THE LANTERN

Темная комната, погружённая в мягкие тени. Горел камин, и красноватые отблески огня скользили по стенам. За окнами была ночь, а тяжёлые шторы плотно закрывали стекло.
Софи медленно опустила руку.
Она всё ещё чувствовала фантомную боль в шее - острую, пульсирующую, почти настоящую. Софи осторожно провела пальцами по коже, ожидая нащупать кровь или следы укуса.
Ничего.
И тогда её взгляд упал на собственное тело.
Она была одета в чистую пижаму. Ткань мягко прилегала к коже и пахла чем-то незнакомым, но свежим. На одежде не было ни копоти, ни крови, ни следов пожара.
Память начала возвращаться обрывками.
Она резко схватилась за живот.
В памяти вспыхнула боль - острая, пронзительная, настолько сильная, что от неё перехватило дыхание. Софи помнила, как согнулась, как пыталась удержаться на ногах, как всё вокруг начало расплываться.
Она задрала край пижамы.
Ничего.
Ни раны.
Ни крови.
Ни шрама.
Кожа была целой и чистой, без единого следа.
Софи осторожно провела ладонью по животу.
- Что...
Она снова ощупала кожу, уже сильнее нажимая пальцами, словно могла обнаружить повреждение, скрытое под поверхностью.
Ничего.
Она подняла взгляд и только теперь начала замечать комнату вокруг себя.
Здесь было мало мебели, но каждая вещь находилась на своём месте. Большая кровать занимала почти половину пространства. Рядом стояла тумба, на которой лежало аккуратно сложенное полотенце и стояла чашка воды. В камине потрескивали поленья, наполняя комнату теплом.
Софи медленно села.
Голова закружилась, и ей пришлось опереться ладонью о матрас. Тело казалось слабым, тяжёлым и непривычно чистым, будто её действительно недавно вымыли и переодели.
Но почему?
Где она?
И сколько времени прошло?
Софи посмотрела на закрытые шторы. За ними была ночь, но она не могла понять, какая именно. Прошло несколько часов? День? Может быть, больше?
Она попыталась вспомнить всё, что произошло.
Но память рассыпалась на отдельные куски. Некоторые моменты были слишком яркими, другие исчезали сразу, как только она пыталась за них ухватиться.
И среди этих обрывков снова возникло одно имя.
- Адриан...
Она произнесла его почти беззвучно.
Имя повисло в тишине комнаты, смешавшись с потрескиванием огня.
Софи обхватила себя руками и впервые за несколько дней не смогла понять, что было страшнее.
То, что произошло на самом деле или то, что ей приснилось.
И что произошло реально?
...
Софи ещё несколько секунд сидела неподвижно, обхватив себя руками. Тишина комнаты казалась почти осязаемой: она давила на плечи, заставляла прислушиваться к каждому звуку. В камине потрескивали дрова, а собственное дыхание постепенно выравнивалось, возвращаясь к привычному ритму.
- Просто сон...
Она произнесла это вслух, словно надеялась, что слова смогут убедить её лучше, чем собственный разум.
Пожар.
Мама.
Папа.
Мужчина в огне.
Адриан.
Всё это было слишком ярким, слишком подробным, чтобы оказаться обычным сном. Она помнила запах дыма, жар, разрывающий лёгкие, голос матери и холодный взгляд Адриана. Помнила боль, страх и ощущение чужих клыков у горла.
Но сны иногда казались настоящими.
Софи медленно опустила ноги на пол. Дерево оказалось холодным, и от этого по телу пробежала неприятная дрожь. Она замерла, прислушиваясь к себе. Слабость была непривычной - не той, что появлялась после бессонной ночи или болезни. Казалось, её тело слишком долго оставалось неподвижным. Мышцы отказывались слушаться, а голова была тяжёлой, словно наполненной ватой.
Она поднялась.
Почти сразу комната качнулась перед глазами.
- Чёрт...
Софи схватилась за край тумбы и закрыла глаза. Несколько секунд она стояла неподвижно, пережидая головокружение. Когда оно отступило, она осторожно выпрямилась и огляделась.
Теперь, стоя, она могла рассмотреть комнату лучше.
Большая кровать занимала почти половину пространства. Напротив неё темнел камин, рядом стояла тумба с чашкой воды. У дальней стены находился небольшой стол, а возле него - высокий шкаф. Всё выглядело чистым, дорогим и безличным.
