ВВЕДЕНИЕ - ШАМАНИЗМ И ГАЛЛЮЦИНОГЕНЫ
Шаманизм, как особая система знаний о мире, основанная на экстатическом опыте, возник, по некоторым данным, в период мезолита (9-12 тыс. лет назад) и совпал с окончанием ледникового периода, сопровождавшегося миграцией евроазиатских народов на Север, вслед за уходящими от болотистой почвы крупными промысловыми животными [1, 2]. Это время характеризуется также бурным расцветом первобытного искусства, основа которого была заложена еще в верхнем палеолите, и распадом больших общин, с образованием более мобильных мелких групп охотников, рыболовов и собирателей, связанных родовыми узами. "Если палеолит был для человечества школой мужества и организованности, - пишет академик Б. А. Рыбаков, - то мезолит стал школой находчивости и личной инициативы" [1, с. 167]. Мезолит внес изменения в религиозные представления: у человека появилось больше свободного времени, что дало возможность глубокому погружению в собственное сознание в поисках смысла окружающего бытия и самого зарождения жизни. "Исходя из религиозных свидетельств и уцелевших памятников поэзии и пластических искусств совершенно ясно, - замечает О. Хаксли, - что в большинстве эпох (после палеолита - О. Д.) и у большинства народов, люди придавали большую важность духовному ландшафту, нежели объективно существующему, и ощущали, что увиденное с закрытыми глазами обладает духовно более высокой значимостью, нежели видимое с открытыми глазами" [3, с. 33]. Те, кто особо преуспел в таком способе видения, и стали первыми шаманами. Роль шамана, как мастера экстаза, то есть обладавшего способностью целенаправленно вызывать у себя измененное состояние сознания, была очень велика в первобытном обществе. Измененное состояние сознания (ИСС) - это любое психическое состояние, индуцированное различными физиологическими, психологическими или фармакологическими приемами или средствами, которое распознается, как отклонение от обычного состояния бодрствования и бдительности [4, с. 14-15]. Благодаря шаману, как мастеру ИСС, устанавлива лась связь между видимым, обычным миром живых и невидимой обителью духов и умерших. С социальной точки зрения потребность племени удовлетворялась через косвенную идентификацию с шаманом, который регулировал различные групповые конфликты, находил причину возникновения болезней, устранял неудачи на охоте, устанавливал различные культурные табу и т. д. [4, 5, 6]. Для облегчения вхождения в ИСС, при возрастающей потребности общества к этому действию, нередко применялись различные психотропные (психодислептические, психоделические) вещества, изменяющие психологию человека и влияющие на умственную деятельность. Согласно фармакологу Ж. Деле, психотропные вещества делятся на три группы: 1) успокоительные и снотворные; 2) стимуляторы, включая амины; 3) галлюциногены [7]. В последнюю группу, наиболее интересную с позиции поставленной задачи, входят некоторые виды растений: пейот, дурман, белена, красавка, псилоциби-новые грибы, мухомор и др., а так же выделенные из них или химически синтезированные вещества: ЛСД, мескалин, гиосциамин, атропин, псилоцибин, гармин, мусцимол и др. Все эти препараты, при приеме, связаны с изменением протекающих в головном мозге химических процессов и объединены еще одним термином (наравне с предыдущими группами) - наркотики. Правомочность этого термина для галлюциногенов очень сомнительна, но исследование подобного рода выходит за рамки данной работы. Используя галлюциногенные средства, шаман или колдун мог в любое время вызывать у себя требуемое состояние экстаза и, направляя свое сознание в нужное русло, добивался тех или иных результатов: от предсказания будущего и любовной ворожбы до поиска потерянных душ и вызывания паники в рядах врагов. При этом галлюциногены употребляли и не искушенные в общении с потусторонними силами шаманисты для достижения чувства единения с природой, целительного катарсиса, ощущения прикосновения божества, своей причастности к вечному круговороту вещей (о круговороте вещей было известно еще со времён палеолита, о чем может свидетельствовать, например цепочка