Глава 4
...Роуз покрутила в руках печеньку, собираясь с мыслями. Миссис Соттерс разлила кофе по чашкам и медленно села напротив, сразу же глотнув содержимого и даже не поморщившись. Рыжая коснулась чашки: кипяток.
- Он говорит что-то странное? – поинтересовалась Лейла, - У мальчика кошмары последнее время, было бы неудивительно, попытайся он рассказать вам, - ее взгляд остановился на окне, - В конце концов Ди очень вас любит. И...
Фраза оборвалась. Миссис Соттерс снова потерла шею и попыталась выпрямиться. Со стороны казалось, что ее шею время от времени сводит судорогой, но, хоть и с трудом, она тут же возвращает контроль над телом.
Роуз отвела глаза. Смотреть на вздрагивающую время от времени женщину она не могла: сердце падало в пятки. Вот бы Джейс быстрее вернулся, взмолилась она. Оставшись наедине с Лейлой, она постоянно одергивала себя в попытке очередной раз посмотреть на дверь. Желание бежать казалось стрелкой спидометра, норовящим вылететь со всеми винтами наружу.
- Он ничего не говорит, - сказала она, глядя на свое отражение в чашке, - совсем ничего. Иногда мне кажется, что он теряет связь с реальностью. Ему развеяться бы, хоть как-нибудь, - она заставила себя посмотреть Лейле в глаза, - Я не собираюсь вас ничему учить, Миссис Соттерс, но Дилану нужно прийти в себя, - она сглотнула, собирая всю свою смелость в кулак, - а атмосфера дома этого не позволяет.
- Позвольте, - обреченно вздохнула Лейла, но Роуз не дала ей продолжить.
- У меня на Рождество приезжает племянник, - соврала она, сама не понимая, зачем, - они могли бы подружиться. Так есть вероятность, что ему станет легче...
- Мисс Роуз, - Лейла одним глотком допила все содержимое, словно не чувствуя температуру кофе, улыбнулась, - ему уже ничто не поможет.
- Что? – нахмурилась Роуз, поднимая глаза.
- Не желаете сыграть партию? – Мисс Соттерс снова перекосило, она сжала ладонью шею.
- Миссис Соттерс!
- Дитя, - она широко улыбнулась, - пожалуйста, не задавай вопросов. Выиграешь партию, заберешь мальчика.
Что? Роуз в прострации глядела на молочный гарнитур напротив. Неужели Миссис Соттерс не в себе? Рыжая не знала, как реагировать. Весь мир, какой он есть на самом деле, со всеми его вопросами и ответами, с улицами, улыбками, небом, землей, весь этот мир остался далеко за стенами этого дома. А может, его и не было никогда. Роуз скосила глаза на окно. Никакого пейзажа за окном. А что там должно быть? Вероятно, реальность. Ночное небо, рождественские огни; но ничего этого нет и никогда не было. Пустая абстракция, мир в колбе. Вроде все было нормально, успела подумать Роуз, было же все хорошо.
Перед ней на стол с грохотом упала шахматная доска.
- Миссис Соттерс, я пришла поговорить. Играми дела не решить.
«И словами до этой женщины не достучаться, у нее же крыша едет», резюмировала девушка, но промолчала.
- Где же я фигуры оставила...
Лейла открыла шкафчик в поиске шахматных фигур. Не обнаружив их ни на одной полке, захлопнула дверцу и перешла к полкам рядом.
- Где же...
Роуз затуманенным взглядом наблюдала за ее рваными движениями.
- А Мистер Соттерс?
- Он в комнате, - ответила Лейла, шаря руками между пакетами на полках.
- Я могу поговорить с ним?
- Задачка не из легких, я так тебе скажу.
Роуз никогда не видела отца Дилана. Если полагаться на память, он работал в какой-то популярной газете, а Роуз в них не в зуб ногой, и часто был в отъездах. Дегустировал еду в соседних штатах, писал рецензии на рестораны и магазины всех городов страны. Увлекательная работа и довольно необычная, подумала она тогда.
Запомнила еще потому, что мать у нее варится в похожей сфере. Она помнила ее взбалмошной и вечно растрепанной. Мать, которая носилась со своими статьями, как угорелая. Страсть, которая сочилась из всех дыр, придавала атмосфере вокруг накаленность до такой степени, что можно было прочувствовать приятные покалывания на каждом клочке кожи. Мама, которая забывала забрать ее из школы, которая незабываемо хохотала и исчезала на несколько месяцев, развлекаясь со своими бойфрендами на Мальдивах. Которая написала несколько книг, спрятавшись ото всех в лесном домике у границы Китая и лишь раз в месяц, иногда и в два, посылая короткие весточки.
