глава 66
Глава 66: Раскройте альбом перед Господом
На мгновение в комнате воцарилась тишина.
Когда Фу Цзиньсяо посмотрел в затуманенные и застенчивые маленькие глазки Шэнь Синсуя, он слегка прищурился. Он сразу понял, что неправильно понял Шэнь Синсуй. Однако, вместо того, чтобы объяснить это, он целенаправленно направился к Шэнь Синсуй. Он также не потрудился изобразить злую улыбку.
Ноги мужчины были стройными, и каждый шаг, который он делал по полу, заставлял Шэнь Синсуя нервничать ещё больше.
В конце концов Фу Цзиньсяо неподвижно встал на диван рядом с ним и наклонился.
Расстояние между ними внезапно стало чрезвычайно близким, и этого было достаточно, чтобы Шэнь Синсуй увидел холодные глаза актера с близкого расстояния. Рассматривая его с такого расстояния, Шэнь Синсуй заметил, что глаза Фу Цзиньсяо были не черными, а очень темно-синими. Это был самый красивый оттенок синего, который он когда-либо видел.
Ноздри Шэнь Синсуя наполнились ароматом Фу Цзиньсяо, и он прошептал:
"Ты..."
" А как же я? Фу Цзиньсяо стоял у дивана, на его лице была легкая дразнящая улыбка. Он придвинулся ближе, его тело почти накрыло напряженную Шэнь Синсуй:
"Ты не хочешь?"
Лицо Шэнь Синсуя покраснело, и он пробормотал, пытаясь прийти в себя: "Я, я не в своем уме... Я, я еще... не готов». ".
Улыбка в глазах Фу Цзиньсяо постепенно становилась шире, а затем он издал приглушенный смех, низкий смех, исходивший из его груди, он опустил голову и мягко улыбнулся, казалось, это был первый раз, когда Шэнь Синсуй видел, как он все время смеется. И он улыбался так открыто, что это было совсем не похоже на его добрую и лицемерную улыбку, которая была у него всегда раньше, и больше походило на смех плохого мальчика над шуткой.
"..."
Фу Цзиньсяо захрипел, затем поднял голову. Его влюбленные глаза феникса смотрели на него с удивлением, тон был сексуальным, но игривым. "Ах... Понимаю, понимаю. У тебя наверняка много мыслей обо мне, не так ли? Какой непослушный маленькая Суи ~"
"!!!"
Шэнь Синсуй понял, что его мысли были слишком дикими. Его тело горело от стыда. Он был на грани смерти от унижения.
Цзиньсяо снова поднял одежду, положил ее в руку и сказал: "Ладно, поторопись и прими уже душ. На улице все ещё идёт дождь, будь осторожен, не простудись".
Услышав это, Шэнь Синсуй почувствовал себя еще более пристыженным. Он чувствовал, что делает что-то из ничего, создает проблему из ничего, смотрит на небо из колодца, думает об этом, и так стыдно было бросить его домой: «Ох, ох! Это простуда...»
Дело в том, что Фу Цзиньсяо ещё не закончил говорить.
Актер поджал губы, пристально посмотрел в глаза Шэнь Синсуя, затем приподнял пальцами подбородок юноши. - В противном случае, что за мысли бродят в твоей хорошенькой головке?
Шэнь Синсуй сказал со стыдом и паникой: "Нет, нет, я ни о чём не думаю!"
Ответив, он встал не мог оставаться здесь ни минуты и, не оглядываясь, бросился в ванную, не поворачивая головы и держа в руках одежду. Он поспешно захлопнул дверь ванной, затем включил душ. Поскольку он спешил, его встретила холодная вода.Как только он включил воду, она превратилась в холодную,. Он вскрикнул от шока, когда вода коснулась его кожи потому, что он слишком нервничал, что забыл прогреть воду.
Снаружи донесся голос Фу Цзиньсяо: "В чём дело, тебе нужно, чтобы я вошел?"
Шэнь Синсуй чуть не взорвался снова: "Нет, нет, нет! Я в порядке! Правда!"