рогов вокруг черепа неандертальского мальчика с остатками ритуальной маски в гроте Тешик-Таш.). Ощущения блаженства, счастья, внутреннего подъема и легкости, часто сопровождаемые эффектом парения в облаках или скачки по небу на коне, дает, например, опиум, производимый из семян мака (Papaver somniferum). Существуют доказательства, что опиумный мак культивировался уже около 6000 лет назад шумерами и ассирийцами, а древние египтяне открыли его медицинское использование в XV в. до н. э., о чем есть свидетельство в "Лечебном папирусе из Фив" [8]. В Таиланде и Бирме есть легенда, согласно которой опиум дала людям небесная принцесса Нин. В нее был влюблен один молодой человек, и, чтобы уменьшить его страдания, во сне к нему пришла принцесса Нин и сказала: "Собери белый сок зернышек мака и закури его - он вытекает из моего сердца, и ты хотя бы на короткое время вернешь счастье нашей любви". X. В. Майер полагает, что использование листьев перуанской коки (Eryhoxylum coca) началось около 3000 лет назад, когда на нее натолкнулись древние инки. Листья коки находят во многих перуанских мумиях, датированных I в. до н. э. - I в. н. э. В 2700 году до н. э. китайский император Шен Нунг предписал употреблять настой конопли (Cannabis) в качестве лекарства от подагры и рассеянности. По индийской легенде конопля (гашиш) произошла от волос самого бога Вишну, которые упали с его головы в пену и были перенесены потоком на землю во время приготовления священного напитка "жизни без смерти". Шаманский экстаз, вызванный дымом конопли был известен и в Древнем Иране, и в других культурах Азии и Европы [9]. Интересен миф об открытии кактуса пейота (Lophophora williamsii), являющегося важнейшим средством в ритуальной практике многих племен Мексики, например, уичолей. Верховный шаман (маракаме) этого народа Аполонио Каррильо рассказал: "Татевари, Дедушка Огонь, объединил предков и привел их в Вирикуту, землю пейоте. На вершине холма Эль-Кемадо (Обожженный) он показал им вход в бездонный колодец. Именно там предки попробовали пейоте и воспели акт творения. И именно там земная поверхность совпадает с подземным миром и образует пятую сторону света" [10]. Многие галлюциногены растительного происхождения шаманы называют "плотью" или "пищей" Бога. Помимо упомянутых мака, конопли и пейота этот термин разделяют некоторые виды грибов, способных вызывать ИСС. Прежде всего к ним относятся "магические" грибы рода Psilocybe из семейства Strophariaceae ( псилоцибиновые грибы) и Amanita muscaria (красный мухомор). В переводе с греческого, слово "псилоцибе" означает "лысая голова" из-за гладкой текстуры шляпки. Мексиканские ацтеки, которые использовали эти грибы в ритуальных целях уже 3500 лет назад, именовали их Теонанакатль, что дословно переводится "тело богов" [11, 12, 13]. Рис. 1. Духи грибов: а. Центральная Америка б. Чукотка В настоящее время в мире насчитывается более 200 видов психоактивных грибов (из ряда Psilocybe галлюциногенами признаются 81 от общего числа 144). Многие из них были иннестны в древности. До сих пор в Гватемале сохранились остатки языческих святилищ 2500-летней давности с каменными изваяниями в виде людей-грибов. Мегалиты, изображающие грибы, известны и в южной Индии (штат Керола). Они называются kuda-kalla и имеют возраст 3000 лет. В пещерах Северной Африки - Тассили (Алжир), Энне-ди (Чад), Джебель Оунат (Египет), Тадрат Аракус (Ливия) древние художники рисовали грибообразные фигуры на стенах 6500-9000 лет назад [11]. Что-то подобное - наскальные петроглифы в честь духов-мухоморов - имеется и на Чукотке в районе реки Пегтымель, о чем еще неоднократно пойдет речь (рис. 1). Этнограф Добкин де Риос, известный специалист в области исследования растительных галлюциногенов, полагает, что психтропные вещества сыграли важнейшую роль в эволюции Гомо сапиенс, как вида, и стимулировали речь и общение благодаря необычному восприятию реальности. Этот фактор, в свою очередь, вызвал и потребность в их дальнейшем употреблении [14, с. 13]. Это положение разделяют и многие другие исследователи вопроса. А. Покорны считает, что