Поцелуй Врага

От лица Селесты

Я не помню, как поднялась наверх.
Как закрыла за собой дверь.
Как скинула халат на пол и села на край постели, вцепившись в простынь.
Просто сидела.
Минуту.
Десять.
Час.

Она сказала восемь недель.
Восемь.

Это значит, когда он гладил мою спину по утрам — он мог только что приходить от неё.
Когда я ждала его с ужина — он мог возвращаться не с работы.
Когда он говорил, что я — «его единственная»...

Я сжала кулаки до боли.
Но даже боль не могла затмить то, что я чувствовала сейчас.

Предательство.

Глубокое.
Бесповоротное.
Грязное.

И неважно, правда это или нет.
Пока нет доказательств — я не могу дышать рядом с ним.

Я достала телефон.
Набрала единственный номер, который могла набрать в этот момент.

— Камилла.
— Селеста? Господи, ты...

— Мне нужно уехать.
— Слушай, ты...
— Только ты будешь знать, куда.
— Хорошо. Говори.

Я продиктовала адрес — частная усадьба в горах, дом, оставшийся от матери. Там никто не появлялся годами.
Там не было камер.
Не было охраны.
Не было Доминика.

— Я приеду? — спросила Камилла.
— Нет.
— Тогда я пришлю тебе всё, что нужно.

— Только молчи. Даже если он спросит.

— Я за тебя. Всегда.

⸻

Я собрала вещи в полной тишине.
Одежду.
Несколько книг.
Шёлковую пижаму.
Тест на беременность, купленный ещё утром — всё ещё в упаковке.

Да, я всё ещё не сделала его.
Потому что... боялась узнать, что внутри меня жизнь,
в момент, когда умирает всё, чему я верила.

⸻

Когда я спускалась, в доме было темно.
Охрана знала: приказы Доминика больше не действуют на меня.
Меня выпустили без слов.

Перед тем как закрыть за собой дверь, я оглянулась.
Этот дом стал крепостью.
Моей.
Нашей.

Теперь — он тюрьма.
Я не хочу умирать в ней.
Я хочу понять, как мне выжить.

⸻

От лица Доминика

Когда я вошёл в спальню, её не было.
Одежды — тоже.
Записок — нет.
Всё исчезло.

Я бросился вниз.
Камеры.
Охрана.
Все.

— Где она?
— Уехала.
— Одна?!
— Да.
— Куда?

Они молчали.

И тогда я понял — она не просто ушла.
Она сбежала.
От меня.
От боли.
От возможной лжи.

⸻

Я вернулся наверх, бросил телефон на стол.
Бил стены кулаками, пока не покраснели пальцы.

— Это не мой ребёнок, — прошептал я. — Чёрт возьми, это не мой.

Я не спал с той женщиной с тех пор, как...
С тех пор, как понял, что люблю Селесту.

Это была подстава.
И если я не докажу ей это — потеряю всё.

⸻

Я сел на кровать.
Поднял голову.
И впервые... почувствовал страх.

Не как дон.
Как мужчина, у которого из рук вырвали единственное настоящее в жизни.

Селеста...
Вернись.
Или подожди.
Я всё исправлю.
Клянусь.