По тропе к вечности [РЕДАКЦИЯ]

— Ты правда это хочешь? — тяжело дыша, задал шатен. Он уже приблизился к её губам, но не решался поцеловать. Он терпеливо ждал ответ своей любимой, пока та успела в голове уже сотый раз изменить свое решение.

Единственная причина, из-за которой они всё ещё не сомкнулись губами, это — Давид. Она думала на этот момент о нем. Ещё вчера Лина была с ним одним целым, а сейчас за его спиной поцелуется со своим бывшим. Так просто?

— Да... Да, я хочу этого... — голос дрожал, — Но не могу. Прости. Прости, я сама себя не понимаю...

— Иди домой, Лин, — её талия освобождается от крепких рук.

У него на миг появилась та самая вера, та надежда, что она к нему всё ещё что-то чувствует, но, как ему показалось потом, нет. Она просто запутана и парень это понимает.

— Обещай, что будешь отвечать на мои звонки и сообщения.

— Обещаю, — он кивнул и слабо улыбнулся, как бы ей не было настолько стыдно за свое «хочу, не хочу».

— Ты тоже езжай домой. Поспи, хорошо? Никуда не выходи сегодня! А лучше... лучше давай мы куда-нибудь сходим?

По её обращению было понятно, что она переживала. Но в данный момент не за то, что с ним что-то случится, а за то, чтобы он, как бы это дико не звучало, но сказать прямо если, никого не убил. Она хочет ему помочь, и первое, от чего желает его избавить, так это от этой дурной привычки. Да, он выполняет лишь прихоти Василевского, но ведь Тимофей говорил, что снимает с себя этим стресс и ему это по нраву.

— Ты сейчас это к тому, чтобы сегодня у меня не стало на пару фрагов больше, да? —  юноша усмехнулся. — He переживай, эта неделя у меня чистая.

Лине стало очень неприятно. Об этом так легко говорит, словно это входит в порядки вещей. Хотя для него — может и быть.

— Когда ты в последний раз пил свои таблетки?

— Ну, три дня назад, — отведя глаза, парень чутка задумался. Но только в одно мгновение сам же обомлел.

— Тимофей, ты уверен? — девушка широко раскрыла свои глаза.

— Ну конечно, не мог же принимать у
них.

— Тимофей, ты понимаешь, что ты стоишь передо мной, извини, конечно, абсолютно нормальным, при том, что не принимал свои препараты целых три дня? — её радости и удивлению сейчас не было предела. Да парень сам сейчас пребывал в шоке.

Теперь она была точно уверена, что шансы у них большие. Они смогут вместе, но не он в одиночку.

* * *

Ангелина

После грязного, но довольно приятного дождя, я приняла теплый душ. Сейчас он правда не мешал мне. Вместе с этим и негатив ушел, что ли. Если я с утра была разгневана на всех и даже на лучшую подругу, то сейчас же мне наоборот хотелось плясать. Как же стыдно перед теми, кому я успела нагрубить. И как я так могла? Сама себя не узнаю, что говорить о других.

Я не хотела верить в то, что на меня так повлиял Тимофей, но в глубине души я всё равно это понимала. Мной будто сегодня управляло что-то необъяснимое, это была точно не я, не обычная Лина. Что вообще говорить Даше? С ней я повела себя просто отвратно. А Давид... Я не перезвонила ему даже!

Еще с мокрыми волосами я побрела на кухню, чтобы поставить кипеть чайник. Обмотала себя полотенцем, так как чистые вещи оставила в комнате. Пока вода кипела, я сушила волосы в ванной и еле расслышала, как позвонили в дверь.

«— Дима сегодня рано как-то», — подумала я, посмотрев на часы и уже двигаясь в прихожую. Открыла дверь и окоченеваю на месте. Галявиев встревоженно стоял на пороге.

— Господи, слава Богу, — Давид выдыхает и заключает меня в свои объятия. — Лина, ну почему ты не брала трубку? Знаешь как я испугался? Смог приехать только сейчас, прости.

— Спокойно, Давид, ничего же не произошло, я здесь. Это ты меня прости, что не отвечала, правда. Сегодня я была не в настроении, — я отстранилась от парня и жестом указала пройти в гостиную.

— Я знаю, мне уже сказали. Я изначально не поверил даже, если честно.

— Кто сказал?

— Даня с Дашей. Она так вообще мне весь мозг вынесла, — недолго осматривая гостиную, парень остановил свой взгляд на мне. Его зеленые, словно два изумруда глаза, медленно прошлись по моему телу. Черт, я же только сейчас окончательно поняла, что нахожусь в одном лишь полотенце. — Что произошло? — он заметил мое смущение и решил занять нас разговором. Хотя его и так интересовало что же такое случилось, ведь ещё вчера мы прощались с отличным настроем. Я не знала с чего, собственно говоря, начинать, и, к счастью, меня прервал чайник, который уже вскипел.

— Я оденусь и вернусь, хорошо? — я уже собиралась в спешке покинуть гостиную, но его рука меня останавливает.

