Выписка
Острая боль пронзила мою голову, за которой последовала темнота и долгий гул.
Я слышу звук сирен, какой-то шум, что-то невнятное, странное, происходит вокруг меня. Мне кажется, что я вот-вот открою глаза, но не могу этого сделать...
Меня в сознание приводит размерный гудок, который раздается возле моих ушей. Я пытаюсь снова открыть глаза, но все плывет перед глазами и веки закрываются снова. Постепенно ко мне приходят ощущения. Не самые лучшие и приятные. Это боль. Снова боль в голове, в плече, переходящая в руку. Я тут же начинаю вспоминать о своей метке, мне кажется, что это она даёт мне такую боль. Я боюсь. Мне кажется, что я сейчас уязвима...
- Девушка, вы меня слышите? Девушка... - слышится мне снова на уровне ушей.
Монотонный, но побуждающий голос пытается поговорить со мной, я хочу ответить, что я все слышу, но у меня не получается. Кажется, что я мычу что-то про себя, но слова не срываются с моих уст.
- Девушка, вы можете сфокусироваться на мне? Открывайте медленно глаза... - голос продолжал наставлять меня, пытаясь привести в чувства. Я пробую, но силуэт сильно размыт и от этого в голове ещё больше прибавляется туманности.
- Люси! - следом раздалось настолько громко, что глаза сами округлились, минуя физические препятствия, которые не позволяли мне прийти в чувства. Это голос Романа. Я чётко помню его интонацию...
- Ром... Это ты? - медленно и очень хриплым голосом начала звать я того, чей голос вернул меня в реальность.
- Девушка, вы слышите меня? Скажите, "да" или "нет".
- Да... - протяжно произнесла я, моргая глазами, в надежде, что я смогу сфокусировать взгляд более чётче и увидеть Рому.
- Вы находитесь в больнице. Вы попали в аварию и у вас ушибы. Вы помните, что с вами случилось? - наконец, я увидела мужчину в белом халате и маске, который медленно и четко задавал мне ряд вопросов и все сопровождал это объяснениями.
- Да, помню... - снова ища глазами, ответила я. - Где Рома? Рома...
- Здесь никого нет, только я и вы. Сколько пальцев я вам показываю? - ответил врач, представляя передо мной два пальца своей руки.
- Два...
- Отлично! Отдыхайте, скоро к вам подойдет медсестра, все будет хорошо! - напоследок сказал он и лишь звуки шагов дали понять, что его больше нет в палате.
Я пыталась сквозь боль собрать по кусочкам все, что произошло со мной за это время. Я не знаю, день сейчас или ночь. Свет в палате слишком яркий, а жалюзи на окне наглухо закрыты. Я слышала голос Романа и решила позвать его снова...
- Рома, ты тут?... - еле выдавливая из себя, снова спросила я в пустоту. Ответа так и не последовало. Я повернула голову к стеклу, что разделяло меня и больничный коридор, и в этот же миг, холодная слеза скатилась с уголка моего глаза...
С каждой минутой, зрение возвращалось ко мне, приобретая былую четкость. Все чувства так же начали обостряться и я поняла, что на самом деле болит плечо, которое и отдает полностью во всю руку. Меня отпустило, как только я поняла, что опасности пока не предвидится. Я чувствую себя слишком бодрой по сравнению с минувшими днями, кажется, я смогла поспать. Хотя, это не точно. Однако, такой прилив энергии не мог меня не радовать. Все было бы ещё гораздо лучше, если бы боль в голове немного унялась. Из-за нее мне больно двигать глазами. А плечо - заживёт.
Я с нетерпением ждала, пока медсестра придет в мою палату. Слишком много вопросов возникло, ответы на которые мне были необходимы как воздух. Кстати про воздух... Здесь очень душно.
Спустя некоторое время, пока я лежала погруженная в свои раздумья, за дверями послышались шаги, полагаю, женские. Надеюсь, это она - медсестра. Действительно, в палату зашла приятная на вид женщина в белом халате. Аккуратные черты лица очень гармонично смотрелись в этом врачебном образе, создавая впечатление, что человеку можно довериться во всем. Светлые волосы, собранные в небольшой пучок, большие и выразительные глаза, которые оценивающе осматривали каждый сантиметр моего тела. Чистый и аккуратный маникюр, украшающий довольно длинные пальцы на руках, подобно пианистке.