Услышав этот пронзительный, полный паники голос, Фу Цзиньсяо понял, что Шэнь Синсуй покраснел с головы до ног.
Он представил это в своей голове, и это было прекрасно. Шэнь Синсуй, кажется, обладает магической силой. Пока актер встречался с ним, его настроение поднималось. В глубине души он действительно был особенным существом, несравнимым с теми "превосходными" людьми, которых он встречал раньше.
Потому что Шэнь Синсуй могла заставить его расслабиться.
Никакого бремени.
И стресса тоже нет.
Фу Цзиньсяо тихо вздохнул про себя. Он подумал: 'если бы Шэнь Синсуй только что не стеснялся и не сопротивлялся, а вместо этого проявил свой энтузиазм...
Согласился бы чтоб я затащил его в постель?"
Не то чтобы он был тщеславен все эти годы. Люди из окружения, которые хотят зацепиться за него, использовали бы все возможные средства. Он видел грязные души и внешность, и это вызывало у него только отвращение. Ему никогда не приходило в голову соглашаться на предложения тех, кто хотел забраться к нему в постель.
Честно говоря, мысль о браке с кем-либо из этого круга вызывала у него отвращение. Он даже поклялся никогда не думать об этом.
Но...
Если бы вместо него был Шэнь Синсуй ...
Опять же, он бы обдумал это очень, очень тщательно.
(Ответ снова неизвестен.)
После того, как Шэнь Синсуй принял душ, он стал намного спокойнее.
Если бы он знал, что выставит себя таким большим дураком, он бы не согласился быть гостем, даже если бы его убили. Он вышел из ванной в одежде, которую дал ему Фу Цзиньсяо, и сразу почувствовал запах еды. Изначально он не был голоден.
Но запах был таким аппетитным, что у него сразу заурчало в животе.
Он позволил своему носу вести его за собой и добрался до кухни.
Услышав шаги Шэнь Синсуя, Фу Цзиньсяо обернулся и поприветствовал его: "Я готовлю рыбу, ты ешь острую пищу?"
Шэнь Синсуй кивнул.
"Хорошо, отлично". Фу Цзиньсяо накрыл кастрюлю с булькающим блюдом крышкой. "Блюдо почти готово, сначала вымой руки. После этого мы сможем поесть.
Шэнь Синсуй быстро предложил: "Я помогу".
Фу Цзинсяо увидел, что он очень послушный. Шэнь Синсуй подошел посмотреть на рисоварку и обнаружил, что она уже готовится. Затем он нашел подставку для посуды, осторожно взял пару тарелок, затем накрыл на стол. Он был очень занятой пчелой, совсем не бездельничал. И расставляя посуду и сновая туда-сюда, никогда не ленясь, действительно как маленькая невестка.
Если честно, Фу Цзиньсяо выглядел как жена его мечты.
После того, как блюдо было готово, Шэнь Синсуй заметил, что на столе уже стоят три блюда: жареный тертый картофель, ассорти из зеленых овощей и большая миска томатно-яичного супа. Затем появился Фу Цзиньсяо с большой кастрюлей тушеной рыбы.
Шэнь Синсуй снова предложил помощь: "Позволь мне сделать это".
Фу Цзиньсяо отказал ему, когда он поставил кастрюлю: "Просто сядь. Это слишком горячо, и у тебя нет никакой защиты. Ты ошпаришься..."
У Шэнь Синсуя не было другого выбора, кроме как сидеть там, где он был.
Фу Цзиньсяо превосходно готовил. Аромат уже был очень соблазнительным.
Фу Цзиньсяо очень точно определил время, и через некоторое время принес рыбу, и медленно сказал: «Нелегко заказывать еду на вынос в дождливые дни, так что приготовил повседневное, давай обойдёмся этим».
Шэнь Синсуй, сдерживая слюнотечение, покачал головой: "Это уже очень сытно, я никогда не думал, что ты будешь готовить дома в одиночестве".
