мужчина, который умеет плакать.
От лица Мии:
Это случилось ночью.
Тихо.
Неожиданно.
Почти волшебно.
Я лежала на боку, уткнувшись носом в подушку. Комната дышала темнотой, редкие огоньки от города пробивались сквозь шторы, и было что-то в этом молчании - странное, звенящее...
И вдруг - легкий толчок.
Изнутри.
Я сначала не поверила.
Замерла.
Прислушалась.
Еще один.
Чуть сильнее.
Как будто... кто-то постучал изнутри.
Маленький.
Живой.
Наш.
- Саша... - прошептала я, и голос дрогнул.
Он тут же проснулся.
Без резких движений - но уже собранный, будто тело привыкло жить в готовности к угрозе. Его рука инстинктивно потянулась к пистолету под подушкой.
- Что? - хрипло.
Я перехватила его ладонь и, не отпуская, мягко прижала к своему животу.
- Они... - я не могла выговорить больше. Только смотрела на него, широко раскрытыми глазами. - Пошевелились.
Он застыл.
Теплая ладонь легла на мой живот, неловко, немного напряжённо - как будто он не знал, как прикасаться к чуду.
Тишина.
Он не дышал.
И вдруг - еще один толчок.
Прямо под его пальцами.
Я услышала, как у него перехватило дыхание.
Он отпрянул на полсантиметра - не от страха, а от... растерянности.
- Боже... - прошептал он.
А потом я увидела.
Его глаза.
Они были...
Словно у мальчика.
Не у мужчины, привыкшего приказывать, убивать, держать в страхе.
Не у мафиози.
Не у мужа.
У мальчика, который впервые в жизни почувствовал, что он нужен.
Он смотрел не на меня, не на живот - а в пустоту, как будто пытался осознать, что под его ладонью бьется новая жизнь, и что эта жизнь - часть его самого.
Я не удержалась.
Улыбнулась.
А потом вдруг...
рассмеялась, сквозь слёзы.
Саша резко обернулся.
- Что?
- У тебя такое лицо... - я закрыла рот рукой, - будто тебя ударили током.
Он моргнул.
А потом тоже улыбнулся.
Смутно. Неловко. Но искренне.
- Я просто... - он провел рукой по лицу, - никогда... даже не думал... что это будет так.
- Так?
- Живо. - Он посмотрел на меня. - Ты... носишь внутри человека. Моего. Нашего. И он... он уже тут.
Я провела пальцами по его щеке.
- Он тебя почувствовал.
- Или она, - хрипло сказал он.
И тут я увидела - в уголках его глаз блеснули слезы.
Не громкие, не театральные.
Простые. Настоящие.
Он молча наклонился и поцеловал мой живот.
Тихо.
Долго.
С благоговением.
Я закрыла глаза.
Впервые за всё это время я почувствовала себя не просто беременной.
Не просто женой.
Я была женщиной, которую любят.
И рядом со мной - не чудовище, не враг, не холодная тень.
А мужчина, который умеет плакать.
И беречь.
И трепетать, как ребёнок, впервые услышавший, как в темноте стучится новое сердце.