- Люси, как вы себя чувствуете? - не менее приятным голосом, спросила меня медсестра.
- Удовлет-ворительно... - произнесла я, кряхтя лёжа, пытаясь приподняться.
- Не стоит, подождите, я помогу вам, - обеспокоенно, сказала она, удерживая меня своей рукой на груди, а второй уже нажимала кнопку, которая приподняла меня немного выше, поудобнее.
Сейчас я смогла рассмотреть палату полностью. Она была довольно просторной, из дверного проема был виден дневной свет и суета, которая полагается больнице. Возле меня стояла белая тумба, на которой лежал пульт, как раз от моей кушетки, на которой я и лежала. Теперь мне не нужно было звать на помощь, чтобы устроиться поудобнее.
- Спасибо, - так же медленно, поблагодарила я медсестру.Ч
В ответ она мило улыбнулась, присаживаясь рядом со мной с журналом в руках, который открыла сразу же, как только достала из правого кармана своего халата, ручку.
- Что вас беспокоит сейчас? - хорошо поставленным, уверенным тоном, спросила она, опуская взгляд на жёлтые страницы больничного журнала.
- Голова, а ещё и плечо... - осматривая так же каждый миллиметр всего, что попадало мне в поле обозрения, ответила я.
- Боль терпимая? Она уменьшается?
- Немного, но чувствую я себя хорошо...
- Это замечательно! - радостно, ответила медсестра. - Значит лекарство на вас действует максимально положительно и вы вскоре сможете попасть домой! - добавила она и мое приподнятое настроение сразу сменилось не сильно радужным... Конечно, на то и были мои причины...
- Как долго я здесь нахожусь? - нахмуривая брови, боясь услышать неудовлетворяющий меня ответ, спросила я.
- Почти сутки. Вы поступили ночью, а сейчас уже вечер. Все это время вы были без сознания. Но вы не волнуйтесь! Если динамика будет настолько же положительная, то завтра вас выпишут. Просто следуйте предписаниям врача и все обязательно будет у вас хорошо! - улыбаясь и подбадривая меня, ответила она.
- А где все мои вещи? - видя себя в больничной сорочке, спросила я.
- В камере хранения! Не волнуйтесь! Вам отдадут все в целости и сохранности.
- А что с машиной? Мой телефон? Где мой телефон? Вдруг, мне звонили... - начала волноваться я, в надежде, что я смогу увидеть пропущенные звонки от Романа.
- Вам действительно звонили. Сейчас, если вы в состоянии поддерживать разговор дальше, к вам зайдет следователь. Не переживайте, это всего лишь формальность. К тому же, он говорит, что уже вел с вами беседу накануне этого происшествия... - поджав губы, явно не понимая всей сути ситуации, приглушённо, сказала медсестра.
- Да, конечно. Пусть заходит, если нужно... - выдавила из себя я, приподнимая руку, чтобы промассировать переносицу, которая страшно гудела. Руку обвивала система от капельницы, которую я получала в большом количестве, судя по бутыльку, подвешенном надо мной.
- Если вам вдруг станет не хорошо, просто нажмите кнопку, врач или я, подойдут к вам незамедлительно, - вновь одаряя своей улыбкой, сказала она.
Как только медсестра вышла из палаты, в дверь сразу зашёл следователь, бумагу о невыезде с которым, я и подписывала.
- Добрый вечер, Люси! Как вы себя чувствуете? - сходу спросил он, поздоровавшись.
- Терпимо, - сухо, ответила я. - У вас какие-то новости?
После этого вопроса, полицейский немного смутится, было видно, что он хотел начать какой-то разговор, но что-то его останавливало. Это насторожило меня ещё больше. Я не была готова к новостям, которые огорчили или озадачили меня ещё больше.
- Машина, на которой вы попали в аварию - на штраф.стоянке. Вы можете сказать, что произошло?
- Я не помню... - сказала я. Говорить правду было бы бессмысленно, потому что мне все равно никто бы не поверил. Однако...
- У вас в крови было обнаружено большое количество энергетического напитка. Вы спали перед тем, как сесть за руль? Куда вы направлялись?
Слишком много вопросов посыпались на меня, отчего, я даже слегка растерялась.
