежим, первую поведут к менталистам ее. Проверять знает ли девушка, что-то, переворачивая при этом каждый уголок ее воспоминаний. Меня уже мучило чувство вины, за ее будущие головные и душевные боли.
Разговоры о наших лучших моментах дружбы в этот вечер, все больше напоминали прощание.
На удивление, спала я отменно, переживания отобрали много сил. Проводив Эмилию, я села на кровать почитать книгу. Да так и уснула прямо в одежде в обнимку с томиком, описывающим виды бытовых артефактов.
Утром стало не легче, переживания и чувство бессилия давили на меня словно гранитная плита. Плохое предчувствие не давало отвлечься от мыслей о снятии проклятия ни на секунду. Вскоре назначенное высшим советником время стало приближаться. Мы договорились пораньше с утра провести процедуру, чтобы к обеду я уже могла сразиться в полную мощь на арене, показав при этом на что способна. И конечно это была идея Вэлкана. Уже надев свою обычную боевую форму, я ждала появления менталиста, который обещал зайти за мной с утра. Вскоре раздался стук в дверь, и я поспешила ее открыть.
— Доброе утро, Аэлина, ты готова?— спросил мужчина передо мной.
Это был Вэлкан.
В коридоре за, его плечами, так же стоял Ласс и директор Маркус, который переминаясь с ноги на ногу, выдавал свое волнение и страх. Не припоминаю, чтобы хоть когда-то учеников академии сопровождали сразу три высокопоставленные персоны. Обстановка все больше становилась напряжённой.
— Доброе утро,— поздоровалась я, при этом немного наклоняя вперед голову, как требовали правила при встрече с высшим. — Не ожидала, что за мной придут все. Растерянность и удивление на моем лице, конечно, свидетельствовали о правдивости этих слов.
Вскоре мы уже шли по длинным коридорам академии. Ласс был очень серьёзен и даже не пытался говорить со мной. Вэлкан также абсолютно не выдавал никакой эмоции на своем суровом лице. Лишь директор шел рядом, взволнованно перебирая ткань своей длинной туники, давая ещё один повод думать о плохом исходе дела. Все это действо больше напоминало поход к месту казни, а не путь к освобождению от проклятия.
— Проходите на арену, я же подготовлю Аэлину к процедуре снятия печати,— властным тоном приказал Вэлкан. Внутри все сжалось, мне не хотелось оставаться с ним наедине. Ласс также напрягся, но, все, же сделав над собой усилие, скрылся за дверями зала арены. Когда мы остались одни, Вэлкан повернулся в мою сторону.
— Для безопасного снятия печати я подготовил артефакт, — сказал он, и достал из кармана увесистый браслет, состоящий из двух полукругов соединяющихся подвижной петлей для движения с одной стороны, и защелкивающимся замком с другой. На внутренней гладкой поверхности украшения виднелись выгравированные светящиеся магические символы, прочесть которые я не могла, а значит, артефакт был древним, один из тех, что считались крайне редкими. На внешней стороне золотого изделия красовались замысловатые узоры, выложенные из сверкающих изумрудов. От вида такого шедевра дыхание невольно остановилось.
— Мне может угрожать опасность?— все же спросила я.
— Проклятие уже часть тебя, не хочу даже предположить возможность, что ты пострадаешь или ощутишь боль, когда его начнут снимать, — сказав это, Вэлкан посмотрел на меня с искренним переживанием. На мгновение мне даже стало стыдно, что я так плохо думала о нем, — К тому же, артефакт обладает сильной защитой. Если не успеешь отойти на приличное расстояние от освобождённого змея-хранителя, он защитит тебя от любой угрозы.
Затем Вэлкан расстегнул рукав моей рубашки и защелкнул браслет на левой руке, которая была чиста от метки.
— Артефакт очень редкий и ценный, поэтому пусть будет спрятан под тканью,— сказал оборотень, опуская и застегивая манжету обратно. — Теперь я буду спокоен, — кажется впервые после нашей ссоры в лесу, я увидела тепло в глазах волка. Это дало мне надежду, что все не так плохо в нашем с ним общении, и я просто надумала себе лишнего.
