Black Blood

Больница. Тихий гул коридора, запах антисептика. Мэри сжимает в пальцах салфетку, пропитанную кровью. Её лицо — почти одного цвета с больничной стеной.

Врач, устало потирая переносицу, тихо произносит:

— Осталось только ждать и молиться.

— Хорошо, спасибо, — шепчет Мэри, стараясь унять дрожь в голосе. Она вытирает кровь, но кажется, что пятно только расползается по белой ткани.

Минхо, не сводя с неё встревоженного взгляда, кладёт ладонь ей на плечо — осторожно, будто боится сломать.

— Ты вся бледная. Пойдём, перекусим что-нибудь. Тебе нужно прийти в себя.

Мэри кивает, не находя слов.

Они выходят из больницы, и резкий уличный свет на секунду ослепляет. Кафе неподалёку кажется островком спокойствия: тёплый свет, запах свежей выпечки, приглушённые голоса. Здесь можно притвориться, что мир не рушится.

А в это время…

В полутёмной комнате, где тени ложатся на стены угловатыми фигурами, парни сидят в напряжённом молчании. Тишина давит.

Джин первым нарушает её, проводя ладонью по лицу:

— Как-то так.

Чимин резко выпрямляется, будто пружина внутри него наконец распрямилась:

— Тогда чего мы сидим? Нельзя терять время.

Чонгук, скрестив руки на груди, смотрит куда-то в угол, будто там написан ответ:

— Надо действовать аккуратно. Любая ошибка может всё испортить.

Тэхён, подавшись вперёд, усмехается — в этой улыбке больше азарта, чем веселья:

— У меня есть план.

Чимин приподнимает бровь:

— Какой?

— Нам нужно подобраться к ней аккуратно, — Тэхён постукивает пальцами по столу, отбивая ритм своих мыслей. — Можете даже влюбить её в себя, если придётся.

Джин хмыкает, в глазах мелькает искра:

— А это идея! Ну а кто будет влюблять её в себя?

Тэхён уверенно кивает:

— Я.

Чонгук тут же вскидывает голову, голос звучит твёрдо, почти холодно:

— Я против.

— Какого чёрта? — Тэхён резко наклоняется вперёд, глаза горят.

— Посмотрим, кого она выберет, — спокойно отвечает Чонгук, выдерживая его взгляд.

Чимин, покосившись на обоих, вздыхает:

— Я согласен с Чоном. Нельзя давить. Это только всё усложнит.

Намджун, до этого молча наблюдавший за перепалкой, наконец подаёт голос — ровно, без лишних эмоций, но так, что все замолкают:

— Тогда всё решено. Джин, у тебя задание.

Джин, чуть наклонив голову, ждёт.

— Разузнай о ней побольше, — продолжает Намджун. — Как мы можем подобраться к ней, не спугнув? Каждая деталь важна.

— Хорошо, будет сделано, — коротко кивает Джин.

Он поднимается, на мгновение задерживается у двери, будто прислушиваясь к чему-то, а затем выходит на улицу. Ветер тут же подхватывает полы его куртки, а город, шумный и равнодушный, поглощает его фигуру.