- Да, я выпила в дороге, чтобы не уснуть. Это все последствия последних событий, как вы уже все знаете.
- Тогда вы должны примерно помнить, что произошло в эту ночь? - настойчиво, но деликатно в тоже время, спросил меня следователь.
- Да... - неуверенно, ответила я, тщательно формируя свою мысль на фоне боли в голове. - Меня привлек свет в одном доме, который давно заброшен... Я отвлеклась и не помню, как потеряла управление...
- О каком доме вы говорите? - переспросил меня он.
- Единственный в своем подобном роде, среди возведенных за множество лет, зданий... - глядя ему прямо в глаза, ответила я.
- Вы говорите о том, что стоит на углу в почти разрушенном состоянии? - удивлённо, спросил он снова.
- Именно так... - ответила я, отворачивая голову в сторону потолка.
Поправив свою фуражку, явно выдавая какую-то обеспокоенность, он все же снял ее со своей головы и положил на колени.
- Что-то не так? - спросила я, вновь поворачиваясь в сторону мужчины среднего возраста.
- У нас есть для вас одна новость... - нехотя, произнес следователь.
- Какая? Вы меня хотите забрать, как только я выпишусь из больницы? - натягивая кривую улыбку на лице, сказала я.
- Вы не первая за несколько лет, кто говорил об этом... Это действительно странно, ведь в том доме нет электричества. Это либо какой-то шаблонный розыгрыш, передающийся из времени во время, либо обычное совпадение. Что тоже не менее странно.
- Что вы хотите мне этим сказать? Что я сумасшедшая? - возмутившись, спросила я и в этот же миг стреляющая боль пронзила затылок. Немного запнувшись от неожиданной реакции, я приподнялась чуточку выше и спросила как есть, ведь терять было уже особо и нечего. - Не томите, пожалуйста, скажите все как есть.
- Ваш друг, Роман... Найден... Как раз на территории этого заброшенного дома... Соболезную вам...
В этот миг, кажется погасла последняя надежда, слезы сами проступили из глаз и я не хотела верить в эти лживые слова. Это невозможно... Губы затряслись от отчаяния и снова дикий прорыв, который, кажется, слышала вся больница...
- Нет! Это ложь! Он живой! Я же слышала его голос перед тем, как очнуться! - закрывая лицо свободной рукой, рыдала я.
От нахлынувших эмоций, боль в голове стала нарастать. Теперь унять мысли о том, что пострадал невинный человек - у меня не получалось. Я винила себя абсолютно во всем и даже жалела, что все таки очнулась после аварии. Мимо проходил мой врач и увидев меня в таком виде, он сразу же зашёл в палату.
- Люси, вам сейчас нельзя нервничать! Господин полицейский, вам сейчас лучше покинуть палату, излишние эмоции не дадут толчок к быстрому выздоровлению... - обеспокоенно, сказал он и указал рукой путь к выходу.
Следователь поднялся со своего места и уже было пошел к выходу, но внезапно остановился.
- Люси, вы сможете попрощаться в течение двух дней, если окрепнете. Берегите себя... - сказал тихо следователь, выходя, надевая свою фуражку и разрывая в руках какой-то документ.
Я до последней капли надеялась, что все окажется по-другому, что Рома найдется и мы сможем найти выход из ситуации, ведь мы так хотели... Слезы остановить не было сил, они лились непроизвольно, словно бегущий вниз водопад, а разум снова затуманился.
- Сестра, принесите успокоительное! - крикнул врач, стоя у моей кушетки и буквально через три минуты, медсестра ворвалась в палату в руках с лекарствами. - Поймите, вам нельзя сейчас напрягать нервную систему, знаю, что это сложно, но пожалуйста, попытайтесь! Если динамика будет хорошей, к вечеру завтрашнего дня, мы вас выпишем! У вас не все так плохо на самом деле, не усугубляйте, пожалуйста, ситуацию. Наша задача состоит в том, чтобы вы чувствовали себя превосходно! - строго, но в то же время мягким тоном голоса, сказал врач.
- Отдыхайте, - нежно произнесла медсестра, уходя из палаты.
Я осталась один на один со своими мыслями. Успокоительное подействовало почти молниеносно и все эмоции стихли, не смотря на то, что в душе скребли кошки, таилось отчаяние и яркий упадок сил, с нежеланием бороться дальше. Я сдалась, бороться не за что и выхода, кажется, тоже нет.