«Ты не представляешь, сколько я вижу, когда закрываю глаза!» - постоянно говорила она, жмурясь и подолгу всматриваясь в обратную сторону век.
Роуз уже под тридцать, а этот цирк все не собирает прекращаться. Какая мать была двадцать лет назад, такой и осталась по сей день. Но, сколько раз Роуз себе не напоминает, что детство она прожила фактически без матери, каждое ее появление в жизни вызывает бурю эмоций. Любовь, восторг, которые с лихвой перекрывают обиду. Словно в тоскливом Лондоне выглядывает солнце, в Африке появляется долгожданный дождь из чистейшей воды. (ты сейчас африку оскорбила, изучи вопрос с водой) «Эх, мама. Хотела бы я хоть немного тебя понимать», - горько смеялась она, закрывая конверт со свежими зимними снимками с Эвереста. Прямо посередине снежных песков мама, с широкой улыбкой и светящимися энтузиазмом глазами. Обратного адреса на письме не значилось. В ее стиле. Она всегда обрывала связи со всеми, кого знала, если ей в голову что-то ударяло. И через год могла снова объявиться на горизонте, словно ничего не произошло. Чем она думала, каким воздухом дышала и чьими глазами смотрела на мир, для Роуз оставалось скомканной запиской, запрятанной в углу непробиваемого сейфа. Мама была недосягаема. И со временем чувства к ней не столь сильно ранили, как заставляли усомниться в том, что реальность существует только одна. Нет никакой объективной реальности. Их миллиарды, и у каждого своя. Такую тоску нагоняют размышления о матери...
Роуз молча встала, причем резче, чем ожидала. Перед глазами запрыгали черные мошки и голова закружилась. Девушка уперлась обеими руками в стол и на несколько мгновений прикрыла глаза.
- С вами все в порядке? – слегка рассеянно поинтересовалась Миссис Соттерс. Звучало так, словно она кинула «привет» вернувшемуся с работы мужу, сосредоточенно читая газету.
- Все. – Подтвердила рыжая, оклемавшись, - Вы не возразите, если я...
- Уборная прямо по коридору, с правой стороны, - перебила та, как отрезала. Достав фигуры из дальнего ящика, Лейла принялась их пересчитывать.
Роуз молча вышла с кухни, через силу выпрямила спину. Прошла мимо полуприкрытой двери, уперлась в стену. Взглядом нашла справа туалет. Занятная, однако планировка у этого дома, решила она. Словно водоворот, идет кругами. Сквозь стены Роуз услышала приятно удивленный возглас Джейса.
- Вот это робот! Таких у меня точно никогда не было!
«Развлекаются», улыбнулась она. На какое-то мгновение это вернуло ей чувство реальности происходящего. Это был не сон. Она действительно закончила писать отчет, и они с Джейсом пришли домой к их ученику, Дилану. Все было именно так.
Девушка вошла в уборную, заперла на щеколду дверь. Вымыла лицо ледяной водой и уставилась на свое отражение в зеркало, обеими руками упершись о раковину. Тушь не потекла. Волосы все также волнами спадают на спину. Глаза яркие, смотрят цепко. Ничего не поменялось. Я – это я, повторяла она словно мантру. Но чего-то не хватало, словно Роуз с самого начала упустила одну мелкую, но очень важную деталь. Часы без этого самого винтика не заводились. Роуз это прекрасно понимала, но сказать, как выглядит этот винтик, она не могла.
- Что же мы упустили? (что же не так звучит лучше)– прошептала она своему отражению. Губы упрямо сжались в тонкую полоску.
В любом случае, пора валить отсюда. Желательно с мальчиком. Очень похоже на то, что у Миссис Соттерс не все дома. Роуз поправила волосы, придала лицу максимально строгое выражение. Нечего здесь засиживаться.
Девушка прикрыла дверь и направилась обратно с твердым намерением убраться отсюда как можно быстрее. Прямо по курсу – кухонный свет и звуки фигур, расставляемых на доске.
«Задачка не из легких, я тебе так скажу».
Роуз резко остановилась. По правую руку та самая полуприкрытая дверь. Возможно, Мистер Соттерс спит, а может и работает. В щель пробивался слабый, словно от луны, свет. Ноутбук, догадалась Роуз. Она пару раз стукнула костяшками пальцев.
- Мистер Соттерс? – девушка говорила тихо и осторожно, - Прошу простить...
Наверное, не стоило этого делать. Но Роуз вспомнила пустые глаза Лейлы и уже без всяких зазрений совести легонько толкнула дверь. В нос ударил резкий запах. И тут чьи-то холодные пальцы схватили ее за руку.