Бездушная

Всё произошло настолько быстро, что я поначалу ничего не поняла. По моим расчётам, моё тело должно было быть уже в воде, но почему-то я всё ещё на суше.

Я повернула голову и увидела Аарона. Он крепко обнимал меня, но моё тело не чувствовало ни его объятий, ни прикосновений. Мыслями я всё ещё оставалась на том мосту.

Я слышала многие истории людей про то, как их спасли от самоубийства. И все, как один, радовались и пели оды тем, кто их спас.
У меня же не было такого чувства по типу "я безумно благодарна тебе за спасение, спасибо, что спас от огромнейшей ошибки".

Внутри стало так пусто, будто из меня выпотрошили все органы, ткани, мышцы, кости, а взамен этого наполнили каким-то воздухом. Сейчас я чувствовала себя как никогда пустой. Если раньше во мне было хоть что-то, то сейчас не осталось и этого.

Аарон перестал обнимать меня и встал с земли. Я ничего не ждала от него. В смысле, мне было плевать, будет ли он молчать, начнёт ли читать нотации или сделает из этого сенсацию.

- Ты... Зачем? - Ему было невыносимо сложно подбирать слова. Как, наверное, и любому в этой ситуации. - Из-за какой-то популярности и своего имиджа ты хотела сделать это?

Он долго выкрикивал какие-то несвязные фразы, что-то говорил и осуждал меня. Я плохо понимала его, но дело было даже не в нём, а во мне. Мне не хотелось ни слышать, ни понимать, ни видеть никого. Все из живых резко стали мне абсолютно не интересны.

Он, видимо, заметил, что я не в состоянии на что-то отвечать, поэтому сел рядом. Мы оба молчали.

Что это стекает по моим ладоням? Вода скатывалась по рукам и ногам. Я взглянула на небо, и заметила, что шёл дождь. Тучи сгустились и почернели. Начинался настоящий ливень. Капли увеличивались по размерам и стали стекать не только по ногам, но и по щекам.

Видимо, тогда были недостаточно веские обстоятельства для проливного ливня. Теперь, когда моё сердце раскололось на две части, тело стало существовать само по себе, а мозги будто бурлили в кипящей воде, природа решила охладить меня.

- Я люблю... дождь. - Прошептал парень.

- Я тоже.

Не знаю, имел под этой фразой он что-то большее, но я говорила это в самом прямом смысле.

Парень поднял меня на руки и понёс в машину. Дождь всё усиливался. Какое же это всё таки красивое явление.

Капельки так красиво стекали по стеклам машины. Я, как заворожённая, уставилась на окно. Интересно, эти капли живые? Могут они двигаются по собственному желанию? Интересно, почему сегодня пошёл дождь?

Мы зашли в мою квартиру, точнее Аарон занёс меня туда, потому что я была не в состоянии что-то делать.

- Ты останешься тут? - Удивилась я, когда парень начал снимать мокрую толстовку и оказался лишь в футболке.

- Переодевайся в сухую одежду. - Парень отвернулся.

Я сняла кофту с джинсами и надела какую-то серую толстовку. Всё это делала очень медленно, потому что ни мои мышцы, ни мозг не способны на что-то требующее какого-то действия.

- Где фен? - Не получив внятный ответ от меня, он сам начал искать его в ванной.

Я села на диван и уставилась в одну точку. Слёз уже не осталось, поэтому лицо стало каменным, но от этого было вовсе не лучше.

Я умирала изнутри. Во мне больше не бушевали бури, не лили проливные дожди, не извергался вулкан, всё моё тело будто засыхало изнутри. Мне очень сложно справляться со всем. Не верю, что я когда-нибудь переживу это, и боль от утраты утихнет.

- Не пугайся, я сейчас включу фен. - Тихо сказал над моим ухом парень.

Аарон начал сушить мои волосы. Он делал это так нежно, будто боялся потерять хоть один мой волосок.

Потом он расчесал их и заплёл косичку.

У меня не было ни единого понятия, почему он делает всё это. Не было ни одного разъяснения его поступков. Искренние ли его намерения или же как в прошлый раз он исходит из корыстных целей, неважно. Даже будет лучше, если это всё какой-нибудь его план, потому что я не планирую сближаться с людьми.

- Что ты кушала сегодня?

Зачастую все его вопросы оставались без моих ответов. Но он понимал всё и без слов.

- Ты же любишь запечённый лосось с овощами? - Парень начал кормить меня с ложечки, будто я - ребёночек.

И так он возился со мной до самого вечера. То включал какое-то тупое шоу по телевизору, то рассказывал какие-то смешные моменты из жизни, то болтал на какие-то бессмысленные темы. Во всё это время я молчала.

- Вот и тогда думал, что забью этот мяч, вся надежда была только на меня, а я промахнулся. Тогда надо мной все смеялись. Я чувствовал, что это вообще полный крах всего. - Посмеялся тот. - А сейчас рассказываю об этом с улыбкой. Понимаешь, в жизни порой происходят неудачи, но потом всё налаживается. Главное не нужно совершать поспешных решений.

- Блять, ты уже задолбал меня со своей опекой и поучениями! - Вскрикнула я и вскочила с дивана. - Чего ты вообще тут забыл? Вали-ка отсюда!

- Вот и первая эмоция, а за ней пойдёт и вторая и третья. Видимо, я не так уж и плохо тебя знаю, ведь ты ненавидишь, когда тебя учат жить.

Он думает так просто избавиться от моего равнодушия к жизни?

- Вивиан, я не уйду никуда. И может вместо того, чтобы ненавидеть меня, ты попробуешь увидеть во мне не врага?

Я ничего не ответила, а лишь прижалась к его туловищу, и он обнял меня. Но никто не заменит мне её объятий и рук.

Я чувствую себя такой пустой, будто меня выжали изнутри. Кровь перестала разливаться по телу, а сердце - биться.

Когда с меня слетела эта железная броня, все увидели ту беззащитную слабую подавленную напуганную, всеми покинутую маленькую девочку. Она не знает, что ей нужно делать в этом мире, чтобы люди перестали причинять ей боль. Эта девочка пыталась сражать, отчаянно пыталась, но в итоге ничего не вышло. Её продолжают покидать люди, а она уже устала бороться за себя и свою жизнь. Слишком уж многое ей пришлось возложить на себя с ранней поры. Смерть бабушки стало точкой в той истории, где Вивиан Дэниелс пыталась быть сильной.

Вместе с ней умерла и я. Только она физически, а я морально. Хоть моё тело и функционировало, изнутри оно давно уже умерло.

Не разобьёт сердце тот, кто знает с какой силой оно бьётся. Не изобьёт тот, кто знает, как больно падать. Не покончит с собой тот, кто знает как больно терять людей.

Но это не так. И изобьет, и предаст, и умрёт. А всё потому, что, чтобы совершить что-то ужасное, не нужен год, десять лет, как правило, это может занять и пару минут. И в эти пару минут не всегда получается думать о последствиях. А надо бы. Потому что порой они настолько серьёзны, что причиняют очень большую боль нашим близким.