видения, полученные в результате приема галлюциногенов, послужили основой палеолитических изображений и орнаментов, найденных в Чехословакии [15]. Опираясь на факты из антропологии, этнографии, истории, психологии, психофармакологии, ботаники и культурологии, Т. Мак-кенна поддерживает психоделическую эволюцию человека. Согласно его взгляду, галлюциногены вызвали определенные мутации, которые привели к развитию воображения и оказали существенное влияние на возникновение языка и религии: "Там где растительные галлюциногены не встречаются, обновление культуры происходит очень медленно (если происходит вообще), но мы видим, что в присутствии галлюциногенов культура регулярно знако-милась со все более новой информацией, с новым сенсорным вводом и поведением и таким образом продвига-лась ко все более и более высоким состояниям сам-рефлексии. Шаманы были авангардом этого творчес-кого процесса" [16]. Основатель этномикологии Р. Гордон Уоссон, первый отстоявший идею влияния психоактивных Рис.2. Ритуальный стол тувинской шаманки Дарьи Шиижек-кызы. В центре блюдечко с обожженными ветками можжевельника. Кызыл, Тыва. Фото из архива ОИП "Мезосознание £" растений на человеческую эволюцию, пишет: "В трансе своем шаман уходит в дальний путь - в место ушедших предков, в нижний мир или туда, где обитают боги; и эта страна чудес, смею я утверждать, как раз там, куда доставляют нас галлюциногены. Они - врата к экстазу... Экстаз - самая суть шаманизма. Неофит из большого города связывает грибы в первую очередь с видениями, но для тех, кому знаком индейский шаманский язык, грибы через шамана "говорят". Гриб - это Слово: es habla... Гриб дарует курандеро (посвященному - О. Д.) то, что греки называли логосом, арии - ваком, веды - кавьей" [17, р. 225]. В "Дороге в Элевсин" Р. Г. Уоссон пишет о галлюциногенных грибах, как о некотором рубеже между звероподобным человеком каменного века и пробужденным человеком последующих этапов: "Гриб позволил ему (человеку - О. Д.) видеть то, что не может видеть око смертного... И от простого снадобья приходит невыразимое - экстаз" [18, р. 23]. Со всеми доказательствами не соглашается крупнейший знаток архаических техник экстаза Мирна Элиаде. Он признает, что определяющий элемент шаманизма - это экстаз, а сам шаман - мастер этого состояния, способный покидать физическое тело и предпринимать космические путешествия "в духе", но считает, что такие явления, как одержимость духами с отсутствием контроля над вошедшими силами, и использование наркотиков для достижения транса является деградацией оригинальных ИСС [9]. "Высшая цель шамана, - пишет М. Элиаде, - оставить тело и подняться на Небо или спуститься в Ад, а не позволить себе быть одержимым ими (духами - О. Д.)" [19]. Особо он выступает против теории о том, что принятие галлюциногенов в прошлом привело к открытию шаманского экстаза: "Наркотики являются только вульгарным заменителем "чистого" транса... Интоксикации (табак, алкоголь и т. п.) являются недавними нововведениями и знаменуют собой определенный упадок шаманской техники. Наркотическим опьянением пытаются имитировать духовное состояние, которое уже не удается достичь иным способом. Упадок и, следует добавить, вульгаризация мистической техники, как в Древней и современной Индии, так и на всем Востоке, - повсюду мы встречаем это странное смешение "трудных" и "легких" путей достижения мистического экстаза или какого-либо иного решающего переживания" [9, с. 294].
Исходя из данных археологии, о которых сообщалось выше, наркотики не могли быть нововведением в шаманизме, в том числе и в Индии. Многие этнографы и фольклористы так же сообщают, что в традиционных обществах, где шаманизм проявляет себя наиболее ярко, различные психотропные вещества используются и их применение подкреплено соответствующей мифологией. Напротив, где шаманский комплекс приходил в упадок из-за сложившейся политической ситуации или под давлением поздних религиозных систем (христианства, буддизма, ислама и др.) использование наркотиков для достижения ИСС прекращалось вовсе или практически сводилось на нет. Это было регламентировано