Фу Цзиньсяо, казалось, понял, о чём он думает, и улыбнулся: "В твоём сердце, я должно быть плохо готовил?"
Шэнь Синсуй задохнулся от чувства вины.
Действительно, его представление о Фу Цзиньсяо было таким, что он был слишком занят, чтобы готовить самому.
Фу Цзиньсяо, естественно, взял для него кусочек рыбы, и его холодно-голубые глаза казались необычайно красивыми в дымке от еды. Как будто расстояние между ними было меньше, чем казалось. "Ну, я действительно слишком занят для многих вещей, так что я не виню тебя за то, что ты так думаешь. Однако я редко возвращаюсь домой из-за своего графика.
Поэтому я нанимаю домработницу только для того, чтобы следить за чистотой во всех моих домах. Что касается еды, мой график слишком неустойчивый, чтобы оправдывать наем шеф-повара, который готовил бы для меня на постоянной основе. Вот почему я начала учиться готовить, чтобы я мог прокормить себя где угодно и когда угодно. Хотя... качество может быть не таким уж хорошим. Я только что научился, так что, в принципе, с голоду не умру ".
Шэнь Синсуй легкомысленно посмотрел на него, но в глубине души он знал, что научиться готовить до тех пор, пока он не станет таким опытным, было настоящим подвигом. Во всяком случае, это сделало его более благодарным и страстно желающим съесть все это, пока тарелки не станут сверкающими чистотой. Но все же он сказал: "Тогда я помою посуду".
Фу Цзиньсяо сказал:"Внутри есть посудомоечная машина, просто поставь ее".
Шэнь Синсуй кивнул и сказал: "Тогда ладно. После того, как поешь, иди прими ванну".
Их разговор был домашним, но протекал естественно. Это заставило Шэнь Синсуй почувствовать, что что-то не так. Но, увидев, что Фу Цзиньсяо только улыбнулся и послушно кивнул, он не стал поднимать из-за этого шум.
Шэнь Синсуй вздохнул с облегчением, он быстро вымыл посуду, а затем начисто вытер кухню и обеденный стол, прежде чем закончить. Поскольку Фу Цзиньсяо не сказал ему, где он будет спать сегодня вечером, он не осмелился бегать вокруг. Он просто ждал, как хороший мальчик, на диване в гостиной.
На книжной полке в гостиной оказалось много альбомов и не только, поэтому он отошел в сторону и внимательно осмотрел.
Коллекция здесь была более полной, чем его первоначальная. Там было даже несколько дорогих сердцу групповых фотографий и сувениров, один из которых привлек внимание Шэнь Синсуя. Так выглядел Фу Цзиньсяо, когда был очень молод. На фотографии он был очень просто одет; кроме того, когда он пел, на его лице был тонкий слой пота. Качество фотографии было не очень хорошим, и зрители на обратной стороне были размытыми. Несмотря на все это, он все еще выглядел очень свежо и привлекательно.
Он рассеянно смотрел на фотографию до такой степени, что не заметил идущего позади него Фу Цзиньсяо.
- На что ты смотришь? - спросил Фу Цзиньсяо.
Рука Шэнь Синсуя, державшая фотографию, задрожала, и он чуть не выронил её. Он поспешно сказал: "О, эмм... Я только что закончила мыть посуду, так что я... эээ.... Я просто зашёл взглянуть..."
Фу Цзиньсяо увидел, как он нервничает, и медленно сказал: "Расслабься. Я не запрещал тебе это видеть".
"Это я, когда мне было 13 лет. Если я правильно помню, я выступал с живой группой на мероприятии в торговом центре ". На лице Фу Цзиньсяо редко появлялось выражение воспоминаний, он посмотрел на фотографию и сказал:
"Честно говоря, мне было немного неловко, если я вспоминаю это сейчас".
"Нет, это совсем не смущает. Я знаю, что ты всегда много работал". Шэнь Синсуй сказал: "Ты всегда был для меня образцом для подражания".
Фу Цзиньсяо улыбнулась. В его улыбке была нотка грусти. "Я не такой очаровательный, как ты себе представляешь".
