2 глава
Селеста
Я никогда не была одна.
С первого дня жизни рядом со мной был Виктор. Наши родители дружили с университета, а потом вместе переехали в этот город. Они всегда говорили, что у них было две мечты: успешная карьера и дети, которые станут такой же неразлучной парой, как они сами.
Иронично, правда?
Виктор был рядом всегда. Мы вместе засыпали в детстве, держась за руки, вместе ходили в садик, вместе играли. Он был моим лучшим другом, моим братом — человеком, с которым я могла поделиться чем угодно.
Но всё изменилось в пятом классе.
Леон Кассель.
Новый ученик, с которым я никогда не разговаривала, но который привлекал меня так, как никто другой.
Он был… другим.
Он всегда сидел один. Никогда не играл с нами на переменах. Его не интересовали дурацкие школьные шуточки, соревнования, сплетни. Он просто молчал, смотрел в окно, писал что-то в тетради или выполнял задания раньше всех.
Это был первый человек, которого я не могла понять.
И поэтому он стал для меня самым интересным.
Я не могла перестать смотреть на него. На его холодный взгляд, на то, как он сжимал карандаш в руке, словно пытался удержать свои мысли под контролем.
И чем больше я наблюдала, тем сильнее понимала — я хочу быть рядом.
День, который я не забуду
14 февраля.
Школа пестрила красными и розовыми цветами, в воздухе витал запах конфет и шоколада. В коридоре девочки передавали друг другу записки, мальчишки дурачились, даря друг другу валентинки в шутку.
Я никогда не получала валентинку.
И, честно говоря, никогда не ждала.
Но в тот день, когда я подошла к своему шкафчику, я увидела её.
Одинокая роза.
Тёмно-алая, с длинным стеблем, но с жуткими шипами, на которых виднелись следы крови.
Я замерла.
Дверца шкафчика тоже была запачкана каплями крови. Совсем немного, но достаточно, чтобы сердце сжалось в груди.
Я быстро оглянулась по сторонам. Никого.
Схватив салфетку, я дрожащими пальцами начала стирать следы, пока их не заметили.
Когда прозвенел звонок, я вошла в класс и увидела его.
Леон сидел за своей партой, как всегда один.
Но теперь я заметила, что его руки были в бинтах.
Они выглядели свежими. Будто он порезался совсем недавно.
Будто он сорвал шипы с розы голыми руками.
Я резко повернула голову к Виктору.
Он улыбался.
Это была странная, чуть кривоватая улыбка — не радостная, а скорее… знающая.
Я не понимала, что между ними произошло, но вдруг почувствовала, что мой мир никогда не будет прежним.
Потому что я знала одно:
Леон Кассель всегда будет моим будущим.
Кабинет опустел.
Все разошлись кто куда — кто-то в столовую, кто-то на улицу, кто-то просто слонялся по коридорам, убивая время перед следующим уроком.
Но мы остались.
Я, Леон и Виктор.
Леон сидел за своей партой, чуть сгорбившись, уткнувшись взглядом в пустой лист перед собой. Его руки, всё ещё забинтованные, лежали на столе.
Я не могла больше молчать.
Подойдя ближе, я осторожно произнесла:
— Привет. Прости за странный вопрос, но… ты можешь сказать, почему у тебя руки в бинтах и крови?
Он даже не взглянул на меня.
— Не подходи ко мне. И не разговаривай со мной.
Голос был холодным, как лед. В нём не было ни капли эмоций, только отстранённость.
Но прежде чем я успела что-то сказать, Виктор оказался рядом.
Я почувствовала, как его рука мягко легла мне на плечо.
— Это я заставил его, — лениво протянул он, как будто речь шла о какой-то мелочи. — Обманом. Принести одну красивую розу для одной красивой девочки.
Я резко обернулась к нему.
— Да что ты вообще знаешь о любви, дурак?
Леон резко встал, стул громко скрипнул по полу.
— Ещё одно слово, и я разобью тебе лицо.
Он посмотрел на Виктора с таким холодным презрением, что даже мне стало не по себе.
Но Виктор лишь усмехнулся.
Леон вышел из класса, не оглядываясь.
И в этот момент Виктор сделал то, чего я никак не ожидала.
Он взял мои руки в свои, крепко сжал, не давая вырваться, а затем мягко закрыл мои глаза одной рукой.
— Не смотри, — прошептал он.
Я почувствовала его губы на своём лбу.
Тёплые. Жёсткие.
И мне вдруг стало страшно.
