Глава 21: Фазовые переходы
Глава 21
Фазовые переходы
Николас только собирался встать, после того, как Рафаэль кинул его в барную стойку. Однако Рафаэль, побежал на него с криками, и стукнув по земле как горилла, врезал ему по лицу.
Рафаэль выглядел словно ожившая химера из различных состояний материи. На уровне пояса его тело превратилось в вязкую, жидкую субстанцию, которая позволяла ему вращаться с поразительной скоростью, словно юла. Верхняя же часть оставалась твердой, и с каждым новым оборотом он наносил удары по голове Николаса, словно тяжелым молотом.
Однако в какой-то момент вращение резко прекратилось. Рафаэль схватил голову Николаса правой рукой, а его левая рука в тот же миг потеряла свою плотность, обратившись в нечто текучее, будто ртуть. Но это длилось всего миг – жидкость моментально вновь затвердела, и теперь обе руки, твердые как камень, крепко сжимали голову Николаса, лишая его всякой возможности вырваться.
После чего, Рафаэль швыряет своего противника через себя в сторону, противоположной от барной стойки, стены. Николас останавливается в воздухе, и сразу оборачивается назад, чтобы увидеть Рафаэля, однако его там нету. Обернувшись обратно, он видит перед собой, — зловещую картину: перед ним возвышался Рафаэль, его тело было почти полностью растворено в воздухе, словно густой туман, колыхавшийся в безмолвии. Лишь голова оставалась прежней — каменно-коричневой, грубой, напоминающей скалы высоких гор. Она висела в воздухе, неподвижная и тяжёлая. Далее, туманные руки Рафаэля, начинают избивать Николаса прямо в воздухе, при попадание, кулаки твердеют на секунду, затем снова принимают газообразную форму.
Николас прикрывается ладонями, словно маленький ребёнок, но тот, использует эту ситуацию против него самого. Рафаэль сжимает кисти Николаса, и крутит его вместе с собой как волчок.
Фиолетовый открывает портал, который не ожидал увидеть Коричневый. И они вдвоём залетают во внутрь. Через миг, двое оказываются на крыше библиотеки "Гофмана".
Ленточки на голове Николаса, уже давно все порвались и отпали с его лица.
Появившись на крыше библиотеки "Гофмана", Коричневый стремительно скользил по поверхности, будто поток лавы, но в последний момент остановился, вонзив в крышу свои каменные ноги, колени и массивные пластины, напоминающие горные валуны. Даже его рука была покрыта грубыми камнями, словно часть древней скалы.
А Фиолетовый, напротив, не касался поверхности – он парил в воздухе, скользя плавно и бесшумно, будто тень, плывущая по небу. Его фигура медленно снижалась, пока он наконец не коснулся крыши, безмятежно приземляясь напротив своего противника.
И вот, наконец, казалось бы, наш герой встретил кого-то равным себе по силе. Есть одно — но, Николас никогда не искал таких людей. И даже не рассчитывал, что найдётся такой человек. Особенно со стихиолантом. Поэтому, эта ситуация ему показалась очень плачевной. Он вообще не собирался драться с кем-то, думал, что будет просто убивать своих противников, как семечки грызть. Поначалу так и было, до встречи с ним:
— Чёртов говнюк! — Воскликнул Рафаэль. — Ven aquí y lucha como un hombre (Испанский) "Иди сюда, и дерись как мужик". Чё ты пялишься на меня, фиолетовый гандон!?
— "Я никогда не думал, что мне придётся драться, — размышляет Николас, потихоньку отходя назад. — Даже не знаю почему, но я не хочу идти ему на встречу. Как только он мне врезал по лицу, я потерял самого себя. В таком состоянии, нельзя продолжать".
Коричневый снова рванул вперёд, с силой ударяя по крыше библиотеки, словно разъярённая горилла. В беге он внезапно превратил свои ноги в воду, скользя по поверхности, как змея, а затем полностью растворился в воздухе, став газом, и, словно пуля, метнулся в сторону цели.
