Глава 28. Начало истины.
Flame in the Shadow//Tina Mise
Глава 28. «Начало Истины»
— Я ничего не понимаю, — сказал Кайл, плюхаясь в кресло напротив Тины. — Кто они вообще, эти Раэль'Коры? Почему они такие... надутые? И кто у нас теперь Королева, кто Императрица, и почему все шепчутся, будто Элайн — не просто вдова, а какая-то угроза вселенского масштаба?
Тина устало поставила чашку с вином на стол и повернулась к нему.
— Хорошо. Один раз. Только потому, что ты принес мне шоколад. Объясняю.
— Слушаю, о Великая Хранительница Бреда.
— Молчи. Смотри.
Империя Сар'Вейлан — это не просто страна. Это система. В ней есть Великие Дома. Каждый управляется королём и королевой. Дориан, например, был королём Дома Тар'Мелион. Элайн — его королева. Теперь — вдова. И формально, власть её касается только одного Дома.
— Но! — подняла палец она. — Над всем этим стоит Император. Или Императрица. Они не принадлежат ни одному Дому. Они — верх власти. Они соединяют всё. Империя слушается только их.
— Как ты.
— Я не Императрица. Я наблюдаю. И, иногда, исправляю.
— А ты сказала, что была Императрицей?
— Нет, Кайл. Я была — чем-то большим. Потом расскажу. Когда ты заслужишь.
Он фыркнул.
— А эти Раэль'Коры?
— Считались мёртвыми. Оказывается — нет. Два дракона: Вейр и Лаэрисса. Брат и сестра. Старый Дом. Хитрые, красивые, опасные. Претендуют на трон, потому что считают, что Элайн не справится.
— И их главная карта — что она вдова?
— Ага. Типа плакать мешает править. Но они забыли одну мелочь.
— Какую?
— Элайн — не просто вдова. Она — Дракон. И она пережила смерть того, кого любила. Это не делает её слабее. Это делает её неудержимой.
Кайл притих.
— А чего они боятся?
Тина посмотрела в окно, где рассвет тлел над столицей.
— Что она станет Императрицей. Не по крови. А по праву. Что Империя выберет её. Что небо, пепел и даже те, кто мёртв, встанут на её сторону.
Он усмехнулся.
— Страшная, значит?
— Нет. — Тина встала. — Она — нужная. А это гораздо страшнее. История боится не королев. История боится тех, кто не был никем — и стал всем.
Кайл задумчиво пожевал угол пледа:
— Ладно, с Раэль'Корами понял. Более-менее. Но можно теперь объяснение всего остального? Типа... с чего вообще началось всё это?
Тина закатила глаза, взяла второй бокал вина — для терпения.
— Всё началось с неё. С Элайн. Обычная девочка. Слишком умная. Слишком сильная. Слишком... не вовремя родилась.
— Ну, это у многих проблема.
— Только не у неё. Она родилась с пламенем в крови. Не в смысле «страсть к жизни», а буквально. Она — Дракон. Но никто не знал. Даже она сама. Пока однажды ей не дали роль невесты Принца.
— Романтика?
— Почти. Только сначала они поссорились. Потом полюбили. Потом поняли, что это не выбор — а приговор.
— А потом?
— Потом начались пророчества, нападения, тайные мятежи, магические ловушки, званые ужины, где подают отраву с улыбкой, и бал, после которого ты либо женат, либо мёртв. Или оба варианта.
Кайл кивнул:
— Нормальная молодёжная жизнь, ага.
— Она училась. Писала книгу. Боялась себя. Влюблялась. Отталкивала. Возвращалась. Потом поняла — весь мир хочет либо её убить, либо использовать. А некоторые — и то, и другое сразу.
— И вместо «нет» она выбрала «сгорю, но сама»?
— Именно. В этом разница. Элайн не спасают — она спасает. Даже если от неё самой.
— А Дориан?
— Дориан — редкость. Мужчина, который любит не вопреки силе женщины, а за неё. Он принял её. Он выбрал её. Он сгорел ради неё. И исчез. Наверное.
Кайл нахмурился:
— Подожди. «Наверное»
Тина только улыбнулась.
— Всё не так просто. Особенно с Драконами.
Он уставился в потолок:
— А мы-то кто?
— Мы — часть её истории. Я — чтобы оберегать. Ты — чтобы напоминать, что мир не должен быть таким серьёзным. А ещё — чтобы таскать мне чай.
— Вот, чувствую себя важным.
— Ты важен, Кайл. Даже пепел кого-то греет. А ты — уголь. Живой. Упрямый. И вечно болтающий.
Он усмехнулся, встал, подошёл к окну.
— А если всё закончится плохо?
Тина тоже подошла. Смотрела вдаль.
— Тогда... это будет её финал. Но не конец. Потому что даже если сгорит всё — останется история. А историю, как ты знаешь...
— Пишешь ты?
— Верно.
_______________________________
Вейр помнил тот день.
Не потому что небо было кроваво-рыжим — это случалось часто в изгнании. Не из-за крика сестры, который расколол лес — она всегда кричала громко.
А из-за одного имени.
Имени, которое никто тогда не понял.
Имени, которое сжигало, как клеймо на коже.
— Элайн? — переспросил он тогда, глядя на старого мага. — Ты уверен?
Старик только кивнул, утирая кровь со лба. Он был последним, кто сбежал из Тар'Мелиона с древними хрониками.
— Элайн Рав'Калис. Она — Пламя. Та, что не должна была родиться.
Вейр тогда не поверил. Он смеялся.
— Девочка? Из восточной провинции? Вы называете её наследием Дра-Кар'Аэлов?
— Она не наследие, — прошептал старик. — Она — спусковой крючок.
Теперь, годы спустя, он сидел у карты Империи, и имя «Элайн» больше не казалось смешным. Оно звучало, как приговор. Как трещина, которая делит мир на "до" и "после".
Он не ненавидел её.
Он боялся, что она права.
Что Империи нужны не короли. А те, кто умеют гореть.
Но даже если это так — он не собирался уступать.
Он не выжил в изгнании, чтобы стать фоном в её легенде. Он не вырвал трон из грязи, чтобы положить его к её ногам.
— Либо я стану Императором, — прошептал он, — либо я стану причиной, по которой она им не станет.
«Иногда драться приходится не потому, что ты прав. А потому, что другого пути нет.»