Глава 44
Я впустил её в своё сердце и она во мне выстроила стену, что останавливала женские голоса, их взгляды и чары. Всё разбивалось о стену, всё было тщетно. Говори я хоть с королевой, хоть с танцовщицей, ни один женский голос не добирался до моего сердца. Всё оставалось у порога. А за стеной жила она. Незабываемая.
Z.K
Амелия
Тело онемело от такого заявления. Девушка напротив ни капли не волновалась, делая вид, что это вовсе не является потрясением. Мой взгляд метнулся на Арчи, который притворялся будто ничего не расслышал. Он спокойно вонзал вилку в воображаемые овощи на пустой тарелке, раздражая мой темперамент ещё больше.
Но это её выбор, её решение, её жизнь. Она сама решит, что делать со своим телом и сгустком клеток, что находятся внутри. Ни я, никто другой не имеет прав, чтобы оказывать репродуктивное насилие. Всё в её руках.
– Что же... – пыталась подобрать правильные слова, утыкаясь лицом в собственные ладони, – что ты хочешь сделать с тем, что зародилось у тебя в животе?
– Ребёнком?
– Скорее со сгустком клеток, которые возможно станут ребёнком, – нервно выругалась, иронично насмехаясь над собственным неумением поддержать. Проклятье.
– Я просто хотела узнать, хочешь ли ты этого сама, Джо, – нежнее сказала, замечая жест со стороны брата, когда его большая ладонь накрыла ее белоснежную. – Ребёнок – это не просто тело, которое имеет человеческое строение. Это отдельная личность со своими эмоциями, проблемами, взглядами, представлениями о жизни, которые могут радикально отличаться от твоих собственных.
Её золотистые волосы мерцали под натиском бледного свечения, а ласковый взгляд терял свою стойкость, начиная краснеть от слёз. Идеальные губы дрогнули, соединяясь в ровную линию, словно сдерживали тоскливый хрип. Она задумчиво взглянула на нелепую обмотку гирлянды вокруг торшера, что смахивал на восковую фигуру.
– Я хочу этого... точнее, мы хотим, – вздохнула девушка, облокачиваясь на крепкое плечо моего брата. Их обмен взглядами с неподдельной искренностью заставил необыкновенному ощущению разгореться внутри моей грудной клетки, вынуждая думать только об одном: «Как я смогла не заметить этих глаз?». Возвращая мысли в уже прошедшие дни, меня окутало осознание, что каждый из них всегда трепетно относился к другому.
– Мы и есть твоя семья, – подтвердил близнец, который обнимал блондинку за плечо, давая полностью расслабиться и погрузиться в сонное забытьё прямо сейчас.
– Она устала, – покачал головой Арчи, поднимаясь на ноги, показав рукой на стрелку тикающих часов, что пробили полночь.
В комнате повисла идеальная тишина, позволяющая слышать треск свечи, что красила стол, застеленный красно-белой скатертью. Я скрестила руки, облокачиваясь на спинку деревянного стула, и долго вглядывалась в безмятежное лицо девушки.
Полнейшее безмолвие закончилось, когда щенок стал гоняться за своим маленьким хвостом, стараясь взять его в плен. Он носился по этажам, громко шаркая загрубелыми подушечками лап.
– Хоть кому-то здесь весело, – посмеялся брат, тихо переставляя со стола заляпанные тарелки, соусницы, салатники и стаканы.
Я почувствовала тёплую ладонь через плотный материал штанов, что сжала моё колено. Рэй выглядел задумчивым, немедленно погружался в мысли, словно выстраивал целую теорию о эволюции человечества.
– Думаю, что пора идти спать, – острожно прошептала я, привлекая внимание брюнета, сидящего рядом.
***
Я медленно снимала вещи, постепенно оставаясь в одном спортивном топе и стрингах, подчёркивающие тренированные бёдра. По тёмному коридору до сих пор топтался близнец, отбирая у щенка-авантюриста вещи, которые забыл убрать с видного места.