Уже с приподнятым настроением я спустилась и встала на песчаной площадке в сердце арены рядом с магом. Он подошёл и принял мою вытянутую к нему руку. Ту самую, на которой находилась метка. Аккуратно оголив ее, менталист обхватил руку своей широкой ладонью. Затем провел большим пальцем по метке от змеиной головы, и до хвоста, та сверкнула под его касанием, вздрагивая. Зрелище поражало.
Недолго думая, Ласс зацепил змея за крючковатый хвост и потянул, доставая полностью наружу. Тот, мигая и сверкая, быстро стал увеличиваться, при этом обретая самую настоящую плоть. Уже через секунду, показывая свои смертоносные белые зубы, на нас смотрело черное пятиметровое чудовище.
Мигнув желтыми глазищами, змея бросилась в мою сторону. Не теряя времени, я стала быстро убегать с поля. У ворот меня уже ждал Вэлкан, и, словив на ходу одной рукой, перекинул за ограду. Я уже ждала удара зверюги о защитный магический купол, но его не последовало. Вместо этого змей взвыл от боли — менталист уже пробрался к нему в голову и беспощадно плавил мозги рептилии.
Стоять и наблюдать за тем, как Ласс сражается с моим проклятием в одиночку, было невыносимо. Хотелось хоть чем-то ему помочь. Но он справлялся. Вытянув руку, менталист стал управлять зверюгой: та уже наносила сама себе смертельные раны. Когда змей обильно истекал своей черной кровью, маг схватил с земли заранее припасенный арбалет, и стал стрелять непрекращающейся чередой стрел прямо в пасть свирепого животного. Через мгновение голова змея опала с глухим громким ударом на землю. Мигнув магическим светом, огромная туша исчезла, будто ее и не существовало никогда.
Проклятие было снято.
"Так быстро и легко? - мелькнул вопрос в голове - А я так долго считала эту метку чем-то неподвластным никому, сильным..."
Но вдруг все присутствующие посмотрели на меня с удивленным выражением лица. Да что говорить, они смотрели во все глаза!
- Что? — только и успела испуганно выговорить с недоумением.
— Элементаль, Аэлина, ты и, правда, элементаль, мои подозрения оказались правдой... — сказал Вэлкан, как-то даже расстроено.
Я перевела глаза на себя и в тот же момент поняла причину, по которой так привлекла их внимание — кожа моя испускала разноцветные лучи, образуя при этом вокруг настоящую светящуюся радугу. Каждая из сил имела свой цвет, и все эти цвета переливами выходили из моего тела. Белый — сила воздуха. Голубой — сила водных стихий, Оранжевый — сила огня. Зеленый — сила земли. И красный — сила проникновения в разум.
— Что теперь со мной будет? — осторожно задала вопрос высшему.
— Ты поедешь со мной в столицу. Совет будет решать твою дальнейшую судьбу, — выдал оборотень. Он явно понимал, что ничего хорошего меня там не ждет, но отступать не собирался.
Моего отчаявшегося взгляда на Ласса хватило, чтобы маг незаметно выхватил из-под брони спрятанный артефакт перемещения и быстро двинулся ко мне с площадки. Магическая вещица была как глиняный небольшой флакон с нарисованными на нем письменами. Маг ловко перепрыгнул ограду и обхватил меня за талию, приподняв над полом. Затем сжал флакон и раздавил его в руке. Мир вокруг задрожал. Я перестала понимать, что происходит. Образ Ласса стал бледнеть.
— Нет! Нет! Не может быть! — только и успел закричать с выражением ужаса на лице, менталист. Его хватка стала ослабевать. Маг ещё пару раз махнул руками пытаясь ухватиться за мое тело, но вскоре он окончательно растворился в воздухе, переносясь в Сардонское Королевство, как мы это и планировали ранее. Я же, больно ударившись, опала на деревянный пол.
— Артефакт запирания, — пояснил высший, кивнув на мое левое запястье, — Он не дал магу тебя переместить. Сам же изменник пусть отправляется хоть в драконью пасть!
— Но я хотела с ним переместиться! — с надрывом прокричала, глотая уже льющиеся ручьем слезы.
— Тем хуже для тебя! Совет будет очень недоволен! Ты хоть понимаешь, что значит такая сила для Электианской империи? С ней можно выиграть войну! А если такая сила грозит перейти к врагу? Вы ведь в Сардонию собирались сбежать, не так ли? — грозно задал вопрос высший, грубо поднимая при этом меня с пола, ухватив за предплечья.
