Бездушная

- Вивиан, последний вопрос. Ты подумала о других? У тебя, ведь всё ещё остались друзья, парень? Что будет с ними, когда они узнают? Ты думаешь, что они поймут твой поступок? Что ты отдала свою жизнь ради каких-то сестры, которую знаешь меньше месяца.

Я смотрела в окно. Над всем живым высоко в небе светила всё луна. Серая яркая полная. Сегодня небосвод был заполнен и яркими звёздами. Будто кто-то прошёлся серыми блёстками по чёрному небу.

Была поздняя ночь. 20 апреля. Уже как два часа моё совершеннолетие. Признаться честно, это моё лучшее день рождения за всю жизнь.

- Вивиан, ты не передумала? Я понимаю, ты хочешь совершить геройство, но твоя жизнь. Она не стоит того.

- Деньги поступили на счёт больницы? - Доктор кивнул. Этих денег должно хватить на операцию Евы, все необходимые лекарства, реабилитацию и остаться часть на жизнь.

Да, он прекрасно пытается исполнить свой человеческий долг и отговорить меня, но...

- Я подписываю документы. - Одной фразой пресекла все его последующие протестующие речи. - Не грустите обо мне, пожалуйста. Не осуждайте, возможно. Ведь никто из Вас не знает, как я жила всё это время. Никто никогда не сможет побывать на моём месте. Поэтому не судите мои поступки.

Я поставила свою размашистую подпись и передала документы.

- Может что-то передать родным? - Я видела, как в уголке его глаз собирались слёзы.

- Я их люблю.

- Вивиан... - Он крепко прижал меня к себе. Эти объятия дали почувствовать, хоть и на мгновение, любовь отца.

- Всё хорошо.

Несколько женщин-медиков в зелёных халатах и шапочках подготавливали меня к операции. В разуме даже не отложилось, что они делали со мной. В мыслях просто быстро проносилась вся моя жизнь. Почему, когда у меня было так много времени впереди, я грустила, но когда остались считанные часы, с моего лица так и не сходила улыбка..?

- Вивиан, одной ногой отталкиваешься, а потом крутишь педали. - Отец держал мой велосипед, а мать снимала меня на камеру.

- Я всё равно не могу. - У меня никак не получалось удержать равновесие.

- Ты просто боишься. Успокойся и попробуй снова. - Поддерживал меня отец.

- Вивиан, помахай на камеру. Я хочу запечатлеть этот момент! - Улыбаясь, говорила мать.

- Папа, мне страшно.

- Доченька, я держу тебя. Ты всегда можешь доверять мне. - Говорил он очень добро. От его слов я улыбнулась и оттолкнулась от земли.

Как забавно, что я до сих пор не научилась кататься на велосипеде. В тот раз я села в первый и последний раз на него. Отец тогда не держал меня, и я разбила себе коленки в кровь.

- Вивиан, задувай свечи! Тебе сегодня уже девять лет. Поздравляю, моя доченька! - Мама обняла меня и поцеловала. На моей голове был праздничный колпак, а платье было, как у принцессы.

- Вивиан, я желаю тебе хорошей жизни. Надеюсь, ты преодолеешь все трудности и достигнешь определенных высот. - Поздравил меня отец.

- Это лучшее день рождения! - Сказала я, откусывая второй кусочек торта.

Это было последнее день рождения с родителями. После этого я не видела их девять лет и больше не увижу. По крайней мере в этой жизни. Хотя может нам суждено встретиться в аду..?

- Вивиан, пошли пить чай? Я приготовила малиновое варенье. - Позвала меня бабушка.

На часах было десять часов вечера. Я сидела на диете, и этот вечерний перекус полностью противоречил ей. Мне вовсе не хотелось пить чай и есть малину, я хотела просто посидеть с бабушкой на кухне за тёплыми разговорами.

- Это какой-то ужас, цены всё поднимаются, а пенсия не растёт.

- Бабушка, но нам, ведь на всё хватает. Чего ты жалуешься? - Посмеялась я, а она - следом за мной.

- Ну, надо мне пожаловаться, чтоб жизнь мёдом не казалась, что ж поделаешь?

- Ты прям в своём репертуаре.

- А как же? Ешь ещё варенье.

Не было ещё ни одного раза, чтобы я уходила после разговора с бабулей без улыбки.

С бабушкой меня связывали сотни моментов. Она - вся моя жизнь.

- Ба, ну, не умею я готовить! Это вообще не моё! - С психами сказала я после того, как очередной пирог получился ужасный на вкус, точнее вообще не получился.

- Жизнь моя, я ещё не видела, чтобы кто-то мог так испортить мою шарлотку. - Смеялась бабушка и обнимала меня.

- Очень смешно. Но, что я люблю быть первой. - Я тоже начала смеяться. Только она могла развеселить меня в любое время вне зависимости от обстоятельств.

И неважно, с каким настроением я приходила на кухню, уходила же всегда счастливая и наполненная жизнью.

Мне вспомнился Аарон. Наше первое знакомство, как мы не взлюбили друг друга, как строили планы мести, как он впервые увидел мой смех и мои слёзы, как спас от самоубийства, как заботился обо мне после смерти бабушки, как приводил к жизни, первое признание в любви, второе, третье, десятое - каждое, забавное знакомство с родителями, последние дни.

Мы с Евой очень похожи. У неё такие же прямые длинные русые волосы. Такие же большие глаза. Такой же ровный носик. Но больше всего она напоминала меня характером. Ева противостояла всему миру в одиночестве, не видела будущего, помня лишь прошлое. Не по годам серьёзная.

Может я и знала эту девочку доли секунд, по ощущениям мы знакомы всю жизнь. И дело вовсе не в кровной связи, а в ментальной. Она была мной, а я была ей. Мы связаны чем-то очень крепким.

Меня положили на операционный стол. Я чувствовала, как сильно бились сердца присутствующих. Но своё и вовсе было не слышно. Я чувствовала собственное спокойствие сквозь всеобщую тревожность.

- Мисс Дэниелс, мы обязаны ещё раз задать Вам вопрос, ответьте «да или нет». Вы по собственной воле, без чьего-либо принуждения согласились отдать своё сердце Еве Николь Нельсон, болеющей сердечной недостаточностью и нуждающейся в этом органе? Вы понимаете, что это Ваши последние минуты, без сердца вы жить не сможете?

- Да.

- Кем она приходится Вам, мисс?

- Сестра.

- Вы очень хорошо поступаете,.. но обычно донорами выступают только мертвые. - Я пропускала её слова мимо ушей. Они будто пролетали сквозь меня и останавливались у стен. - Что-то передать Вашим родным?

- Я всё сказала им.

- Мисс, мы сейчас введём Вам сыворотку. Это... После неё... вы...

- После неё я умру. Всё нормально. Я знаю.

- Мисс Дэниелс, прошу, это Ваш последний шанс. Вы ещё можете жить, вы проживете прекрасную длинную жизнь, а доноры могут найтись, Вам может повести...

- Нет.

Мне ввели сыворотку. Яркая операционная лампа, врачи в масках и халатах и зелёные испуганные глаза молодой медсестры - это последнее, что я видела в своей жизни.