Никаких фотографий.
Никаких картин.
Никаких книг или личных вещей, которые могли бы подсказать, где она находится и кому принадлежит эта комната.
Софи подошла к окну. Тяжёлые шторы были плотно закрыты, скрывая то, что находилось снаружи. Она протянула руку и остановилась. Ей вдруг стало страшно узнать, что за стеклом.
Страх был необъяснимым, но слишком сильным, чтобы его игнорировать.
Софи всё же отодвинула край ткани.
За окном стояла ночь. Внизу темнел сад, среди деревьев серебрились узкие полосы лунного света. Ни знакомых улиц, ни фонарей, ни окон соседних домов. Только густая темнота и редкие силуэты ветвей, неподвижных в безветренном воздухе.
Она медленно отпустила штору.
- Где я?..
Комната не ответила.
Софи вернулась к кровати и посмотрела на чашку на тумбе. В ней была вода. Она взяла чашку обеими руками и сделала несколько маленьких глотков. Вода оказалась прохладной, и это простое ощущение неожиданно немного успокоило её.
Рядом лежало полотенце - чистое, аккуратно сложенное. Софи провела пальцами по мягкой ткани, а затем снова посмотрела на свою одежду.
Пижама была совершенно чистой.
Слишком чистой.
Софи помнила, во что была одета перед тем, как вышла из квартиры: куртка, джинсы, кроссовки. В кармане лежали телефон и ключи, в кошельке - банковская карта и несколько купюр. Она даже помнила, что собиралась купить в магазине.
А потом память резко обрывалась.
Переулок.
Чужой голос.
Нож.
Холод металла у рёбер.
Софи зажмурилась. Воспоминание вспыхнуло настолько отчётливо, что она инстинктивно отступила на шаг.
- Нет...
Она прижала ладонь ко рту.
Кто-то заставил её свернуть с дороги. Кто-то преградил путь, потребовал отдать кошелёк. Она помнила разбитый экран телефона, звук собственного крика, который так и не вырвался из горла, и резкую боль в животе.
Боль была настоящей.
Она помнила её слишком хорошо.
Софи опустила взгляд и снова осторожно провела ладонью по животу. Под тканью не было ни раны, ни шрама, ни даже болезненного следа.
- Как?..
Ответа не было.
И тут в дверь постучали.
Софи резко обернулась.
Три коротких удара прозвучали в тишине особенно громко.
Она замерла, не сводя взгляда с двери. Через несколько секунд стук повторился.
- Можно?
Мужской голос был незнакомым.
Софи отступила к кровати.
- Кто вы?
За дверью повисла короткая пауза.
- Маркус.
Имя ничего ей не сказало.
- Я вас не знаю.
Голос за дверью оставался спокойным, почти бесстрастным.
- Я могу войти?
Софи несколько секунд молчала. Ей не хотелось впускать незнакомца, но оставаться одной в этой комнате было ещё страшнее.
- Да.
Ручка медленно опустилась. Дверь открылась, и на пороге появился мужчина. Он был одет просто, но аккуратно: тёмные брюки, светлая рубашка и жилет поверх неё. Внешне Маркус не выглядел угрожающим, однако Софи всё равно напряглась.
Он заметил это сразу.
Маркус остановился у двери, не делая ни одного лишнего шага.
- Не бойтесь.
- Я не боюсь.
Он слегка поднял бровь.
Софи сама поняла, насколько неубедительно прозвучал её ответ.
- Конечно.
Маркус прикрыл за собой дверь. В его руках ничего не было. Он посмотрел на Софи, затем на чашку, из которой она успела сделать всего несколько глотков.
- Вам лучше пока не вставать.
- Почему?
- Вы несколько дней не приходили в себя.
Софи замерла.
- Что?
Маркус спокойно встретил её взгляд.
- Вы были без сознания три дня.
Слова не сразу обрели смысл.
Софи несколько секунд просто смотрела на него, пытаясь понять, не ослышалась ли.
- Три... дня?
- Да.
Она медленно покачала головой.
- Нет.
- Боюсь, что да.
- Но...
Софи оглянулась на комнату, словно стены могли подтвердить её правоту. Три дня. Не несколько часов, не одна ночь. Три дня исчезли из её памяти, оставив после себя только обрывки кошмара и непонятное чувство чужого присутствия.
Пока она спала, её наверняка искали.
Джесс.
Работа.
Квартира.
Телефон.