Но тот, не теряя ни секунды, открыл позади себя портал, шагнул внутрь и захлопнул его, исчезая в неизвестность.
Рафаэль, стремительно вылетев за край крыши, завис в воздухе, удерживаемый собственной силой. Его ярость не знала границ. Он размахивал руками, его голос разносился над зданием:
— Где ты?! Куда ты пропал, сучий говнюк?! Сучий кусок дерьма!
Николас переместился в лес, находящийся около лагеря.
Он сел облокотившись о дерево, а вокруг него была небольшая полянка, по краям которой росли деревья и кусты. Солнце только садилось, и тень отражалась перед Ником. Рядом слышался отдалённый звук ручья, и кваканье лягушек. Что-то колыхалось в кустах, а по земле пробегал рой муравьёв, они беззаботно собирали себе улов. Но Николас стукнул кулаком по их дороге, убив нескольких насекомых.
— Оранжевый, — вымолвил Николас, затем с него снялся фиолетовый костюм.
Маскировочный костюм всё ещё оставался на нём. Но его одежда — пиджак, рубашка, штаны, галстук — теперь казалась ему великоватой, как будто сшитой для кого-то гораздо крупнее. Даже обувь болталась на ногах, ведь он за секунду уменьшился в размерах.
Лицо вспотело, капли скатывались по вискам, а дыхание сбивалось. Прошлая стычка с Коричневым выбила его из колеи, заставив сердце колотиться в груди. Он провёл ладонью по лбу, пытаясь стереть пот, и достал смартфон. Нужно было позвонить. Кому-то. Немедленно.
Но пальцы дрожали так сильно, что он едва попадал по экрану. Символы и цифры плясали перед глазами, кнопки ускользали. Злость охватила его, как вспышка пламени. В порыве ярости он со всей силы ударил кулаком о ближайший камень.
И в этот миг, реагируя на удар, сработал стихиолант.
— Ай, блин! — Воскликнул Николас, почувствовав боль. — Так, успокойся Николас. Ты не пугаешься, никогда. Мы же всегда остаёмся трезвыми, во чтобы то не стало. Только подумай, скольких мы перебили. И тебя испугал какой-то простофиля с артефактом такого же характера, что и твой? Пф, чушь. Я не боюсь никого. А я, и не боялся его. Это было... просто отступление. Да, отступление, так оно и есть. Я понял, что устал после очистки мусора, и не могу продолжать работу. Поэтому я, и решил отдохнуть...
Николас общался, буквально сам с собой, успокаивая самого себя. При этом, говоря от одного лица, никак не меняя поведение. И не отвечая. Затем он замолчал, молчал долго, смотря в одну точку. Слышал каждый шорох вокруг, но не отводил взгляда.
— С кем я... Разговаривал? — Задумчиво, проговорил Ник. — Хотя, общение с самим собой... здесь нет ничего удивительного. Оранжевый. Нужно позвонить Стефану, и сообщить о произошедшем.
Он набрал его номер, и позвонил.
— Слушаю вас, — сказал собеседник. — Армстронг, говори.
— Я закончил дело, но... Я оставил очень много улик.
— Нужно обсудить это вживую. Давай встретимся. На том же месте.
— Что, нет, стой Стефан, там нельзя находиться...
— ... — ...он просто сбросил трубку.
— Зачем, ты... ОТКЛЮЧИЛ ТЕЛЕФОН!? — Разъярённым голосом, прокричал Николас. — Заносчивый нарцисс!
Николас, стиснув зубы, выкрикнул эту фразу, и в следующую же секунду его рука судорожно сжалась вокруг смартфона. Вспышка гнева захлестнула его, и, не раздумывая, он размахнулся и со всей силы швырнул телефон вперёд.
Гаджет со свистом пролетел несколько метров и с глухим треском врезался в ближайшее дерево. В мгновение ока корпус раскололся, экран с хрустом отделился от основы, а в воздух взметнулись мелкие детали – винтики, кусочки пластика, даже батарея, которая с лёгким хлопком вылетела в сторону.