Зеркало, что стояло рядом, заставило меня взглянуть на тело, которым безмерно восхищалась. Я не принцесса из сказок и вовсе не идеальна. У меня, как и у многих, есть немного растяжек на груди и ягодицах, волосы на теле, появляются акне, кричащие о неправильном потреблении пищи. Многие и вовсе считают, что моё телосложение чересчур натренированно, но это не мешает мне любить собственное тело, чихая на устаревшие и консервативные стандарты красоты. Ведь когда ты любишь себя, то привлекаешь больше.
– Ты великолепна, – дразняще шептал Рэй, отвлекший внимание, прижимаясь к моей голой коже своей пламенной. Его холодный нос уткнулся в шею, а ладонь волнующе опускала лямку вниз, освобождая от бессмысленного топа.
– Давай обниматься?
– Я не против, – мягко проговорил брюнет, поднимая, чтобы я обхватила его твёрдое туловище ногами, а вокруг шеи обернулись руки, как стебли дикого винограда.
Щелчок выключателя и свет погас. Лунные отблески, которые беспрепятственно проникали через не занавешенное окно, помогали не потерять в темноте красивые глаза необычного зелёного цвета. Мысли, которые недавно поглотили мой разум, полностью исчезли как осадок, растворившийся в кислоте, позволяя наслаждаться моментом.
Наши тела опустились на мягкую простынь, и я старалась чуть отодвинуться, чтобы закутаться в махровое одеяло.
– Слишком жарко... – вполголоса простонала я, когда тело парня зажало меня в объятиях, – в прямом смысле. Ты чертовски сильно прижимаешь меня к себе.
– Я не хочу тебя отпускать, – нежно поцеловал в плечо, зарываясь носом в густых волосах, – ты так вкусно пахнешь...
Я скинула броню, оставаясь полностью обнаженной перед ним так же, как и он. Нет запретов, криков, насилия. Лишь наши бесстыжие и неподдельные разговоры до четырёх часов утра о разных мелочах; состояние покоя и расслабленности, которое все усердно ищут на балконах в Париже.
Я ощутила, как по моим голым плечам ласково и нежно проходила мужская ладонь, нагоняя душевное тепло. Наше дыхание слилось воедино, как чарующий танец двух влюблённых, что двигаются по бальному залу, затерявшись друг в друге. Вдох, выдох.
– Я люблю тебя, – прошептала напротив рта брюнета, оставляя лёгкий зависимый отпечаток своих губ.
Есть вещи, которые хочешь спрятать в укромное место своего сердца, чтобы они существовали всегда. Я желаю, чтобы тёплые ладони этого парня вечно, столь же родимо, касались моих холодных.
– Твои объятья – самое лучшее место на планете, – вполголоса молвил в ответ, целуя мои закрытые веки, заставив забыть обо всём, кроме нас... и ежевичного пирога, естественно.
***
Голова раскалывалась и кружилась, а виски пульсировали, словно по ним долго били молотком. После вчерашних лишних напитков и неизвестного вещества, что добавили в них, тело ныло и ломило, а отметины, оставленные брюнетом, рдели из-за чувствительности кожи. Татуированный парень, лежащий рядом, не давал выбраться из объятий, прижимая ближе с каждой попыткой, которые не увенчивались успехом.
– Ещё много времени, – сонно и хрипло бормотал Рэй, поглаживая мои растрёпанные, чуть вьющиеся волосы. Его губы коснулись моей шеи, осыпая тёмные пятна мягкими, робкими поцелуями.
– Мне сегодня нужно отнести документы, которые касаются работы, в деканат, поэтому придётся встать раньше, чтобы не опоздать на пару.
Я мигом поднялась, когда Рэй на секунду приподнял одну из рук, нацепив первую попавшуюся футболку, направилась на кухню, улавливая запах свежей, домашней выпечки и ароматного, душистого чая.