По моему молчанию он понял ответ и продолжил.
— Как думаешь, что советники сделают с элементалем, если узнают, что тот намеревался сбежать в Королевство, с которым они воюют? Живое оружие в руках врагов!
— Я не хочу воевать, не хочу губить невинных в войне! — отвечала все больше погружаясь в истерику.
— Поверь, тебя переубедят. Как переубедили меня и многих других до нас, — на что я только злобно фыркнула не отвечая.
— Маркус, распорядитесь собрать все наши вещи с госпожой в дорогу, мы завтра же отбываем в столицу, — приказал Вэлкан забытому всеми директору, который все это время находился на верхнем ярусе арены и наблюдал в оцепенении за развернувшейся сценой.
Меня же объяло страдание. Госпожой... Он назвал меня госпожой. Это так напоминало о Лассе. Казалось, я буду помнить его последнее выражение лица вечно. Теперь мы не увидимся никогда, промелькнула мрачная мысль в голове.
Но разве я такая слабая теперь? Нужно попробовать сбежать. Я же свободна, и я всемогущий элементаль. Дальше я напряглась и сконцентрировала свою ментальную силу на двух мужчинах перед собой — ничего. Стоят себе, один слушает распоряжения, другой их раздает. Тогда я попыталась сделать самое простое для меня — создать огонь. Пара искр лишь сверкнули, срываясь с кончиков пальцев. В этот момент Вэлкан, привлеченный попытками применить магию развернулся ко мне.
— Ничего не выйдет, Аэлина. По крайней мере, пока на тебе этот браслет. Отпереть тоже не пытайся, только я могу это сделать,— при этом он показал малюсенький ключик, болтающийся у него на шее, на блестящей цепочке. Затем спрятал его сразу обратно под одежду, — Теперь ты полностью бессильна. И ты в моей власти, эти браслеты были созданы много тысячелетий назад, существами, что обладали непомерными силами. Возможно, даже сильнее тебя. — Сказал мужчина мрачно.
— Ты изначально планировал меня поработить… — прошептала, догадавшись о его изначальных намерениях, но волк хорошо расслышав, лишь отвел глаза. Директор к этому времени уже отправился выполнять поручения, и мы остались одни. Не сдерживая накопившейся ярости, я глупо бросилась на оборотня с кулаками. Он легко сгреб меня в охапку и брыкающуюся завалил к себе на плечо.
— Отпусти сейчас же!— зло прокричала ему, продолжая биться на его плече и колотить по каменной широкой спине.
Он отнес меня прочь из зала арены и поставил на ноги уже в коридоре, где его ожидали незнакомые для меня маги. Судя по броне, они были из личной охраны высшего.
— Заприте госпожу в комнате напротив моей. Только поосторожнее с ней. Поставьте магический барьер на окна и на двери, чтобы не посмела сбежать. Завтра с утра мы отправляемся к дворцу, — отдал приказы Вэлкан и сам быстро ушел в противоположную от нас сторону, при этом заметно нервничая.
Теперь меня, брыкающуюся и кричащую, потащили, ухватив под руки, его цепные псы. Мы привлекали взгляды множества ошарашенных студентов. Но все они шли своим путем, иногда лишь приостанавливаясь и сочувственно глядя мне в глаза. Некоторых я знала и училась с ними годами. Как я и думала — никто не встал между высшим и мной. Вдруг на нашем пути мелькнула рыжеволосая девушка, ее большие глаза были широко открыты. Эмилия слышала, какой приказ отдал высший, по ее шокированному лицу сразу это читалось.
— Что произошло?! Почему мою подругу хватают?! — бросилась девушка ко мне на помощь.
— Так приказано Вэлканом Алтурионским, высшим советником императора, — холодно и громко ответил один из громил удерживающих меня под руку.
В этот момент, Ар, который стоял с раскрытым ртом позади Эмилии отряхнулся от шока, и, схватив девушку, оттянул ее подальше, не давая напасть на имперскую охрану, при этом быстро что-то говоря ей на ухо. И только когда я покачала головой в отрицательном жесте, чтобы подруга не наделала глупостей, она перестала биться в его руках.
Меня же, подталкивая, повели дальше по коридору. Мой самый страшный сон воскрес наяву...