Вечерний воздух был прохладным. Я вышла из подъезда, закутавшись в тонкую куртку, и подняла голову, глядя на окна.
Где-то там, на верхних этажах, был Леон.
Но он даже не подошёл к окну.
Не посмотрел вниз.
Не увидел меня.
Может, даже и не думал обо мне.
— Знаешь, ты выглядишь разочарованной, — усмехнулся Виктор, засовывая руки в карманы. — Разве не этого ты хотела? Выглянуть в окно, увидеть, как он тоже на тебя смотрит, поймать этот глупый, но такой сладкий момент?
Я сжала губы, стараясь не реагировать на его слова.
— О чём ты вообще говоришь?
— О том, что твой милый план соблазнить Леона только что рухнул.
Я резко обернулась к нему.
— Виктор…
— Что? Разве не так? — Он чуть наклонился вперёд, заставляя меня встретиться с его взглядом. В его глазах было что-то хищное, тёмное, тревожное. — Ты так старалась. Прическа, одежда, голос, взгляды… Всё ради него. Но ему плевать, Селеста. Как и всегда.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Ты не понимаешь…
— Это ты не понимаешь, — перебил он, его голос стал ниже, тише. — Леон никогда тебя не полюбит.
Он медленно вытащил из кармана пачку сигарет, прикурил, не сводя с меня глаз.
Я сжала кулаки.
— Зачем ты здесь, Виктор?
Он затянулся, выпуская дым в сторону ночного неба.
— Я здесь, чтобы напомнить тебе, что я всегда рядом. В отличие от него.
Виктор медленно выдохнул дым, продолжая смотреть на меня. Но внезапный звонок разорвал тишину.
Он достал телефон из кармана, взглянул на экран, и его выражение лица изменилось.
— Родители Селесты, — пробормотал он.
Я почувствовала лёгкую тревогу.
— Почему они звонят тебе?
Он ничего не ответил, лишь нажал на зелёную кнопку и поднёс телефон к уху.
— Алло.
Я наблюдала, как его лицо оставалось непроницаемым. Он слушал, время от времени кивая, но не отвечал.
— Да, конечно. Скоро буду, — коротко сказал он и отключил вызов.
Я нахмурилась.
— Что случилось?
Виктор медленно убрал телефон в карман, глядя на меня с лёгкой усмешкой.
— Кажется, у тебя проблемы, принцесса. Твои родители хотят поговорить со мной о тебе.
Я резко вскинула голову.
— О мне? Зачем?
Виктор пожал плечами, но в его глазах промелькнул странный огонёк.
— Не знаю. Может, они наконец поняли, что я единственный, кто может уберечь тебя от всех этих ошибок.
Он снова затянулся, а потом медленно выдохнул дым, не сводя с меня глаз.
— И в первую очередь — от Леона.
Виктор смотрел на меня слишком долго, сжимая телефон в руке. Я почувствовала, как внутри всё сжимается.
— Что ты имеешь в виду? — я скрестила руки на груди, не желая показывать свою неуверенность.
Он усмехнулся, но в его взгляде не было веселья.
— Родители волнуются, Селеста. Ты же знаешь, что они всегда хотели для тебя лучшего. И вот, представь себе, они начали задаваться вопросом — неужели ты сама не понимаешь, какой выбор ошибочный?
— Виктор, хватит загадок. Они что, против Леона?
— Ох, детка, они даже не обсуждали его. Пока. Но скажи мне, что я не прав, когда думаю, что он — твоя самая большая ошибка?
Я почувствовала, как внутри закипает злость.
— Я сама выбираю, что для меня ошибка, а что нет.
Виктор шагнул ближе, и я вдруг поняла, что мы стоим совсем одни в этом тёмном переулке.
— Нет, Селеста. Ты не выбираешь. Ты просто упрямая.
Я напряглась, но он лишь усмехнулся и, к моему удивлению, мягко коснулся моей щеки.
— Но ничего, малышка, скоро всё изменится.
Я оттолкнула его руку.
— Я тебе не малышка.
Он фыркнул.
— Посмотрим.
В этот момент его телефон снова завибрировал. Он взглянул на экран, затем снова на меня.
— Мне пора. А ты подумай, Селеста…
Я смотрела, как он уходит в темноту, оставляя после себя только запах сигарет и неясное ощущение тревоги.
Глава 7 — Разговоры в тени
Я сидела на заднем сиденье такси, глядя в окно. Ночные огни города рассыпались размытыми пятнами, но внутри меня была только тишина. Виктор… его слова всё ещё звучали в голове.
