Глава 20. Пламя зовёт.
Flame in the Shadow//Tina Mise
Глава 20. «Пламя зовёт»
Айрен'Тал будто замер в дыхании. Дворец, улицы, башни — всё стояло в предвкушении, как перед бурей. Но буря была не в небе. Она нарастала в сердцах.
Площадь у Северных Врат
— Это правда? — спросил ребёнок с дракончиком, нарисованным на щеке.
— А если и правда? — ответила продавщица у лавки. — Пусть хоть кто-то говорит честно.
— А она сильная?
— Она живая. Этого уже достаточно.
Вокруг Элайн всё чаще слышалось не «девушка из Дома Эйрен», а Пламя Империи. Люди начали носить амулеты с её символом. Кто-то — из веры. Кто-то — из страха.
Тронный Зал. Днём
Императрица стояла у карты Империи, расставляя миниатюрные знаки домов.
— Завтра — праздник весеннего сбора. Ты и Дориан выйдете вместе. Это будет официальным ответом всем, кто сомневается.
— То есть я объявляю себя?
— Нет. Ты просто перестаёшь прятаться.
Элайн кивнула. Глаза — спокойные. Но внутри — огонь.
— Совет примет это как вызов.
— Совет давно решил, что ты — угроза. Ничего не изменится. Кроме того, что теперь у тебя будет корона.
Вечер. Тайная галерея над Залом Совета
Дориан не должен был там быть.
Он шёл по верхнему коридору, когда услышал голоса. Осторожно замер в тени, за одной из ниш. Внизу, в полумраке — Императрица Сайра и один из магов Совета.
— Пророчество ясно, — говорил маг. — Два Дракона. Один — Пламя. Другой — Жертва.
— Я знаю, — ответила Сайра. — Я читала строки своими глазами, когда ты ещё учился колдовать с закрытыми глазами.
Пауза.
— Но, Вэл'Сарн, послушай: Элайн будет жить. Это не обсуждается. Она — неотделима от Империи. От будущего.
— Тогда... другой?
— Да. Если кто-то должен исчезнуть — пусть это будет он.
Тишина. Плотная, глухая.
Наверху, в темноте, Дориан не издал ни звука. Ни вдоха.
Он просто стоял. И слушал.
А потом... развернулся. И ушёл.
Не разозлённый. Не уничтоженный. Просто — молча приняв то, что уже знал. Глубоко. Без слов.
Ночь. Каменные залы. Его покои.
Он не спал. Он сидел у окна, глядя на мерцающие огни города. В руке держал кольцо — тонкое, простое, без гербов. Оно было её размером.
— Ты будешь жить, — прошептал он. — А я стану твоей историей.
Он закрыл глаза. И впервые с детства — не боялся сна.
Башня Хроник. Тина
Она писала. Быстро. Почти судорожно.
> «Он услышал. Не сказал ни слова. Ни мне, ни ей. Но его шаги уже идут по углям. И в этот раз — он не остановится.»
Слёзы на краю век.
Но не от боли. От понимания.
Утро следующего дня. Внутренний двор Дворца
Цветы. Ткань. Золото. Всё — в ожидании.
По мраморным дорожкам ходят служанки с тканями. Мастера устанавливают арку для церемонии. Всё кажется слишком красивым... для чего-то, что может закончиться трагедией.
— Они делают это, как будто праздник, — пробормотала Тейлин, стоя с Элайн у окна.
— А разве нет? — ответила Элайн. — Они хотят верить, что мы — ответ. На всё.
— А ты веришь?
Элайн не ответила сразу. Потом — да.
— Верю в него. И в то, что вместе мы сильнее любого пророчества.
Зал подбора венца
Императрица смотрела, как Элайн примеряет венец. Он был тяжёлый — серебряный с языками пламени, выгнутыми как крылья.
— Он когда-то принадлежал моей бабке, — сказала Сайра. — Она воевала, рожала, правила. Три империи палли под её рукой.
— Я не хочу три. Я хочу одну. Но живую, — тихо сказала Элайн.
Сайра кивнула.
— Тогда пусть этот венец горит на тебе. Пусть они не забудут, что ты — не украшение, а выбор.
Вечер. Комната Дориана
Он одет — не в броню, не в мантии, а в простую тёмную рубашку. Перед ним лежит письмо. Недописанное.
— Если я скажу ей сейчас... — начал он, но замолчал.
Кайран, его младший брат, стоял у двери.
— Ты изменился. С тех пор, как спустился с башни.
— Я просто понял, что такое любовь, — сказал Дориан.
— Она поймёт?
— Нет. Но это и не нужно. Главное, чтобы она жила.
Кайран не ответил. Только сжал руку брата.
Ночь. Ложи над тронным залом
Народ собрался. Завтра — объявление. Не свадьба, ещё нет. Но появление пары на публике, впервые открытое.
— Эвина? — спросила Элайн.
— Да?
— Ты же чувствуешь ложь?
— Магически — да.
— Я что-то пропускаю?
Эвина задумалась. Потом покачала головой.
— Он не врёт. Но он уже что-то выбрал. И ты это почувствуешь... скоро.
Поздняя ночь. Башня Хроник
Тина писала всё быстрее.
> «Свадьба зовёт. Но зовёт и огонь. Она надеется. Он молчит. Завтра всё начнётся.»
Она отложила перо.
И прошептала:
— Если бы только ты знала, Элайн... кого теряешь, пока выбираешь жизнь.
Отлично. Тогда завершаю главу 20 в нужном духе — без самой свадьбы, но с мощным финальным напряжением, приближением судьбоносного момента, и тихим предзнаменованием.
Ночь перед официальным выходом.
Тишина. Неестественная. Даже ветер затаился.
Элайн стояла одна в зале перед зеркалом. Белое платье висело на ширме. Символ. Ожидание. Решение.
Она провела пальцами по линии кулона.
— Сколько ещё я должна молчать, прежде чем они услышат?
За её спиной шаги. Дориан. Он подошёл, не касаясь.
— Завтра ты выйдешь к ним. Не как невеста. Как выбор.
— А ты?
Он улыбнулся, но в его глазах жила тень.
— Я уже выбрал.
Они смотрели друг на друга. Без слов. Без обещаний.
И в этой тишине — родилось что-то последнее. Или вечное.
На башне Хроник Тина смотрела вниз, на дворец, сияющий огнями.
Кайл спросил сзади, полушёпотом:
— Всё идёт по плану?
Тина не обернулась.
— Планов больше нет.
Она открыла новую страницу в тетради.
И написала:
> «Пламя зовёт. Завтра оно выйдет к народу. Но не все знают, что за это уже заплачено. Только один — молчит. Потому что выбрал не себя. А её.»