различными запретами и притеснениями. Например, в докладе "Об изучении и охране окраинных народов", зачитанном в Большой коллегии Наркомнаца 27 марта 1923 года относительно чукчей, исконное употребление красного мухомора было поставлено в один ряд с алкоголем и привозными, не традиционными веществами: "Торговля спиртными напитками, опиумом, гашишем, кокаином, сушеным мухомором и другими подобными средствами должна быть безусловно запрещена. Запрещение должно быть поддержано достаточно суровыми наказаниями при непременной конфискации запрещенных товаров и самих перевозочных средств" [20]. В подобных условиях произошло переосмысление ценностей (дети и внуки стали смеяться над своими отцами и дедами и сторониться их). Сильнодействующие галлюциногены отошли в прошлое, но различные стимуляторы, которые способствовали отрешенности от обычного мира, остались в шаманизме и бытовом шаманстве по сей день. К таким растительным препаратам, применяемым в Сибири, относятся, например, багульник (Ledum palustrel, Ledum hypoleu-cum), можжевельник (Juniperas macropocla), полынь (Artemisia absinthium), чебрец (Thymus serpyllum L.) и др. При сжигании листьев этих растений образуется дым, создающий благоприятную среду для проведения шаманского сеанса. Например, длительное вдыхание дыма от листьев и веток горного можжевельника (артыш) может вызвать опьянение, общее возбуждение, галлюцинации, бред и даже транс [21]. С помощью дыма артыша тувинские шаманы очищают свой костюм и бубен перед камланием и считают его лучшим растительным средством для изгнания злых сил (рис. 2, 3) настой красного жгучего перца с соком лимона и кедровым маслом [23]. Есть сведения об употреблении городскими шаманами белены, белладонны (красавки), дурмана, гортензии, укропа, мускатного ореха, арахиса и банана. Похоже действует и багульник, который применяют удэгейские, нанайские и нивхские шаманы во время камлания. Сушеные листья багульника бросают в очаг или на раскаленную сковородку [22]. Некоторые алтайские шаманы для увеличения внутреннего жара пьют. Надо признать, что в 1973 году М. Элиаде и Р. Г. Уоссон Рис. 3. Тувииская шаманка из общества Адыг Ээрен" ("Дух Медведя") Людмила О. очищает себя перед камланием дымом артыша (горного можжевельника). Рядом стоит помощнииа шаманки. Фото из архива ОМП "Мезосознание £". несколько смягчили свои антагонистические позиции о роли психоделиков, но спорных вопросов остается много. Даже у приверженцев теории о наркотической эволюции сознания нет единого мнения о том, какой из растительных галлюциногенов сыграл наиболее значительную роль. Чаще всего в качестве возможного кандидата выдвигают псилоцибиновые грибы. "Целый ряд доказательств говорит в пользу того, что Stropharia cubensis и есть то прарастение, та пуповина, которая во времена палеолитического культа Великой Рогатой Богини предоставляла нам такое знание, что мы способны были жить в динамической гармонии с природой, друг с другом и с самими собой", - размышляет Т. Маккенна в "Пище богов" [16]. Российский ученый-универсалист В. В. Налимов, продолжая исследования Уоссона, приходит к выводу, что "раскрытие" способностей человеческого мозга произошло через употребление красного мухомора. Мухомор активизировал развитие воображения и общения, что вызвало создание символических систем и расцвет искусств [24]. Отдельные исследователи выдвигают даже такое предположение, что исход древних славян из Киева на север был связан с употреблением красного мухомора: в Приднепровье этих грибов гораздо меньше, чем в северных и восточных регионах, где они растут в изобилии [25]. Конечно, такая гипотеза очень спорна и вряд ли заслуживает большого внимания, хотя роль красного мухомора в культуре народов Севера и Сибири действительно огромна. До сих пор теме красного мухомора не уделялось достаточного внимания, чего нельзя сказать, к примеру, о псилоцибе или пейоте. Большинство исследований имели фрагментарный и бессистемный подход, а то и вовсе - поверхностный. Этнологическим изучением мухоморных интоксикаций у народов крайнего северо-востока Азии еще в середине XVIII