Глава 42. Переговоры с призраком
От лица Селесты
После встречи на границе всё изменилось.
Раньше мы воевали с тенью.
Теперь у этой тени появилось лицо.
Лука Романо.
Мёртвый.
Воскресший.
И полный ненависти.
Для Доминика это был удар не только по гордости,
а по всему прошлому.
Лука был другом его отца.
Человеком, которому когда-то доверяли стол, имя и власть.
А теперь — он наш враг.
Хладнокровный.
Мудрый.
Непредсказуемый.
⸻
На следующий день мы получили письмо.
Реальное. Бумажное.
Без шифров.
Внутри — короткое сообщение:
«Переговоры или война.
Выбор за вами.
Сегодня. Полночь.
Старая церковь на юге.
Один из вас. Без охраны.
В противном случае — следующая пуля попадёт в живот, где бьётся будущее.»
Доминик сжал бумагу в кулаке.
Я видела, как напряглись его скулы.
— Он угрожает нашему ребёнку.
— Он объявил войну, — ответила я.
— Мы не поедем, — отрезал он. — Это ловушка.
— Мы поедем, — сказала я. —
Но не так, как он хочет.
⸻
Вечером мы с Анджело проработали план.
Я предложила использовать двойников.
Доминик — настоял на снайперском прикрытии.
Мы оба понимали:
если Лука решит ударить,
мы должны ударить первыми.
— Ты уверена, что хочешь быть на месте? — спросил Анджело.
— Я не доверяю ни одному двойнику.
Он знает меня.
Он почувствует подмену.
Доминик смотрел на меня мрачно.
— Это риск.
— Это шаг.
Или мы навсегда останемся в обороне.
Он обнял меня.
Медленно, крепко.
Как будто в последний раз.
— Если что-то пойдёт не так...
— Я знаю, — перебила я. —
Ты устроишь ад на земле.
Но всё будет по-другому.
Мы едем не на смерть.
Мы едем на разоблачение.
⸻
Полночь.
Старая церковь стояла мёртвой и забытой.
Где-то вдалеке — шум ночи.
Внутри — свечи.
Тишина.
Я вошла одна.
В белой рубашке.
С открытым лицом.
Без оружия на виду.
Лука уже ждал.
Сидел у алтаря, как старый священник.
Взгляд — холодный, ироничный.
— Ты пришла.
— Ты пригрозил моему ребёнку.
Я пришла — не для переговоров.
А чтобы запомнить твоё лицо перед тем, как ты исчезнешь.
Он усмехнулся.
— Громкие слова.
Ты думаешь, мафия изменилась?
Ты думаешь, любовь спасёт вас?
— Нет.
Но любовь дала мне силу.
Я выжила, когда ты хотел моего исчезновения.
И теперь я — не просто женщина при Доне.
Я — мать его наследника.
И я стою здесь, не дрожа.
Он поднялся.
— Тогда слушай.
Ваши дома, ваша система, ваша гордость — всё это ложь.
Я начал Орден не ради мести.
А ради чистки.
Вы слишком слабы.
Слишком мягкие.
— Мы — живые.
И в этом наша сила.
Ты мёртв, Лука.
Физически ты ходишь.
Но внутри — ты прах.
И никто не последует за тенью.
Он усмехнулся.
— Но ты забыла одну вещь.
И в этот момент — сигнал.
Кнопка на моём запястье.
Секунда.
Щелчок.
Выстрел.
Лука дёрнулся.
Пуля прошла рядом с ним,
вбилась в стену.
— Снайперы?
— А ты что думал? Что мы идиоты?
Он выругался, схватился за бок — не ранен, но ошарашен.
И тогда я прошептала:
— Добро пожаловать в нашу игру.
Позади меня распахнулись двери.
Доминик вошёл с группой.
Всё помещение — под контролем.
— Всё, Лука.
Ты проиграл.
Но он лишь засмеялся.
— Вы думаете, я один?
И бросил дымовую гранату.
Взрыв — ослепляющий.
Крик.
Выстрелы.
Когда дым рассеялся — его не было.
⸻
— Бежал, — прошипел Доминик. —
Как крыса.
— Нет, — сказала я, вытирая кровь с губы.
— Как командир.
И значит, это не конец.
Он обнял меня, притянул к себе.
— Мы забрали церковь.
Следующий раз — заберём его голову.
Я кивнула.
— Но не забудь, Доминик.
Он никогда не ставит всё на один ход.