Где же сейчас Диана? Ее так никто и не нашел, она просто исчезла, будто бы её и не было вовсе. Я твердо решила, что как только выйду отсюда, сразу приду к Роме... Я хочу извиниться, что не смогла уберечь... Мне необходимо прийти к матери Дианы и рассказать всю правду, какой бы нелепой она не была, а дальше будь, что будет. Лекарство медленно, но верно пробивалось по моим венам, заполняя собой весь организм и меня внезапно склонило в сон, с которым я ранее и боролась, а теперь я обязана ему подчиниться. Веки тяжелели, на улице смеркалось...
Я вновь слышу какие-то голоса, они пытаются разбудить меня, хотят предупредить о чем-то. Я чувствую, как моя голова поворачивается то влево, то вправо, пытаясь уклониться от этого гула в моих ушах. Однако, сильный шум приводит меня в чувство. Я открываю глаза, а вокруг темнота. Свет в больнице моргнул и выключился, где-то вдали включилось аварийное освещение. Моя палата была практически вся из стекла, через которое видно весь коридор, как на ладони. Вдалеке слышатся шаги, которые в прямом смысле бегут в мою сторону и внезапно резко останавливаются. Снова тишина и мгла за окном. Дежурных врачей нет на посту, приподнимаясь, я вижу, что их место пустует и оно подсвечивается лампой, которая все ещё горит от аварийного освещения. По ту сторону моей палаты, я вижу какую-то тень, которая идёт очень медленно, будто плывет по течению, временами останавливаясь. Я зафиксировала взгляд на этой темной фигуре, чтобы не упустить из виду и контролировать ситуацию настолько, насколько это возможно. Тишина была слишком немой, я даже пыталась не дышать, чтобы не выдать своего присутствия. После очередной остановки темной тени, на стекло упала ладонь и сколький скрежет ногтей прошёлся вниз. На моём лбу проступили капли пота, учащенное дыхание было сложно контролировать и кажется, оно это почувствовало. Темная фигура прошла дальше вдоль моей палаты, таща за собой руку по стеклу, царапая его ещё с большим звуком. Чем ближе она приближалась ко входу, тем чаще моргал свет вдали коридора. Фигура встала прямо напротив меня, положив обе руки на стеклянную дверь палаты. Они были слишком непропорциональны телу, огромные и кривые руки, с длинными ногтями разной длины. Шепот стал доносится все больше и я закрыла уши руками, зажмурив глаза. В один момент заливистый смех донёсся сквозь мои преграды и от неожиданности, глаза открылись непроизвольно. Фигура резко исчезла за дверью и кажется, куда-то испарилась. Я вновь закрыла лицо руками, как бы смахивая с себя увиденный кошмар. Я вернулась в исходное горизонтальное положение, где уже из угла моей палаты на меня смотрели те самые страшные и дикие глаза, наполненные пламенем. Это существо как по щелчку оказалось возле меня, минуя пространство и длинные, огромные руки накрыли меня сверху, приковывая к кушетке. Глаза так же пылали огнем и мерзкая белая улыбка нависла надо мной, словно плавая в воздухе. Длинные, черные волнистые волосы внезапно выпали из ниоткуда, касаясь моего лица. От страха я потеряла дар речи, а адские глаза держали будто под гипнозом. Я уже видела этот образ и сразу поняла кто навис надо мной и кто преследовал меня все это время! Белоснежная улыбка, растянутая нечеловеческих размеров скалилась на меня, как казалось, желая захлебнуть меня в своих ненасытных слюнях.
- Ты! Ты та, кто пойдет следом за ним! Пришел твой черед! - звериным рыком это существо оставило свое послание, полоснув на прощание своими когтями по руке, на которой уже и без того пылали былые порезы.
Руку прожигала дикая боль, тело было приковано к поверхности, дыхание не могло восстановиться и я пыталась жадно втянуть хоть один глоток воздуха. Произошел резкий щелчок и свет в больнице снова включился.
После этого отключения, дежурный врач начал обход, он то и обнаружил меня в состоянии невменяемости.