Некоторое время после удара стояла тишина, нарушаемая лишь редкими звуками падающих на землю обломков. Николас стоял, тяжело дыша, глядя на то, что осталось от его телефона. Его пальцы всё ещё дрожали, а в груди бушевала злость, не находя выхода.
— Стой, стой... — ...пробормотал он, и начал быстро ползти к обломкам своего смартфона. — Зачем я его швырнул? Тупая башка! Так, стоп, это что такое?
Николас шагнул ближе к разбросанным обломкам своего телефона. Взгляд скользнул по разорванному корпусу, треснутому экрану, рассыпавшимся деталям… и вдруг застыл. Среди всего этого хаоса, на влажной земле, лежала его SIM-карта. Но что-то в ней было не так.
Она выглядела странно. Размер – стандартный, форма – привычная, но вот чип… В самом центре золотистого контакта была крошечная, будто впаянная деталь – тонкая серебристая пластинка, испещрённая крошечными символами. Николас никогда раньше не видел ничего подобного.
Он медленно наклонился и поднял SIM-карту, поворачивая её в пальцах. Свет падал на неё под разными углами, и ему показалось, что пластинка с символами слегка мерцает. Внутри у него шевельнулось странное предчувствие, но он подавил его.
Присмотревшись, Николас заметил ещё кое-что – едва заметный разрез, делящий SIM-карту пополам. Как будто она могла раскрываться. Сердце забилось чуть быстрее. Осторожно, кончиками пальцев, он начал медленно раздвигать две половинки.
В тот же миг раздался оглушительный взрыв.
Руки Ника, начиная с локтей — переменили свой вид, теперь они стали похожими на тушёнку, вымолотую через блендер. Косточки выпирали из-под кожи. А сама плоть свисала как шторы. Передняя часть лица Николаса, приобрела горелый облик. Кожа на лице, вся сгорела в миг, и стали видны лишь лицевые мышцы. Глаза окрасились в красный оттенком. Пиджак, почти весь сгорел. Даже галстук, взрыв не пощадил.
Стихиолант не защитил Николаса, ведь руки взорвались один миг, и браслет просто отлетел от взрыва.
Единственное спасение Николаса на данный момент, это надеть свой фиолетовый костюм, и тогда он сможет восстановить свои увечья.
Он пошатнулся, и повернув своё тело, обнаружил браслет в метре от себя. Казалось бы расстояние не самое большое, однако для него, это не мало.
Издавая душераздирающие звуки стонов и криков, он продолжает медленно и с трудом, ползти дальше, используя лишь ноги. И в итоге он подходит к стихиоланту очень близко. Выкидывает чёртову туфлю с ног. И неторопливо надевает браслет себе на ногу, помогая пальцами на ноге.
И тут, он осознаёт, что ничего не может произнести. Его губы исчезли, а ему они как-никак нужны для произношения командного слова. Слегка подумав, он приходит к одному решению, но очень рискованному. Николас приподнимает свою голову, и со всей силы ударяет ею по земле. И как ожидалось, костюм действительно сработал.
В следующую секунду на него стремительно наделся фиолетовый костюм — он словно соткался из воздуха, мгновенно облепив его израненное тело. Николас вскрикнул, когда по нему прокатилась волна жгучей боли. Кожа, содранная взрывом, стремительно затягивалась, мышцы сокращались и восстанавливались, обугленные пальцы вновь появлялись, а обнажённые кости скрывались под новыми слоями плоти. Казалось, каждую клетку пронизывали раскалённые иглы.
Сквозь слёзы и стон боли он наблюдал за тем, как его тело восстанавливается. Минуту назад он был на грани смерти, но теперь… Теперь он снова был целым.
Наконец, восстановление завершилось. Николас медленно выдохнул, всё ещё потрясённый произошедшим. Он поднял руки, провёл пальцами по коже — гладкой, без единого шрама. Тело больше не болело. Он был жив.
Но радость длилась недолго.