– Доброе утро, Амелия, – иронично сказал близнец, который стоял спиной ко мне, с трясущимися от смеха плечами. Лучи поздно-осеннего солнца, что попадали на кухню через открытые окна, давали возможность разглядеть татуировку в виде сильных, мощных крыльев.
– Как ты понял, что это я? – непонимающе уточняла, уже засовывая в рот поджаренный хлеб со сливочным маслом, и выискивала глазами любимую сладость с незапамятных времён.
– Ты единственная в семье, которая бежит со всех ног, лишь бы успеть съесть шоколадное печенье с кленовым сиропом, – саркастически буркнул Арчи, перекладывая последний блин со сковородки в большую тарелку, где посередине стояла тарелочка с малиновым джемом.
– Дорогой, тебе не идёт, когда ты открываешь рот, – так же колко и броско ответила я, пробивая боковой удар ногой по каменным, бетонным ягодицам.
Близнец скорчил наигранную гримасу, показывая утреннюю весёлость. Губы парня раздвинулись в ленивой, спокойной улыбке, вновь обнажив жемчужные зубы.
– Не ворчи, – наморщился брат, делая вид, что его до боли и ужаса обидели мои слова, показав рукой удар по сердцу.
Мои глаза метнулись на белые, настенные часы, тикающие поминутно, следя за бегущей стрелкой. С улицы, через приоткрытое окно, слышался шум ветра, а дома негромко звучало потрескивание огня в камине, увешанного новогодними носками, не смотря на листопадную, золотую пору.
– Разве тебе не пора собираться? – невнятно полюбопытствовал Арчи, выдавая печенье с восхитительным запахом, замотанное несколькими слоями фольги.
– Конечно, па-а-апочка, спасибо, – ехидно сказала я, взяв в руки коробочку, направилась в комнату, отмечая, что в соседней спальне, Джо и Алекс мило, еле слышно, сопят с приоткрытой дверью, обнимая друг друга.
***
Голые, непокрытые листьями деревья окружали всю территорию университета. Холодный ветер морозил щеки, делая их румяными и багровыми от ноябрьской стужи. Под ногами хрустел иней, который успел появиться за сегодняшнюю морозную ночь.
Я забежала в громадное здание, в котором было невероятно тепло. Тело содрогнулось, когда свежий, морозный поток воздуха остался за стенами учебного заведения. Шума стояло не меньше из-за говорливости студентов и преподавателей.
– Амелия, подождите, пожалуйста, – позвал знакомый голос женщины, которая является одним из организаторов соревнований между лучшими университетами Канады.
– Вы принесли документы? – протараторила она, стараясь отдышаться и уравновесить дыхание, словно она бежала стометровку.
Я достала из портфеля папку с бумагами, подтверждающими мою личность и медицинскую пригодность к соревнованиям. Взамен женщина протянула договор о принятии на работу, в котором прописывались мои обязанности и трудовые правоотношения.
– Рассмотрите дома внимательно и скажите мне, пожалуйста, – вежливо произнесла она, поправляя убранные лаком волосы, которые идеально сочетались с белоснежной рубашкой, имеющей темно-синюю вышивку с эмблемой университета.
Я любезно одарила её мягкой улыбкой и удалилась, еле проскакивая между компании преподавателей, которые беседовали на светские темы.
Моя аудитория была полна молодыми людьми, которые рассматривали скелет прямоходящего человека и обезьяны, сравнивая сходства: молекулярно-генетические, физиолого-биологические, эмбриологические, анатомические и палеонтологические, – или изучали останки предков трёхтысячной давности.
Я подошла к столу молодого парня, который уткнулся в красный сборник с названием: «Антропология для чайников», подчёркивая для себя важные детали карандашом для проведения сегодняшних пар.
– Здравствуйте, я хотела вернуть атласы, которые вы дали для изучения тем дома, – приветливо произнесла я, выкладывая на стол стопку больших, толстых книг, набитых пометками, которые оставил бывший владелец.