Фу Цзиньсяо никогда раньше не выглядел таким уязвимым.
Закончив говорить, Фу Цзиньсяо спокойно наблюдал за молодым человеком, стоявшим перед ним.
Дождь снаружи становился все сильнее, как будто собирался быть бесконечным.
Капли били по оконному стеклу, превращая улицу в бесцветное месиво.
_Было довольно шумно_.
Шэнь Синсуй опустил голову и тихо пробормотал: "Я восхищаюсь тобой не только из-за твоей очаровательной внешности".
Хотя снаружи шумел дождь, Фу Цзиньсяо отчетливо слышал его.
Шэнь Синсуй поднял голову, чтобы посмотреть на него, и встретился с темными и глубокими глазами мужчины.
В ответ Фу Цзиньсяо посмотрел прямо в глаза Шэнь Синсуй. С легкой улыбкой он спросил: "Если бы тот, кого ты увидел, был растрепанным и обычным мной, ты бы все равно сказал что-то подобное?"
Он слышал слишком много ласковых слов, и обычные комплименты не могли произвести на него впечатления.
Он думал, что Шэнь Синсуй продемонстрирует свою лояльность. Но вместо этого он сказал: "Но вы необычны на этой фотографии?"
"?"
"Дизайн этой сцены очень хорош, и твое чувство камеры также очень хорошее, особенно когда падает свет. Ты выглядишь действительно красиво ". Шэнь Синсуй посмотрел на фотографию и продолжил: "И это, ты намеренно принял эту позу с этим блоком? Ты привлекал внимание, несмотря на всех своих товарищей по команде вокруг тебя. Ты... совсем не обычный человек.
Шэнь Синсуй, не мигая, уставился на фотографию. Постепенно юноша начал широко улыбаться. Его голос был подобен небольшому ручью в горах, свежему и прозрачному. "Я думаю, что учитель Фу всегда был очень хорош не только в музыке, но и в кино, на телевидении и в исполнительстве. Ты мне очень нравишься, и я всегда хочу учиться у тебя!"
Фу Цзиньсяо поднял брови.
Он слышал признания и похвалу многих людей, он оцепенел от этого. Но искренние слова Шэнь Синсуя были ни с чем не сравнимы. Взрыв радости появился в его сердце. Оно распространилось по всему его телу, окутывая теплом.
Может ли быть так, что лесть от кого-то, кто ему нравился, была гораздо более значимой?
Это действительно подняло настроение.
Фу Цзиньсяо внимательно посмотрел на юношу. Теплый желтый свет падал на его тело, создавая очень подходящий ореол вокруг него. В сочетании с атмосферой дождливой ночи... Сердце Фу Цзиньсяо было гораздо более восприимчивым по сравнению с обычным. Он был беззащитен перед обаянием Шэнь Синсуя.
Он хотел побаловать себя ещё больше.
Плохие гены в костях Фу Цзиньсяо снова дали о себе знать. Он облокотился на диван, затем предпринял внезапную атаку, как только мысли Шэнь Синсуя были заняты другим: "Чему именно ты хочешь у меня научиться?
"Отношения в нашей семье хорошие, как и наши личные. К тому же тетя Сюй неоднократно говорила мне заботиться о тебе. Ты так долго называл меня 'учитель', так что, если хочешь, чтобы я тебя чему-то научил... просто скажи это. " Его тело было всего на волосок от Шэнь Синсуя. Тем не менее, он наклонился ещё дальше: "Что касается метода обучения... как насчет того, чтобы мы сразу перешли к 'обучению на практике"?"
Шэнь Синсуй, конечно, этого не предвидел. Казалось, он почувствовал многие намеки, от которых его лицо только бесконтрольно покраснело.
"...."
Действительно трудно удержать его мысли от того, чтобы они улетели прямиком в канаву.
Как раз в тот момент, когда Шэнь Синсуй обдумывал, что сказать, его спас зазвонивший телефон. Он пошарил на диване и, наконец, нашел его. Когда он поднял трубку, то обнаружил, что это был звонок от Ван Мэйкана. Он нетерпеливо ответил: "Привет, Ван цзе?"