Где-то вдалеке раздались голоса. Тяжёлые шаги, быстрые и уверенные, приближались.
— Это здесь, — прокричал Лука, где-то вдалеке. — Точно вам говорю. Взрыв, здесь был кабум!
— Ты уверен, мальчик? — Спросил охранник лагеря, который решил пойти с ребятами на поиски Николаса. — Мне показалось, что дым шёл не с этой стороны. Разве не с восточной стороны?
— Что? Какой ещё восточной стороны? — Спрашивает Лука, приближаясь к Николасу. — Дядя, вы о чём? Лэйла, Энди, давайте быстрее. Вдруг, что-то стряслось. Бежим!
И сразу шаги стали громче, отчётливее. Кусты раздвинулись, и на маленькую полянку вышли: Лэйла, Энди, Лука и охранник лагеря.
— Ну, и где твой взрыв? — Спрашивает Энди, рассматривая местность. — Даже пепла не остался, видимо ты ошибся.
— Но я не мог ошибиться! — Отрицает Лука. — Ребята, вы же тоже слышали этот громкий бу-бум. Почему вы отрицаете это?
— Потому что, это странно, — говорит охранник. — Взрыв, и никаких следов. Да и, откуда этому взрыву взяться? Давайте ребятня, пошагали обратно.
— Нет, стойте, — остановила их Лэйла. — Посмотрите сюда.
Лэйла показала пальцем на сломанный телефон Николаса. Его останки, остались целыми.
Когда Николас раскрыл SIM-карту, произошёл резкий, направленный взрыв. Однако из-за его расположения относительно источника детонации ударная волна не затронула поверхность земли и окружающее пространство. Все обломки телефона, разбросанные после удара о дерево, остались в целости, поскольку взрывная энергия распространялась строго вперёд, а не вниз.
Основной удар пришёлся на Николаса. Волна жара и давления полностью уничтожила его руки до локтей, испарив кожу, мышцы и часть костей. Лицо оказалось практически лишено тканей — кожа была мгновенно сожжена. Глаза, залитые собственной кровью, почти утратили способность видеть, а воздух вокруг пропитался запахом палёной плоти.
При этом нижняя часть тела Николаса осталась практически нетронутой. Так как детонация произошла на уровне груди, взрывная волна прошла выше пояса, не затронув ноги и не вызвав серьёзных повреждений ниже грудной клетки.
— Телефон, — подняв сломанный смартфон, сказала Лэйла. — Я его заберу с собой. Возможно он преднолежит Николасу. И кстати, вы заметили этот специфический запах? Энди, я вижу по твоему лицу, что да.
— Фу, только сейчас почувствовал, — скорчив гримасу, выговорил Энди. — Мне знаком этот запах. Запах горелой кожи. Безумно вонючий.
— А откуда тебе знать, как пахнет горелая плоть? — Слегка посмеиваясь, будто недооценивая Энди, сказал охранник. — Неужто приходилось уже, нюхать такое?
— Ну, как бы сказать...
Энди не успевает договорить, как к ним присоединяется ещё один человек, а именно Николас (для особенно одарённых, — нет, он не в костюме, и ту одежду, которой он прикрывался во время аукциона, тоже снял).
— Вы чего тут делаете? — Спрашивает Николас, с подозрением на лице. — "Это же мой телефон, нужно как-нибудь убрать его. Если Лэйла восстановит SD-карту, то увидит мои фотографии, и тогда она поймёт, что устройство моё. Это нельзя допустить".
— Николас, что ты, тут делаешь? — Поинтересовалась Лэйла. — Почему тебя так долго не было в лагере? Ты же знаешь, выходить за пределы лагеря — запрещено. Это очень опасно.
— Да, брат, скажи, что с тобой? — Добавился Энди. — Почему ты в последнее время, такой нервный?
Николас осмотрел каждого из присутствующих, и сказал:
— С чего это ты решил, что мы братья? — Не выражая никакой мимики, ответил вопросом на вопрос, Ник.
— Ну, вы же меня усыновляете... — ...вполголоса вымолвил Энди.