— Ну раз уж ты спрашиваешь у меня разрешения, то я против, — на его лице вновь появляется обворожительная улыбка и он очень осторожно убирает мои влажные волосы назад с плеч. Он очень медленно провел подушечками пальцев по моему голому плечу. Тело мгновенно бросило в дрожь. — И кто только посмел испортить твое настроение? — он наклонил голову в бок, так, чтобы заглянуть в мои глаза, которые были опущены.

— Если ты меня сейчас не отпустишь, ты нам должен будешь чайник...

— Почему ты не смотришь мне в глаза? — он по-прежнему пытался словить мой взгляд, но я просто не решалась.

Мне казалось, что если я посмотрю, то расплачусь на месте. Мне очень стыдно за то, что сегодня я чуть ли не поцеловалась с Тимофеем и инициатором была я. И хоть я смогла отказать, но я хотела этого и это очень ужасно. Если я люблю Давида, то как могу иметь желание целоваться с другим? Хотя это же не какой-то левый парень, а Тимофей, с которым у меня были длительные отношения. Это же объясняет что-то? Да кого я пытаюсь обмануть, я чуть ли не изменила Галявиеву, находясь с ним в отношениях какие-то два дня!

— Мне неприятно, я хочу переодеться, — я смотрела в сторону и по моему серьезному тону, который я пыталась из себя выдавить, он понял, что мне действительно некомфортно.

— Извини... — он отошёл от меня на шаг назад, — Ты иди, я выключу плиту, пока он не взорвался.

— Спасибо! — с бешеной скоростью удаляюсь оттуда.

Боже, ну за что мне это? Как смотреть ему в глаза дальше, если я даже не уверена в своих чувствах? Ещё вчера я утверждала что люблю его, а сегодня что? Как всё может поменяться за пару часов, ну как!

Я хватаю первые попавшиеся духи со своего столика, размахиваюсь и бросаю в зеркало, не задумываясь о последствиях, и о том, кто ждет меня внизу. Осколки в один миг разлетаются в разные стороны по моей комнате, и если бы я не прикрылась, один залетел бы мне в лицо, а там уже не знаю, что бы я точно повредила. Но мне понравилось. Мне хотелось разбить ещё что-то, может даже избить, а я уже слышу шаги, приближающиеся к моей комнате.

— Лина! — дверь от моей маленькой крепости быстро распахнулась.

Блондин сначала разглядел этот хаос, который я навела, а после принялся осматривать меня.

— Ты не порезалась? — он подошел ко
мне и усадил на кровать.

— Нет, — со всхлипом отвечаю, — Давид, прости меня, пожалуйста... Я не хотела чтобы так вышло, честно.

— О чем ты, солнце? — присев на корточки, он коснулся своими руками моих щек и теперь уже мы оба смотрели друг другу в глаза.

— Просто прости!

— Хорошо, хорошо! Я не знаю за что, но если тебе так будет спокойнее, то я тебя прощаю, — он присел рядом со мной и обнял меня настолько крепко, но так нежно. — Расскажи что у тебя стряслось.

— Мне очень трудно. Я потерялась, Давид...

— Что конкретно тебе не дает покоя?

— Сейчас — абсолютно всё. Даже родители. Они через пару дней ведь разводятся.

— Что? Ты сейчас серьезно? — он немного отстранился и поднял мою голову за подбородок.

— Я бы очень хотела, чтобы это была шутка, но увы, — хмыкнув носом, я посмотрела на кофту парня, а точнее на оставленные мною мокрые следы.

— Почему ты раньше не сказала мне?

— Что бы это изменило?

— Я бы ничего не изменил, но как минимум был с тобой рядом в тяжелый для тебя период.

— Я уже смирилась. Ну, почти... И ты и так рядом.

— Лина, пожалуйста, говори мне всегда обо всем, что тебя тревожит. Не скрывай ничего от меня. Пообещай, что больше не будешь.

— Обещаю, — я кладу на него свою голову и он в ту же секунду вновь обвивает меня своими мужественными крепкими руками.

На его телефоне заиграла мелодия. Он не торопился отвечать, но я сама немного отсела, чтобы он уже взял сотовый в руки. Галявиев посмотрел на экран, но не поднял трубку.

— Почему не ответишь?

— Не так важно, — уголки губ поднялись, он поцеловал меня в макушку.

А дальше тишина. Нам было комфортно просто сидеть в этой тишине друг с другом обнимку. Я думала, что он станет расспрашивать меня еще глубже о случившемся, но не стал. Он понял по моему состоянию, что я просто не готова и мне нужно для этого собраться. Мне сейчас как раз это и было нужно. Просто находиться в абсолютной тишине, рядом с ним, в его теплых объятиях.

— Ты не замерзла? Так и не оделась.

— Нет, мне хорошо, — не сдвигаясь с места, ответила.

Я думала, что мы просидим так еще долго, если бы дверь моей комнаты резко не распахнулась...