Продление том II

Тишина.

Леон открыл глаза.

Он стоял посреди комнаты.

Но это была не лаборатория.

Не башня.

Не академия.

Обычная комната.

Деревянный пол.

Небольшое окно.

Кровать.

Стол.

На стене висела старая лампа.

Леон медленно повернулся.

Алина стояла рядом.

Она выглядела так же растерянно.

- Где мы?

Леон не ответил.

Он подошёл к окну.

За ним был город.

Но не тот, который он знал.

Узкие улицы.

Каменные дома.

Люди в старой одежде.

Лошади.

Никаких машин.

Никаких экранов.

Никаких электрических проводов.

Алина подошла к нему.

- Леон...

Он посмотрел на неё.

- Это не наше время.

В дверь постучали.

Один раз.

Потом второй.

Дверь открылась.

В комнату вошёл тот самый молодой человек.

Теперь он был одет иначе.

Простая тёмная одежда.

Никакого оружия.

Никакого УОВ.

Он посмотрел на Леона.

- Ты вспомнил?

- Нет.

- Хорошо.

Леон нахмурился.

- Почему хорошо?

Молодой человек сел на стул.

- Потому что если бы ты вспомнил всё сразу, ты бы не смог продолжать.

- Продолжать что?

Он посмотрел на Алину.

- Жить.

Алина скрестила руки.

- Кто ты?

Молодой человек промолчал.

- Я спросила.

Он перевёл взгляд на неё.

- Ты задаёшь этот вопрос в каждой жизни.

- И что ты отвечаешь?

- Каждый раз по-разному.

Леон почувствовал холод.

- Ты тоже был во всех моих жизнях?

- Нет.

- Тогда откуда ты всё знаешь?

Молодой человек улыбнулся.

- Потому что я был там, где заканчивалась каждая из них.

Леон замер.

- Ты... смерть?

Улыбка исчезла.

- Нет.

Он поднялся.

- Смерть гораздо проще.

Он подошёл к стене и коснулся её ладонью.

На поверхности появилась светящаяся линия.

Потом ещё одна.

И ещё.

Комната исчезла.

Вокруг Леона возникло пространство, заполненное изображениями.

Сотни.

Тысячи.

Жизни.

Он увидел самого себя.

Маленького мальчика.

Седого старика.

Солдата.

Врача.

Учёного.

Моряка.

Заключённого.

Отца.

Сына.

Одинокого человека.

Счастливого человека.

И каждый раз - конец.

Леон отвернулся.

- Хватит.

Изображения исчезли.

Алина взяла его за руку.

Молодой человек сказал:

- Триста двенадцать жизней.

- Я знаю.

- Нет.

Он посмотрел прямо на Леона.

- Ты знаешь число.

Пауза.

- Но не знаешь главного.

- Чего?

- Почему ты возвращался.

Леон молчал.

Молодой человек подошёл ближе.

- В каждой жизни ты искал ответ.

- Какой?

- Что происходит после смерти.

- И нашёл?

- Нет.

- Тогда зачем возвращался?

Молодой человек посмотрел в окно.

- Потому что каждый раз думал, что следующая жизнь даст тебе ответ.

Леон почувствовал странное давление в груди.

- А эта?

- Эта другая.

- Почему?

Молодой человек посмотрел на Алину.

- Потому что впервые ты не искал ответ.

Алина ничего не сказала.

Леон сжал её руку.

- Я выбрал её.

- Именно.

Молодой человек подошёл к столу.

На нём лежал старый лист бумаги.

Он протянул его Леону.

- Прочитай.

Леон развернул лист.

Почерк был знакомым.

Слишком знакомым.

Он прочитал:

«Если я снова вернусь, не показывайте мне прошлое».

Леон поднял глаза.

- Это написал я?

- Да.

- Когда?

- Перед первой смертью.

Леон снова посмотрел на лист.

Ниже была ещё одна строка:

«Если я забуду, значит, я наконец свободен».

Алина тихо сказала:

- Ты сам попросил стереть память.