— Это ещё ничего не означает, — также безэмоционально, говорит он.
— Николас, это же твой телефон, верно? — Подняв разбитый экран, спросила она. — Я узнаю эту модель, она ранее преднолежала тебе. Почему телефон в таком состоянии?
— Это не мой телефон, — отрезал Ник. — Вы нашли на улице, просто мусор.
И в этот момент, Энди звонит Николасу, однако, никто не отвечает. Соединение отсутствует.
— Раз это не твой телефон, включи свой, и ответь на звонок, — сказал Энди.
Николас, хмурясь, подошёл к Лэйле, выхватил из её рук обломки своего телефона и без колебаний отбросил их в сторону, в лес. Затем, не говоря ни слова, крепко схватил её за запястье, не давая времени на реакцию. Он потянул её за собой, решительно направляясь к выходу из леса. Лэйла попыталась вырваться, но хватка Николаса была достаточно сильной, чтобы ей было трудно освободиться. Она замедлила шаги, не даваясь полностью в его силу, но всё равно оставалась за ним, поскольку он не отпускал её руки.
— Пошли отсюда, — продолжая тянуть свою подругу, твердит Ник. — Уходим.
— Николас, остановись, — просит она, сопротивляясь ему, но тот продолжает упорствовать. — Пожалуйста отпусти. Мне больно... Николас! Я сказала, мне больно...
Лэйла, почувствовав, как хватка ослабела, вырвалась из рук Николаса и сделала несколько шагов назад. Она остановилась, слегка опустив голову, её взгляд был напряжённым и обиженным. На лице читалась боль — не только физическая, но и та, что связана с его поступком. Она нервно провела рукой по запястью, где ещё чувствовалась боль от его крепкого захвата. Её движения были быстрыми и мелкими, как у человека, пытающегося успокоить боль, не понимая, что это не поможет. Лэйла вновь подняла взгляд, но в её глазах осталась тень недовольства.
— Лэйла, пошли, — смотря прямо на неё, просит, нет, требует Николас.
Ник сделал шаг вперёд, в сторону Лэйлы, та же отошла на тот же шаг назад. И покачала головой, — нет.
— Николас, расскажи нам, что стряслось? — Спросил Энди, прервав неловкую тишину. — Нам интересно узнать, и мы обязательно тебе поможем, обещаю. Просто поделись своими переживаниями. Ну?
— Да, нам, бум, как интересно! — Воскликнул Лука.
Николас оглядел каждого, и ещё раз посмотрел на Лэйлу, как бы говоря, — пошли со мной. Но та покачала головой, снова.
Николас протёр веки, пальцами, просунув их под очки. И сделав недовольное рыло, ушёл оттуда.
Лэйла стояла, не поднимая взгляда от земли, даже когда Николас ушёл. Её лицо было полным обиды, и она продолжала тереть запястье, пытаясь хоть как-то уменьшить неприятные ощущения от боли, которая всё ещё сохранялась. Медленно, почти невидимо, она повернула голову в сторону Энди, словно спрашивая его о том, что он думает по поводу произошедшего. Энди лишь пожал плечами, выражая неуверенность и непонимание происходящего. Лейла ненадолго задержала взгляд на нём, а затем перевела его на Луку. Тот смотрел вдаль, на Николаса, который удалялся, и в его выражении лица читалась смесь размышлений и недоумения. Он почесывал подбородок, поглощённый своими мыслями.
Охранник, стоящий чуть в стороне, приподнял одну бровь, разглядев всё происходящее, и, нарушив тишину, произнёс спокойным тоном:
— Ну что, пошли в лагерь.
***
Стихиолант: фазовый.
Кодовое слово: коричневый — розовый.
Классификация: квартальный масштаб.
Специализация: атакующий.
Пиковая среда: помещение с четырьмя стенами.
Немного о нём: имеет свойство менять фазу своей структуры по ходу дела. То бишь, становится из жидкого тела в твёрдое или в газообразное, и наоборот.