Глава 24: Ложь становится явью
Глава 24
Ложь становится явью
— Стой-стой, Лэйла, давай ещё раз, — просит Николас. — Ты хочешь сказать, что Энди один из тех ребят в костюмах?
— Да, именно так! — Подтвердила Лэйла. — Подчерк записки для Фионы, и от Энди, совершенно идентичны. Заметь, каждая извилина, они даже одинаково исправили букву"и", на "а". Это многое говорит.
— Хорошо, допустим обе бумажки действительно написал Энди. Даже если так, почему ты решила, что он носит один из стихи... Кхм... браслетов, ты говорила, что каждый из них носит некие "браслеты". Это же могло быть обычным совпадением, я про записку.
— Нет! Не могло, — опровергнула она. — Зачем Энди писать записку такого типа? Он буквально прямым текстом говорит, что это он убил крысу. Я не думаю, что Энди с лёгкостью смог бы это провернуть. Большая вероятность того, что эти браслеты приносят физическую помощь, а может ещё что-то... К тому же, это объясняет почему он смог выжить после взрыва квартиры, а родители — нет. Ещё я могу напомнить одну из моих улик, которую я нашла как раз таки на месте его бывшего жилья. А именно кусок голубого кристалла, чем-то похожим, был покрыт костюм того парня в синем. Я хотела прослушать записи разговоров Энди, но к сожалению исчезла связь. И я не смогла разузнать больше информации.
— Фух, хорошо, я приму твои сведения, — подправив очки, вымолвил Ник. — Возможно ты и права, стоп, ты сказала, связь пропала... Почему?
— Понятие не имею, — отвернулась она. — Кстати об этом, так как ты разбил смартфон, от злости. Я бы хотела отдать свой, тебе.
— Свой? — Переспросил Николас. — Зачем?
— Как это, зачем? У тебя же нету телефона, а так, ты будешь на связи.
— Ты же сказала, что сеть пропала.
— Её же восстановят рано или поздно. А пока что, бери. У меня есть второй. Я обычно использовала этот телефон как хранилище, для различных улик и фотографий. Не волнуйся, я всё перекинула на основной. Можешь взять.
— Ты серьёзно? Готова отдать мне свой телефон?
— Ну, конечно! Ты же мой друг, я не могу оставить всё как есть. Я должна тебе помочь.
— Даже не знаю как тебя отблагодарить...
— Не нужно, Николас. Ты и так многое для меня делаешь. Не представляешь, как же мне приятно, что ты выслушиваешь мои глупые бредни.
— Ошибаешься, они не глупые. Я верю, что ты говоришь правду. И ты сможешь далеко продвинуться, если продолжишь в таком же темпе.
— Спасибо, — смущённо, улыбнулась она. — Я заметила, что ты стал более дружелюбнее, с того момента как поспал. Значит, вся проблема крылась за твоей бессонницей.
— М...да, ты безусловно права, как и всегда, — молвит Ник, направляясь к выходу из домика. — Давай, Лэйла, я хочу прогуляться.
— Да, конечно, давай, — слегка расстроенно, вымолвила та. — Стой Ник, я...
— Что?
— Я...я, я хочу чтобы ты спросил у Сандерса насчёт связи. Была бы признательна. А то мне трудновато, без неё, без сети.
— Хорошо, пока.
— Пока!
Выйдя из четвёртого домика, Николас направился не к Сандерсу, а к своему другу Энди. Прямиком в третий домик. Он подошёл к двери, долго колебался, и в итоге ему на встречу вышел Билл, он открыл дверь прямо перед ним, стукнув по лицу.
— Ай! — Воскликнул Николас, поднимая очки с земли. — Ты что творишь?
— Лоб болит? — Спросил Клинтон, рассматривая его лицо. — Бывал я в похожей ситуации. Неприятное ощущение. Ты меня извини, но не стоило как идиот стоять перед дверью. Можно было догадаться, что кто-то, возможно, решит выйти. Я вижу, твой интеллект до этого не додумался.
— Не чего мне тут грубить, — толкнув Билла, лишь слегка тронув его плечо, сказал Николас. — Дай мне пройти, я хочу поговорить с Энди.
— Николас, не стоит трогать меня своими руками, — остановив Ника, сказал он. — Я не люблю нечистых людей. И я сейчас не про твою физическую чистоту.
— Что тебе от меня нужно? — Дав одолжение, спросил Николас. — Просто позволь мне поговорить с ним. И перестань пудрить мне мозги.