Софи резко подняла взгляд.
- Мой телефон.
Маркус ничего не ответил.
- Где мой телефон?
- Его у вас не было.
- Был, - упрямо сказала Софи. - Он был у меня, когда я вышла из дома.
- Когда вас нашли, телефона при вас не оказалось.
Она опустила взгляд. В памяти снова вспыхнул разбитый экран, лежащий на мокром асфальте.
Переулок.
Нож.
Чужой голос.
- Меня будут искать.
Теперь в её голосе звучала настоящая тревога.
Маркус на мгновение отвёл взгляд, будто заранее знал, что этот вопрос неизбежен.
- Да, те, кто вас знает.
- Джесс.
Имя вырвалось почти сразу.
- Моя подруга. Она наверняка уже...
Маркус кивнул.
- Ей сообщили, что вы временно не сможете выйти на связь.
- Кто сообщил?
- Люди, которые занимаются этим.
Ответ был слишком расплывчатым. Софи сразу это заметила.
- Что значит «занимаются этим»?
Маркус посмотрел на неё внимательнее.
- Я не могу сейчас рассказать вам всё.
- Почему?
- Потому что вы только пришли в себя. Вам нужно время, чтобы прийти в норму.
- Я не ребёнок.
- Я знаю.
Он произнёс это спокойно, без раздражения.
- Поэтому и не собираюсь вам лгать.
Софи замолчала. В его словах не было прямой угрозы, но и доверия они не вызывали. Маркус говорил так, будто знал гораздо больше, чем собирался ей рассказать.
Он подошёл к креслу, стоявшему неподалёку, но садиться не стал.
- Вам сказали, что с Джессикой свяжутся, как только будет возможность.
- Она знает, что я жива?
- Да.
Только после этого Софи позволила себе немного расслабиться. Напряжение, сковывавшее плечи, ослабло, и она опустилась на край кровати.
- Хорошо.
Несколько секунд они молчали. За окном шелестели ветви, а в камине тихо потрескивали дрова.
Потом Софи снова посмотрела на Маркуса.
- А где я?
Он не ответил сразу.
- В безопасности.
- Это не ответ.
На его лице появилась едва заметная улыбка, но в глазах она не отразилась.
- Нет. Не ответ.
- Тогда, где я?
Маркус уже собирался заговорить, когда за дверью послышались шаги.
Он повернул голову.
В дверь постучали.
- Войдите, - спокойно сказал Маркус.
Дверь открылась, и в комнату вошёл дворецкий.
Он ничего не сказал. Лишь молча прошёл к небольшой столешнице у стены и поставил на неё поднос с ужином. Тарелка с горячей едой, хлеб, стакан воды и несколько приборов.
Софи молча наблюдала за ним, не понимая, откуда здесь взялась такая странная, почти привычная забота.
Дворецкий так же бесшумно поправил салфетку рядом с тарелкой, после чего отступил на шаг.
Маркус перевёл взгляд на Софи.
- Вам надо подкрепиться.
Софи посмотрела на поднос, потом снова на него.
- Я не голодна.
- В этом я не уверен, вы не ели три дня.
Софи нахмурилась.
Три дня.
Слово снова неприятно отозвалось внутри.
Она посмотрела на тарелку, потом на собственные руки.
- Я действительно была без сознания всё это время?
- Да.
- И никто не знает, почему?
Маркус выдержал короткую паузу.
- Есть предположения.
- Какие?
Он посмотрел на неё, но отвечать не стал.
Софи медленно выдохнула.
- Конечно.
Дворецкий всё ещё стоял у двери, Маркус перевел на него взгляд.
- Спасибо Филип, оставьте нас, - сказал Маркус.
Мужчина молча кивнул и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Софи снова посмотрела на поднос.
Запах горячей еды постепенно заполнял комнату, и только теперь она поняла, насколько сильно она голодна.
Она осторожно протянула руку к вилке.
- Вы ответите на мои вопросы?
Маркус едва заметно улыбнулся.
- Посмотрим.
- Это опять не ответ.
- Вы быстро учитесь.
Софи впервые за всё время позволила себе едва заметно усмехнуться.
Но уже через секунду её взгляд снова стал серьёзным.
- Тогда начнём с простого.
Она подняла глаза на Маркуса.
- Кто меня сюда привёз?
Маркус на секунду замолчал.
- Господин Ноктус.
- Адриан Ноктус?
- Верно.