Нико уместил яркий, знакомый билет между страницами учебника в качестве закладки, поворачиваясь ко мне всем туловищем. Его привычный стиль сегодня был изменён, добавив улучшения в виде серебряной цепочки и чёрной кожаной рубашки, надетой сверху мрачного пуловера.
Мой взгляд был прикован к радужной карточке, что лежала между страниц, чтобы нужное замечание не потерялось. В голове стали выстраиваться теории, о которых я ни за что не стала бы разглагольствовать.
– Спасибо, – благосклонно сказал он, осматривая каждого учащегося, – думаю, сегодня много ребят появилось, которые желают исправить плохие оценки, поэтому все ряды будут забиты. Предлагаю, точнее, настаиваю, чтобы ты села рядом.
Одна шокирующая новость закрывалась другой, поэтому я лишь нервно, судорожно кивнула, усаживаясь на крутящийся стул, стоящий рядом с Нико.
– Существует несколько теорий зарождения жизни, – проговорил преподаватель в микрофон, привлекая внимание студентов и студенток. – Какие можете назвать?
– Креационистская гипотеза, – громко прокричала светловолосая девушка с последних рядов, держа в руках атлас.
– Точнее.
– Креационистской гипотезе придерживаются люди, считающие, что жизнь создал творец, Бог, вселенский разум.
– Ещё, – просил Нико, делая громкость колонок ниже, – существует теория стационарного состояния, говорящая, что живое вместе с вселенной существовало и будет существовать всегда, независимо от времени, но на данный момент эта гипотеза имеет лишь историческое значение, и в научных кругах уже давно не обсуждается, так как опровергнуто современной наукой.
– Теория панспермии, – воскликнул мужской голос с передних рядов, – она предполагает, что живые организмы на нашу планету занесли космические тела. Например, в биохимическом составе метеоритов, метеоров и комет зачастую можно обнаружить органические соединения.
– Теория абиогенеза, – добавила я, рассматривая пометки в толстой тетради, – она включает в себя образование органических структур из неорганической материи вне организма и без применения специальных ферментов.
***
Всю оставшуюся часть занятия мы посвятили понимаю всей информации, которая накопилась со временем, опровергая или доказывая наукой.
Единственная пара, стоящая в моём расписании на пятницу, закончилась, поэтому я смогла встретиться с Рэем и уехать из университета к парню. Брюнет настоятельно звал к себе, обещав, что приготовит что-то вкусное.
В доме приятно пахло корицей и глинтвейном, благодаря свечам и благовонным палочкам, зажженным в коридоре. Обжигающий чёрный чай с дольками лимона, и уютный полумрак согрели, поэтому я разместилась в гостиной, накрывая ноги полосатым пледом.
– Блять, – раздался резкий, агрессивный голос с кухни, сопровождая за собой жуткий, страшный грохот.
Я мигом поставила кружку на стеклянный круглый стол, направляясь в сторону источника шума. На кафельном полу были разбросаны листки порванных бумаг с отчётами о финансах и разбитая посуда, заслоняя плитку множеством мелких осколков. По деревянному столу медленно стекала вода, выплеснувшаяся из разбитой фарфоровой вазы.
Грудная клетка парня яростно вздымалась, а ладони были сжаты в кулаки до белизны костяшек. Он потерял самообладание, кидая свой телефон в деревянный шкаф, наполненный ящичками из фетра.
Я не была многословна, ведь знала, что, когда есть поддержка близкого – любая проблема не кажется такой глобальной.
***
Все то, что я говорила о сложности других глав – забудьте 😅
Самая сложная, нежеланная, нелепая глава стала именно эта. Я испытала столько смешанных эмоций, пытаясь сформулировать чувства, мысли и красиво расставить их в предложении.
Моё состояние на протяжении всего написания 44 главы выглядит так:
Книгу я не бросаю! Я всегда заканчиваю начатую работу. Благодаря этой книге в моей жизни появились ах$енные люди, и это Вы! Именно благодаря Вам я нашла своё место в жизни 🤍