— Хорошо, я тебя и не задерживал, — пропустив Николаса, сказал Билл.
Николас вошёл в домик, огляделся, и никого не заметил.
Повернувшись к Биллу, он спросил:
— А где Энди?
— А я и не говорил, что он здесь, — отвечает Билл. — Какое счастье! Вот и он. Энди, к тебе тут гости.
— Эм... кто? — Поинтересовался Энди, просунув голову в домик, через дверь. — Николас? Что ты тут делаешь?
— Я пришёл сюда, для того чтобы поговорить с тобой, — сказал Николас, параллельно с этим, Энди входил вовнутрь. — И ещё, извиниться за свои... слова.
— Пожалуй, я оставлю вас наедине, — вымолвил Билл, закрывая за собой дверь.
Как только Билл вышел и закрыл за собой дверь, в комнате повисла напряжённая тишина. Энди молча снял панаму, небрежно повесил её на вешалку и, не поднимая глаз, поставил корзинку на тумбочку рядом с Николасом. Они оба словно чего-то ждали, но никто не решался заговорить первым.
Энди сел на кровать, склонил голову, глядя исподлобья, и, чуть сузив глаза, медленно проговорил:
— Извиниться? За что?
— За моё дурное поведение, — ответил Николас, сев напротив него, на кровать. — У меня было плохое настроение, я чувствовал себя паршиво. Не мог выспаться, всё время думал об одном и том же. Сон меня обходил стороной, вот я и... повёл себя таким образом, за что я, прошу прощения.
— А я, разве обижался?
— Разве, нет? Я думал тебя задели мои слова. Раз ты, мне...
— Врезал?
— Да.
— Николас, зачем ты сюда пришёл?
— Чтобы извиниться перед тобой. Зачем же ещё?
— Я про главную цель твоего визита.
— Энди, я хотел у тебя спросить. Знаю, тема возможно больная. Но всё же. Что действительно произошло в тот день?
— Про какой день ты говоришь?
— Меня тогда не было. Я был в деревне, в начале июня. Твои родные... Они... Сам понимаешь. Можешь рассказать, что именно произошло?
— Тебе и впрямь, так интересно узнать. Но всё известно же. Я пришёл домой, почувствовал запах газа, меня вывели родители. Затем произошёл взрыв. Всё произошло очень быстро. Я не успел опомниться, как всё поменялось в мгновение ока.
— Ты лжёшь. Знаю, защищаться враньём сильная вещь, но явно не крепкая. Каждый день, пока я здесь пробыл, думал лишь о своём отце. Который в итоге оказался не тем, кем я его считал. Он даже не являлся моим настоящим папой. Мой биологический отец, погиб ещё несколько лет назад. А этого, лишь подменили, и меняли часто, что даже не сосчитать. Моей матери лгали, моему брату и сестре... И мне. Вся моя жизнь состоит из сплошной лжи. Всё моё существование, это эксперимент самовлюблённого учёного. Который считал себя, чуть ли не всемогущим. И смотря на то, что он воссоздал, я начинаю в это верить.
— Ладно, признаюсь, — отводя взгляд, неуверенно молвит Энди. — Ты прав, я вру. В этой истории есть детали, что остались за кулисами. Но я не могу поделиться. Не хочу.
— Тогда расскажи, откуда на твоём лице, эти раны? Словно иголками протыкали, хаотичным способом.
— Это следы от стекла, они порезали моё лицо, после взрыва.
— А синяки по всему телу? Тоже стёкла? Или тебя кто-то побил? Когда вы купались в бассейне, я обратил внимание на твои ссадины. Это не похоже на обычные раны. Прошу, поделись.
— Я говорил тебе тоже самое, а ты меня отверг. И вообще, зачем тебе это?
— Меня постигла такая судьба, на своей шкуре испытал, что значит, — хранить все секреты в себе. И могу сказать, не самое хорошее, что можно было бы сделать. Разве не лучше прожевать всю боль, затем выплюнуть эту ношу? Я готов тебя выслушать, ты просто расскажи.
— Х...хорошо. Брат, слушай, в тот день, на самом деле, ко мне пришёл...
Энди только собрался начать свой рассказ, уже подобрал нужные слова, когда дверь с грохотом распахнулась, и в домик ворвался Билл. Он шумно зашёл внутрь, будто намеренно создавая суету, и сразу же направился к Николасу.