— "Ты не выбираешь"…
Я сжала кулаки. Нет, Виктор, я выбираю. И ты не сможешь контролировать мою жизнь.
Такси плавно остановилось у моего дома. Я заплатила водителю, вышла и, тяжело вздохнув, поднялась по лестнице. Дверь открылась, и я увидела своих родителей, сидящих в гостиной.
— О, Селеста, дорогая, наконец-то ты дома, — мама встала и с улыбкой протянула мне бокал вина.
— Присаживайся, нам нужно поговорить, — добавил отец, убирая телефон в карман.
Я знала этот тон. Серьёзный разговор.
Я села в кресло, поставив бокал на стол, даже не сделав ни глотка.
— О чём речь?
Мама посмотрела на отца, а потом снова на меня.
— Мы говорили с Виктором. Он хороший парень, заботится о тебе.
Я уже догадалась, куда это ведёт.
— Мы думаем, что вам стоит пожениться, — произнёс отец, будто бы это было чем-то само собой разумеющимся.
Я почувствовала, как внутри поднимается волна возмущения.
— Что? — я посмотрела на них, стараясь скрыть эмоции. — Вы серьёзно?
— Разумеется, дорогая, — мама улыбнулась. — Вы с Виктором вместе с самого детства. Он тебя понимает, он надёжный. Разве не логично сделать следующий шаг?
Я рассмеялась. Горько, насмешливо.
— Не волнуйтесь, у меня всё под контролем, но я не выйду за него замуж.
Родители обменялись взглядами, но прежде чем они успели что-то сказать, я поднялась с кресла.
— Тем более, я ухожу в долгожданный отпуск.
Я схватила бокал вина, сделала глоток и направилась в свою комнату, оставляя их позади, всё ещё ошеломлённых моим ответом. Пусть привыкают.
Я закрыла за собой дверь в комнату, бросила телефон на прикроватную тумбочку и подошла к зеркалу. Ну и вечер…
Скинув одежду, я пошла в душ. Горячая вода стекала по коже, смывая напряжение, но мысли никак не отпускали. Виктор. Родители. Леон. Всё смешалось в один тягучий ком в груди.
Почему именно сейчас? Почему все вокруг пытаются управлять моей жизнью?
Я глубоко вздохнула, выключила воду и обернулась полотенцем. Вернувшись в комнату, я первым делом поставила телефон на зарядку. Включила его и…
Вибрация. Раз. Два. Три.
Я нахмурилась. Несколько пропущенных вызовов.
Номер не был записан в моих контактах. Неизвестный.
Телефон завибрировал снова. Звонок.
Я почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Внутренний голос кричал: не бери трубку.
Но пальцы уже потянулись к экрану. Я нажала на кнопку «Ответить».
— Алло?
В трубке было тихо. Но тишина — это тоже ответ.
Я открыла рот, чтобы сказать что-то ещё, но тут…
— Неужели ты думала, что сможешь от меня уйти?
Голос был низкий, приглушённый. И до боли знакомый.
— Виктор? Какого чёрта? Не звони мне! — я сжала телефон, чувствуя, как злость перекрывает страх.
На той стороне послышался короткий смешок.
— О, Селеста, ты так наивна… — его голос был слишком спокойным, слишком уверенным. — Разве ты не понимаешь? Я всегда рядом. Я всегда слежу за тобой.
Моё дыхание сбилось. Я огляделась по комнате, словно Виктор мог прямо сейчас стоять за спиной. Но нет, он не здесь. Это просто звонок. Всего лишь голос в трубке.
— Ты болен. — Я стиснула зубы. — Я не твоя, Виктор. Никогда не была и не буду. Смирись с этим.
В ответ снова тишина. Но через секунду он заговорил.
— Ты ошибаешься, Селеста. Ты не понимаешь, как устроен этот мир. Я терпеливо ждал, пока ты это осознаешь сама… но теперь мне придётся тебе помочь.
Мои пальцы судорожно сжали телефон.
— Не смей. Не приближайся ко мне.
— О, дорогая… — Виктор усмехнулся. — Я уже ближе, чем ты думаешь.
Связь оборвалась.
Я застыла, чувствуя, как сердце колотится в груди.
Что, чёрт возьми, он задумал?
Селеста глубоко вздохнула, пытаясь успокоить бешено колотившееся сердце. "Чёртов псих…" — подумала она, отбросив телефон на тумбочку.
Она направилась в ванную, включила фен и начала сушить волосы. Гул работающего прибора немного заглушал тревожные мысли, но от странного ощущения — будто кто-то наблюдает — избавиться не получалось.