Ван Мэйкан сказал: "Ах, Суйсуй, я слышал, ты говорил, что можешь найти свою оригинальную партитуру. Итак, ты нашел её? Прошло довольно много времени с тех пор, как ты обновлял свой статус со мной. Я немного беспокоюсь, не случилось ли с тобой чего-нибудь. Ты в порядке?"
Шэнь Синсуй забыл!
Он обвинил себя в своей забывчивости и быстро ответил на вопросы своего агента: "Я в порядке, Ван цзе, прости, что забыл. Я столкнулся с некоторыми вещами, которые задержали меня после того, как я их получил. Изначально я хотел позвонить тебе раньше. Но, в общем, я забыл. "
Ван Мэйкан вздохнул с облегчением: "Все в порядке, тебе не нужно извиняться передо мной, пока ты в порядке, все хорошо. Я слышал, что учитель Фу забрал тебя сегодня вечером, верно? Где ты сейчас? Он пригласил тебя на ужин? Или ты сейчас дома?"
Шэнь Синсуй на мгновение заколебался, затем посмотрел на Фу Цзиньсяо.
Фу Цзиньсяо кивнул, показывая, что он может это сказать. В конце концов, они не сделали ничего неподобающего.
Шэнь Синсуй честно сказал ему: "Я в доме Фу гэ. Из-за пробки и дождя на улице мы решили укрыться здесь".
На другом конце провода некоторое время молчали.
Ван Мэйкан закричал: "Что?!"
Шэнь Синсуй почувствовал, что его барабанные перепонки вот-вот разорвутся. Ван Мэйкан продолжал заикаться от волнения: "Вы у него дома? Почему ты у него?... Суйсуй, ты в порядке?"
Юноша был немного озадачен, но все же ответил: "Я в порядке".
Ван Мэйкан вздохнул с облегчением. К счастью, Шэнь Синсуй все ещё слишком молод, так что ничего не случится. А что касается этого старого лиса Фу Цзиньсяо... он действительно знал, как искать возможности. Какая пробка? Какой дождь? Если бы пассажиром был не Шэнь Синсуй, даже если бы на улице была гроза, он бы не позволил им войти в свой частный дом.
Разве это не просто Фу Цзиньсяо ведет Шэнь Синсуя в волчье логово?
Ван Мэйкан прошептал: "Суйсуй ... сохрани эти слова в секрете, хорошо? Послушай, поскольку ты находишься в доме учителя Фу.... вы должны уделять внимание защите личной безопасности, и вы не можете..."
Прежде чем агент успел закончить свои слова, на другом конце провода раздался тихий смех. За этим последовал низкий голос Фу Цзиньсяо: "Он не может сделать что?"
Ван Мэйкан замер.
- Продолжай. - Фу Цзиньсяо поднял брови.
- Я хочу это услышать.
"..."
Ван Мэйкань на мгновение заколебался, затем решил спасти ему жизнь. Он полностью сменила тему, надеясь, что Фу Цзиньсяо будет достаточно великодушен, чтобы отпустить его. "Кхм, я имею в виду следующее:... Суйсуи, поскольку у тебя уже есть твоя оригинальная партитура, не могла бы ты дать мне фотографию? Я свяжусь с командой по связям с общественностью, чтобы обсудить план ".
Фу Цзиньсяо на этот раз отпустил своего агента. "Итак, куда ты положил партитуру?"
Шэнь Синсуй подсознательно указал на чемодан рядом с собой.
Фу Цзиньсяо, естественно, подошел, чтобы взять чемодан. Когда чемодан уже был у него в руках, Шэнь Синсуй запоздало осознал, что внутри также было смехотворное количество памятных вещей Фу Цзиньсяо. Были даже фотографии с ограниченным тиражом и автографы!
Черт, если бы это открыл сам Фу Цзиньсяо... на этот раз он мог бы умереть от стыда по-настоящему.