— Тебя там зовут, — быстро сказал он. — Мы… эээ… нашли что-то странное в песке. Золотую штуковину. Сандерс говорит, что ты в таких вещах разбираешься, а сам он понять не может, что это.
Билл говорил уверенно, но что-то в его голосе выдавало ложь. Возможно, слишком поспешные слова, слишком наигранная обеспокоенность. Он почти вытолкнул Николаса за дверь, настаивая, чтобы тот поторопился.
Как только Николас ушёл, Билл осторожно выглянул в окно, убедился, что тот действительно ушёл, а затем закрыл дверь на замок. Обернувшись к Энди, он шагнул ближе и заговорил шёпотом:
— 'Приятель, ты что, хотел рассказать ему про браслеты? Мы же договорились все вчетвером, что эта тайна останется строго между нами'. Разве не так?
— Но он мой друг, очень близкий. Ему можно доверять, — веря в свои слова, говорит он.
— Атомс, ты не видишь как он тобой манипулирует? Николас намеренно подбирает такие слова, чтобы убедить тебя, в своей невиновности. А ты забыл, как он высказался насчёт твоей семьи? Мне казалось, что друзья такого не говорят.
— Он извинился! Ник не стал бы манипулировать мной. Мы же друзья, братья в конце концов.
— Откуда ты знаешь, что это его останавливает? Кстати говоря, он совсем недавно извинился и перед Лэйлой. Не замечаешь странную последовательность? Сперва перед Лэйлой, затем перед тобой. Он просто пользуется твоей наивностью. Ему нужно совсем другая информация. И он, почти сумел вывести её из тебя. Если бы я всё это время не подслушивал вас. Кто знает, чтобы ты рассказал.
— Так, стоп! — Вскочив с места, воскликнул Энди. — Ты нас подслушивал?
— Конечно, ты ведь сам ничего не можешь.
— Но он же, мой брат. Мы ведь близкие люди, он бы не стал...
— Бе-бе-бе-бе, достаточно мямлить! Возьми себя в руки, и голову тоже. Будь трезвым.
— Нет!
— Не будешь трезвым?
— Нет, я не буду слушать твои идиотские мысли. Николас не такой, он мой друг и брат. И мне плевать, что он сказал. Со всеми бывает. И откуда тебе знать, что он извинился перед Лэйлой? Их ты тоже подслушивал?
— Ошибаешься. Она мне сама рассказала.
— Чего...? Зачем?
— Она также как и я, видят в нём другого человека. Осталось и тебе, принять этот тяжкий факт.
— Чушь!
— Ты совсем отсталый!? Не видишь как он пользуется тобой? Обрати внимание на его поведение, его каждое слово таит за собой особый смысл. Он всегда не договаривает. Вечно лжёт, чего сам и признаёт. Вся его жизнь состоит из лжи, и он продолжает заполнять свои деньки, грязными словами, что не имеют честности. С такими людьми нельзя иметь, ничего общего. Если потребуется, откажись от усыновления.
— Билл! Что ты такое говоришь? Совсем сдурел?
— Напоминаю, ты хотел рассказать человеку, который никак не связан с теми событиями в Погране, о браслетах. Эта информация должна быть только между нами. Лишь мы вдвоём можем знать об этой истории целиком, среди всех в лагере. Микаиль тоже знает, конечно, но я его поймаю, уже начинаю догадываться, кто именно им является.
— Всё, хватит! У тебя уже паранойя начинается.
Энди вышел из домика, с громким хлопком.
— Эх, лишь бы ты ничего не намудрил... Что же ты скрываешь, Николас Армстронг?
Николас пришёл к детской площадке, оглянулся, и увидел только Свадрифа, Демахумруна, Малсируна и Лэйаба, — это ребята нарезали круги вокруг площадки, общаясь на разные темы. Но на песочнице, никого не было.
— Ты мне солгал, — пробормотал Николас. — Значит Энди чуть ли не рассказал мне то, о чём нельзя было знать. Это и побудило Билла отогнать меня, и отвлечь. Получается Лэйла права, Энди и вправду носил, или до сих пор пользуется стихиолантом. И судя по книге, у него синий стихиолант. Самая крепкая броня из существующих. Вот я и нашёл одного из Цветов. А кто остальные? Хотя нет, нельзя делать поспешных выводов. Возможно Энди собирался рассказать мне не о стихиоланте. А о чём-то другом. Ладно, сейчас это не самое важное. Куда важнее, найти Рафаэля, и прикончить...