Спустя несколько минут она бросила фен на полку, выключила свет и вышла в спальню. Телефон больше не вибрировал, экран был чёрным, но всё равно ей казалось, что он вот-вот снова зазвонит.
Она села на кровать, медленно провела пальцами по простыням и легла, уставившись в потолок.
"Я уже ближе, чем ты думаешь."
Её передёрнуло.
"Нет. Это просто паранойя. Виктор далеко. Это просто очередная его попытка меня запугать."
Натянув одеяло до самого подбородка, она закрыла глаза. Сон не спешил приходить, но в какой-то момент усталость всё-таки взяла верх.
В комнате повисла полная тишина.
Но… если бы она не была такой измотанной, то, возможно, услышала бы еле слышный скрип пола за дверью спальни.
Селеста резко дёрнулась во сне, словно что-то тревожное мелькнуло в глубинах её подсознания. Она ещё не осознавала, что просыпается, но чувство тревоги уже проникло в её сознание.
Скрип.
Ещё один, едва слышный, но всё же заметный в полной тишине ночи.
Глаза Селесты распахнулись.
Темнота. Только тусклый свет с улицы пробивался сквозь шторы. Она прислушалась, затаив дыхание.
Тишина.
Она медленно потянулась к телефону, но едва пальцы коснулись холодного экрана, тишину нарушил ещё один звук. На этот раз более явственный.
Шаг.
В груди похолодело.
Селеста села в постели, сердце заколотилось. "Может, это просто игра воображения?" — успокаивала она себя, но тело уже напряглось, словно готовясь к бегству.
Она осторожно протянула руку к тумбочке, нащупывая небольшую лампу. Одно движение — и комната озарится светом.
Но в тот момент, когда пальцы коснулись выключателя…
За дверью раздался глухой стук.
Будто кто-то положил ладонь на дерево и медленно провёл по нему пальцами.
Селеста замерла.
— Кто здесь? — её голос дрогнул, но в комнате по-прежнему стояла тишина.
Она не знала, что страшнее — услышать ответ или не услышать ничего.
Селеста замерла, чувствуя, как кровь застывает в жилах. Воздух в комнате был пропитан удушающим ароматом роз, а приглушённый свет маленьких свечей создавал тревожную, почти болезненную атмосферу.
Она медленно повернула голову к балкону.
Тень.
Чёткий силуэт, застывший по ту сторону стекла.
Виктор.
Его глаза сверкнули в полумраке, а тонкая улыбка на лице напоминала изломанный шрам. Он не двигался, просто стоял, наблюдая.
— Чёрт... — Селеста дёрнулась, отпрянув назад.
Сердце стучало в груди, а пальцы сжались в кулак. Она быстро огляделась, силясь осознать, как это всё оказалось в её комнате. Когда? Почему она ничего не слышала?
Она подошла к тумбочке, схватила открытку и развернула её.
"Ты ведь знаешь, что я всегда рядом."
Она резко отбросила её в сторону, обжигаясь словами, словно от раскалённого металла.
— Виктор... — её голос дрожал, но не от страха, а от нарастающей ярости. — Какого чёрта ты делаешь у меня на балконе?
Он молчал.
Селеста рванулась к балконной двери, с силой распахнула её.
Холодный ночной воздух ворвался в комнату, колыхнув шторы.
Виктор сделал шаг вперёд, позволяя свету уличных фонарей осветить его лицо.
— Привет, любимая, — его голос был спокойным, почти нежным.
Она вцепилась пальцами в дверной косяк, чувствуя, как внутри всё закипает.
— Убирайся, Виктор. Немедленно.
Он вздохнул, будто его утомила эта сцена, и лениво наклонил голову.
— Селеста, ты так несправедлива. Я всего лишь хотел сделать тебе приятное.
Она сжала зубы.
— Нормальные люди не проникают в чужие дома!
Он усмехнулся.
— Ты правда считаешь меня "нормальным", Селеста?
Она напряглась. Виктор был опасен. Она знала это. Но до сегодняшнего дня он хотя бы сохранял границы. Теперь же…
— Уходи, — повторила она, теперь жёстче.
Виктор смотрел на неё несколько долгих секунд, затем медленно кивнул.
— Хорошо, — его голос был всё таким же спокойным. — Но я вернусь.
Он подался назад, шагнув в темноту балкона.
Селеста замерла, ожидая звука шагов, звука уходящего человека.
Но его не было.
Она осторожно выглянула на балкон.
Пусто.
Только серая плюшевая игрушка, теперь уже на парапете.
Он исчез.