века занималась Императорская Академия Наук в Санкт-Петербурге, где в 1755 году была издана двухтомная работа участника Великой Северной экспедиции 1733-1743 гг. профессора С. П. Крашенинникова "Описание земли Камчатки", в которой описывались мухоморные опьянения на пирах коряков и у "самосбродных" казаков на нескольких страницах (т. 2, гл. 4, с. 108-110). Помимо С. П. Крашенинникова изучением способов употребления мухоморов занимались и другие участники вышеобозначенной экспедиции - Г. Штеллер (Описание земли Камчатки, ее жителей, их нравов, образа жизни и обычаев) и Я. Линденау (Описание народов Сибири (первая половина XVIII века): историко-этнографические материалы о народах Сибири и Северо-Востока). Нельзя не отметить и важность сообщения К. Мерка, входившего в состав СевероВосточной географической экспедиции Биллингса-Сарычева (Этнографические материалы СевероВосточной географической экспедиции 1785-1795 гг.). В конце XIX в. и до середины XX в. мухомором, в связи с ИСС, занимались этнографы В. Г. Богораз-Тан и В. И. Иохельсон (Северная тихоокеанская экспедиция). В 1957 году в Нью-Йорке выходит монументальный двухтомник "Россия: грибы и история" Р. Г. Уоссона и В. П. Уоссон, которые впервые объединили известные на тот момент исследования в области микологии и этноботаники, в том числе и данные по красному мухомору. Среди современных исследователей вопроса можно выделить Н. Н. Дикова, открывшего в 1967 году чукотско-эскимосские петроглифы мухоморного святилища на р. Пегтымель; Е. П. Батьянову, собравшую данные о применении мухоморов на Камчатке и Чукотке (1993-1999 гг.); Е. М. Мелетинского, сделавшего типологический и исторический анализ мифов о культурном герое Вороне, использующем мухомор для увеличения силы; А. Уркачан, описавшую ительменские праздники с обрядовым применением мухоморов; М. Г. Молдавана и А. А. Гродзинскую, изучающих общетоксическое и нейротропное действие базидиальных грибов и др. Целью и задачей написания работы, посвященной применению мухомора в шаманской практике и в целительстве, основанной, преимущественно, на примере народов Крайнего Севера и Сибири, яв ляется обобщение имеющихся фольклорно-этнографических материалов и исследование вопроса с привлечением новейших данных из области археологии, психологии, психиатрии, химии, биологии, микологии и других наук, что дает более объективное раскрытие темы. Так же производится ряд дополнений, уточнений и корректировок на основании полевых работ, выполненных автором в 19912004 гг. (методы включенного наблюдения и интервьюирование), и личного опыта употребления красного мухомора в связи с участием в различных шаманских обрядах, проводимых профессиональными служителями культа. В целом, работа имеет системный подход и комплексный характер, с использованием сравнительно-исторического и сравнительно-типологического методов исследования. В ходе сбора данных было установлено, что в шаманской практике с применением красного и иных видов мухоморов первостепенное значение имеет соблюдение различных условностей (правила сбора, сушки, хранения, ритуализм употребления и т. д.) и только во вторую очередь интоксикация конкретными алкалоидами (мускарином, мусцимолом и пр.), вызывающими общий фон (опьянение, возбуждение, сон) шаманского опыта. Немаловажную роль играют и мифические представления о мухоморе, которые управляют ходом видения при возникающих изменениях сознания. Сведения конкретных шаманов, употребляющих красный мухомор, и шаманистов, только слышащих о применении галлюциногенного гриба, различны, но вместе образуют некую комплексную модель восприятия обычной реальности через "мухоморную" призму. При этом система ценностей и смыслов интерпретируется через символизм самого гриба и связанного с ним экстатического опыта (своего или чужого). Так возникает особый мир, "мухоморный" с одной стороны и земной - с другой, где возможны и шаманские полеты, и превращения человека в животных, и неожиданные встречи с самими духами мухоморов - карликами, великанами и опасными девушками-красавицами, уводящими незадачливого охотника в дикие дебри разума.