Быстрыми манипуляциями, он вернул меня в чувства, обрызгав водой и рядом стоящего кувшина. Затем он увидел окровавленную руку, на которой была уже выжжена та самая метка. Врач молча перебинтовал руку, вколол что-то перед выходом и презренно поглядывая на меня, вышел из палаты, заполняя больничный журнал. Я снова погрузилась в сон...
Утро настало очень быстро, однако, я проснулась разбитой. Все, что произошло ночью, казалось сном. И я бы поверила в это, если бы не рука, которая пульсировала под перевязкой.
Как всегда утренний обход не обошел и меня стороной. Мой врач зашёл ко мне с такой же улыбкой, но в ней всё-таки что-то было не так. Она была слишком приветлива, чтобы поверить в нее без задней мысли.
- Как прошла ночь, Люси? - спросил первым делом врач.
Я смотрела на него почти круглыми глазами, теряясь в ответе. Я не знала, что ему ответить, впервые, я действительно не находила никаких нужных слов, чтобы оправдать то, во что они точно никогда не проверят. Врач продолжал смотреть на меня, а я на него. Он в ожидании ответа, а я в ожидании смены вопроса.
- Как вам спалось? - переспросил он.
- Не очень,- сходу ответила я. - Бывало и лучше, но спасибо! - пытаясь натянуть правдоподобную улыбку, добавила я.
- Вас что-то беспокоило? Не волнуйтесь, вы можете полностью мне довериться, я помогу вам, а если нет, то попытаюсь это сделать в любом случае! - продолжил врач, разговаривая так, словно боясь задеть меня.
- Все, что меня беспокоило, так это рука... Болела очень, боль почувствовала сквозь сон, наверное, задела ее обо что-то... - ловко выдумала я. Ведь это было единственное, что я могла сказать а оправдание своего ночного состояния. Вероятно, дежурный ночной врач все доложил с утра, от чего теперь, я снова как на допросе.
- Я вас понял! Медсестра зайдет позже и наложит вам новую повязку. Уверен, что вам обязательно станет легче! А что с вашей головой? Как вы себя чувствуете?
- Намного лучше. Уже не кружится и чувствую себя отлично.
- Вы уверены? - недоверчиво, переспросил врач.
- Да, мне намного лучше.
- Отлично, тогда понаблюдаем за вами сегодня, возможно, если все показатели будут в норме, то я не вижу смысла задерживать вас здесь. Как вы на это смотрите?
- Положительно! - подскакивая повыше, сказала я, показывая всем своим видом, что задерживаться здесь мне действительно уже нет смысла.
- Вот и замечательно! - улыбнулся молодой парень в белом халате, на руке которого висели довольно хорошие часы и он частенько поматывал ею, постоянно обращая внимание на время.
Врач снова осмотрел меня с ног до головы своими глубоко зелёными глазами, встал со стула и направился к выходу. - Кстати, вы можете пройтись, лежать постоянно нет надобности.
Эта идея мне понравилась больше всего, ведь всё тело отекло настолько, что лежать уже было просто невозможно. Аккуратно поднимая подголовник кушетки, я свесила ноги в сторону пола, не менее аккуратно привстала на руки, чтобы оттолкнуться от своего горизонтального положения. Тело ликовало от того, что наконец можно размяться, а разум пребывал все ещё в каком то странном состоянии после пережитой ночи. Я не могла смотреть в углы палаты, мне казалось, что сейчас оттуда вот-вот вылезет это существо, похожее на ту самую старуху! Мой взгляд скорее всего был сильно потерянным, от чего на меня оборачивались проходящие мимо больные и врачи, когда я впервые вышла со своей палаты.
- Люси, постойте! - послышался позади до боли знакомый голос. - Пойдёмте со мной а перевязочную! - обернувшись, я заметила медсестру, которая никогда не перестает улыбаться.
Голова действительно уже не кружилась, да и самочувствие мое стало гораздо лучше. Все мои мысли занимал Роман, с которым я отчаянно хотела попрощаться.
Мы прошли чуть дальше дежурного поста и медсестра завела меня в белоснежный кабинет, приглашая рукой к перевязочному столу.
- Вы присаживайтесь, а я сейчас подойду, - сказала она и вышла из кабинета в обратную сторону.
Вокруг стояли полки, заполненные папками и тумбы, забитые разными лекарствами, бинтами и большим выбором медицинских инструментов. Все было настолько стерильно, что запах чистоты навязчиво бил в нос своим хлором, вперемешку с запахом лекарств и инъекций. Пока я ожидала медсестру, за немного прикрытой дверью кабинета, я услышала диалог двоих людей и стала случайным свидетелем их разговора.
