Любовь
Утреннее солнце пригрело сухую кожу на щеке Джозефа, и его мозг окончательно проснулся, но глаза даже не собирались повторять это действо за своим начальником. Веки немного приоткрылись, и теперь только ресницы преломляли солнечный свет, воссоздавая радужные полосы. Джозеф попытался задуматься о сегодняшней роли, более того, он даже решил, что сегодня он будет поэтом. Но его грезы и мечтания прервались голосом из динамиков, которые пронеслись по комплексу на приличной громкости. "Доброе утро! Сегодня вы станете чуточку здоровее", - это была запись голоса Фиджи. Он сразу же узнал это жеманный тон. "Нет, мне необходимо вернуться в город, чтобы рассказать, как Фиджи ведет свои дела", - подумал про себя Джозеф, и сразу же открыл глаза. Перед ним стоял Александр, его знакомый по комплексу, который ввел его в курс лечения. Он стоял с широкой улыбкой, и сложенными за спиной руками.
- Ну, здравствуй, Джо, давно не виделись, - он протянул ему свою руку. Его бледная кожа переливалась на солнце, и если посмотреть на него под углом, может показаться, что его голова прозрачная.
- Доброе утро, Александр.
- Просто будь аккуратнее, команда может и подвести, а вот твое "я" останется тебе верным навсегда, - он развернулся и медленным шагом стал удаляться от Джо.
- Подожди, а почему ты не с нами? - он догнал своего знакомого, который явно этого ожидал.
- Разве я тебе не говорил? Будь внимательнее к словам, прощай, - Александр сел на скамейку и направил свой взгляд на солнце, он даже не пытался прищуриться, а строго смотрел на звезду, которая питала его. Питала его своим неведомым магнетизмом, насыщая каждую клеточку этого исхудалого тела. Александр был на столько умен, что он мог обходиться лишь тремя словами, чтобы быть полностью понятым в любой дискуссии. Джозефа поражала его стойкость и верность своей философии.
- Извини, что снова побеспокоил, но разве не ты мне говорил, найти друзей, которые помогут мне разобраться? Разве я снова ошибся? Что же со мной не так? - Джо обхватил голову обеими руками, направив свой испепеляющий взгляд на мокрый асфальт. Каждое утро комплекс очищали от различного мусора проточной водой. Но на самом деле внутри не могло быть мусора, никак. Ведь откуда ему появится, если кроме комплекта одежды пациент ничего не имеет, а санитарам запрещается что-то выносить собой из своих кабинетов. Под мусором понимались рвотные массы. Санитары в "ЛБ" являлись носителем почти верховного статуса, в отличие от настоящих больниц, выше только лечащий врач. Их всего три, и к каждому приписана группа, которой он "занимается", давая поручения своим подопечным.
- Ты нашел. Но ты так ничего и не понял. - Строго ответил Александр, зажмурив свои глаза.
- Но тогда..., - его собеседник поднял руку и тыльной стороной ладони поднес к своим губам, дав понять Джозефу, что он больше не желает разговаривать. Прозвучал протяжный одиночный писк, приглашающий на завтрак. Из общего ангара потекли люди, в основном мужчины, все короткострижены и безобразно худы. Их движения были синхронны, а головы были опущены. Эта картина угнетала, неужели Джозефу предстоит превратиться в одного из таких "пациентов"? Проследив за нескончаемой колонной несколько минут, он встал и направился в общую столовую, которая находилась на противоположной стороне купола от смотровой площадки. Джо был единственным, кто шел вне рядов, совершенно один. Словно проросшее семя в пересушенной земле, он старался не пасть, не дать возникнуть новому "я". " Где же Джим и остальные?" - думал про себя он, пристально осматривая каждого в надежде увидеть ту самую девушку и мужчину с удлиненными темными волосами. "Они точно должно быть здесь, только если их уже не поймали. А что если их отправили в одиночную камеру? А вдруг я останусь один?" - тревожные мысли оккупировали его сознание. Позабыв обо всем, он побежал к тому самому складу, где произошла их первая встреча. Джо бежал быстро, звонко шлепая босыми ногами по асфальту. Его память не сохранила точного положения склада, поэтому он стал проверять каждый, резко дергая дверь на себя. Однако, все оказались заперты.
- Что-то ищешь? Или может кого-то? - голос прозвучавший позади был ему знаком, это она. - Ты, верно, ударился головой, иначе как объяснить твое поведение, - она улыбалась ему, как улыбался далеко не каждый. Её нежная улыбка буквально душила его, и он не мог восстановить дыхание. - За мной, Джо, - она с силой оттолкнула дверь, которую он только что пытался отпереть, от себя. Она знала его имя.
- Как тебя зовут? - спросил Джо, схватив её за руку. - И куда мы бежим?
- Имена нужны только для глупых, Джо, - засмеявшись, она выдернула руку и ринулась вперед. Джозеф устремился за ней, забыв о своей тревоге. Её широкая белая футболка развивалась во время бега, не давая покоя его взгляду. С каждым шагом мрак окутывал сильнее и сильнее, это означало одно - они уже почти на месте. Стук сердца барабанил в такт с его мощными ударами ног по асфальту, если бы не она, Джозеф скорее всего вернулся бы в комплекс и полностью оставил свои мысли об это навязчивом побеге. - Мы на месте, - они остановились, в пустой темной комнате, где пахло бензином. Что-то насторожило Джозефа, и он стал медленно пятиться назад.
- А где наша команда?
- Зачем тебе они, мы можем с тобой выбраться, а вся эта совместная работа только лишь для глупых. Мы же с тобой не такие, Джо? - Она подошла к нему поближе, коснувшись своим аккуратным носом до его щеки. Тело Джозефа неистово задрожало, в его жизни это было первое прикосновение со стороны женского пола.
- Джозеф, - произнес он. - У меня есть имя, значит я глупый? - он резко отстранился от нее, и тут же повернулся назад, но его попытка вернуться снова в комплексе оказалось неудачной, ведь вряд ли желание может остаться в голове, когда твоя шея охвачена холодом металлического предмета.
- Лучше бы ты послушал меня до конца, Джо, - в её руках находился небольшой металлический цилиндр, вес которого был достаточен для полного уничтожения человека. - Ты самый глупый человек, поэтому ты полезен для меня. Я заметила, что ты имеешь связь с одним из санитаров, думаю это не секрет, что если об этом узнают, то ты попадешь в одиночку, так же как и твой дружок, - она отошла от него и намеренно сделала плевок на пол. - Вот так, - её маленькая босая стопа размазала слюны по ледяному полу, оставив большое темное пятно. - Вот так, был ты силен, а стал пустым и не нужным.