- Да.

- Почему?

Молодой человек ответил вместо него:

- Потому что однажды ты понял страшную вещь.

Леон посмотрел на него.

- Какую?

Он сделал паузу.

- Если человек помнит все свои жизни, он перестаёт жить настоящую.

Леон замолчал.

За окном продолжался обычный день.

Кто-то смеялся.

Кто-то спорил.

Где-то звонил колокол.

Всё было настолько настоящим, что Леон впервые испугался не того, что увидит.

А того, что может вспомнить.

- Где мы? - спросил он.

- В 1707 году.

Леон резко поднял голову.

- Амстердам?

Молодой человек кивнул.

- Здесь всё началось.

- С Элиаса?

- Нет.

Леон нахмурился.

- Тогда с кого?

Молодой человек посмотрел на него.

- С тебя.

В комнате стало тихо.

- Что?

- Элиас нашёл тебя.

- Но я был ребёнком.

- В этой жизни.

Молодой человек указал на дверь.

- Выйди.

Леон открыл дверь.

За ней была улица.

Но напротив дома стоял человек.

Старик.

Он держал в руках книгу.

У Леона перехватило дыхание.

Он знал это лицо.

Не из памяти.

Из сна.

- Элиас...

Старик посмотрел прямо на него.

И улыбнулся.

- Наконец-то.

Леон медленно подошёл.

- Ты меня знаешь?

Элиас покачал головой.

- Я тебя ждал.

- Сколько?

- Триста девятнадцать лет.

Леон остановился.

- Но...

Элиас поднял книгу.

На её обложке был знакомый символ.

Тот самый.

Продление.

- Ты опоздал.

Леон посмотрел на Алину.

- Куда?

Элиас открыл книгу.

На первой странице было написано:

«Если Леон вернётся, не позволяйте ему умирать».

Ниже стояла дата.

1707.

И подпись.

Леон.

Леон побледнел.

- Я написал это?

Элиас ответил:

- Нет.

Он перевернул страницу.

На следующей было:

«ПЕРВАЯ ЖИЗНЬ: НЕУДАЧА».

Ещё ниже:

«ВТОРАЯ: НЕУДАЧА».

«ТРЕТЬЯ: НЕУДАЧА».

Список продолжался.

До самого конца.

«ТРИСТА ДВЕНАДЦАТАЯ: НЕУДАЧА».

А под ним появилась новая запись:

«ТРИСТА ТРИНАДЦАТАЯ: НЕ НАЧИНАТЬ».

Леон медленно поднял взгляд.

- Почему?

Элиас закрыл книгу.

- Потому что триста тринадцатая жизнь...

Он посмотрел на Алину.

- ...должна была стать последней.

В этот момент земля под ногами дрогнула.

Где-то далеко раздался низкий гул.

Молодой человек резко обернулся.

На небе появилась чёрная точка.

Она увеличивалась.

Алина прошептала:

- Это корабль?

- Нет, - ответил молодой человек.

Леон посмотрел вверх.

Точка раскрылась.

В небе появился огромный символ.

Тот самый, который он видел сотни раз.

ПРОДЛЕНИЕ.

Но под ним появилась новая надпись.

ФАЗА VI

Пауза.

Затем:

ОТМЕНА ВОЗВРАЩЕНИЯ.

Элиас впервые перестал улыбаться.

- Они нашли нас.

Леон сжал кулак.

- Кто?

Старик посмотрел на него.

- Те, кто не хочет, чтобы ты вспомнил, кем был до первой жизни.

И тогда Леон услышал голос.

Свой собственный.

Но гораздо старше.

Он прозвучал прямо внутри его головы:

«Леон...»

Он замер.

«Если ты слышишь меня...»

Голос сделал паузу.

«...значит, я снова ошибся».

Леон закрыл глаза.

И впервые за все триста двенадцать жизней

он вспомнил своё настоящее имя.

Не Леон.

Другое.

Имя, которое он сам запретил себе помнить.

Элиан.