- Мне кажется, что она не в себе. Это не наш профиль!
- Что вы предлагаете?
- Надо поставить ее на учёт, откуда у человека ночью будет рука в крови? Она разодрала ее непонятно при каких обстоятельствах... Состояние у нее было невменяемым. Мы не можем подвергать опасности наших пациентов!
- Я вас понял, я позабочусь об этом...
Мне не понадобилось много времени, чтобы понять о ком шла речь. Теперь выйти отсюда как можно скорее - было основной моей задачей, иначе был риск загреметь куда похуже...
Через пару минут после этого разговора, подошла медсестра и молча, без дополнительных вопросов, сделала мне перевязку.
- Подскажите, пожалуйста, - сказала я. - Я могу взять хотя бы часть своих вещей?
- Да, конечно, для вас их как раз уже готовят. Ваш врач распорядился подготовить ваши документы на выписку и поэтому, вы вскоре получите их на руки. А это вот вам,- доставая из под стола две баночки с пилюлями, сказала медсестра.
- Что это? Для чего? - с недоумением и предосторожностью, спросила я.
- Эта серая баночка для поддержания вашего состояния - для головы. Нужно подлечить последствия вашего сотрясения. А вот эта белая, чтобы у вас не болела рука и чтобы вы не нервничали во время лечения, - добавила она и быстрым, корявым почерком написала на листке бумаги назначение.
- Спасибо, - сухо, сказала я, понимая что именно даёт мне эта милая на вид девушка.
Теперь, каждый из людей казался мне врагом, желающим заточить меня в стены, из которых не будет больше выхода! Они все в сговоре и деваться мне некуда, теперь не просто каждый сам за себя, а я сама за себя и за Романа, и за Диану в том числе...
Действительно, после обеда мне принесли выписку, которую я вскоре подписала и забрала свои вещи. Ища телефон в сумке, я наткнулась на какие-то отрывки бумаг, достав которые, увидела, что это моя разорванная подписка о невыезде... Я нащупала свой телефон и первым делом решила позвонить следователю, к которому у меня возникли немаловажные вопросы. Думаю, ему тоже было что мне сказать.
Я начала набирать его номер, покидая ворота больницы.
- Что все это значит? - с недоумением, спросила я, как только он ответил на звонок.
- И вам здравствуйте, Люси! Как вы себя чувствуете? - в приподнятом настроении, спросил меня следователь.
- Спасибо, все хорошо Именно сейчас покидаю территорию больницы. Скажите, пожалуйста, я могу увидеть Романа? - слезы снова подкрались к моим глазам и голос дал слабину.
- Я как раз хотел попросить вас приехать в участок. Вы сможете добраться сами? - вполне серьезным голосом, спросил полицейский.
- Да, я смогу. А что с машиной, которую я арендовала?
- Об этом и о многом другом мы поговорим с вами на месте. Буду ждать вас в своем кабинете, - кротко сказал он и сбросил звонок.
Убрав телефон от уха, я посмотрела в экран телефона, на котором часы показывали обеденное время. Я собрала всю волю в кулак и поехала на встречу, которую представляла себе совершенно иначе. От одной только мысли, подкрадывался ком к горлу, перехватывая дыхание. Такси подъехало на удивление, быстро и я села на заднее сиденье с весьма учащенным дыханием от предстоящего. Погода стояла такая же ветренная и дождь вновь капал на стекла машины, заливая постепенно улицы, овраги и наполняя арыки с забитой в них листвой. Облокатившись о сиденье, я устремила взгляд в окно, поддерживая голову запястьем левой руки. Моя кожа на руке горела все таким же пламенем и эта боль стала такой привычной, стала частью меня и каждый раз напоминала мне о том, что Романа нет по моей вине. Слезы вновь покрыли своим солёным покровом мое лицо, а я утопая в них, пыталась заглотнуть хоть малейшую часть свежего воздуха, который едва пробивался в маленькую расщелину окна. Водитель время от времени поглядывал на меня через зеркало, но не решался завести разговор, да и о оно и к лучшему! Я не была готова ни к каким разговорам, а особенно с посторонними людьми.