Моё лето в Вулфборо

Я проснулась от запаха корицы и жареного хлеба, который каким-то образом добрался даже до моей комнаты, хотя окно было закрыто, и ещё несколько секунд лежала неподвижно, пытаясь решить, стоит ли вообще вставать, потому что после вчерашней гонки на лодках всё тело приятно ныло, особенно руки, а воспоминание о Финне, который с самым серьёзным лицом объявлял своё падение в воду «тактическим манёвром», заставляло меня улыбаться ещё до того, как я открыла глаза.

Я всё-таки выбралась из постели, подошла к окну и отдёрнула занавески, и передо мной снова оказалось озеро, залитое утренним светом, почти неподвижное у берега и чуть более тёмное дальше, где ветер уже собирал на поверхности мелкие серебристые волны. Внизу кто-то громко хлопнул дверью, после чего раздался голос Финна:

— Я сказал, что не буду!

— А я сказала, что будешь! — ответила ему Тереза.

Я рассмеялась, даже не зная, из-за чего они спорят.

Переодевшись, я выбрала лёгкое голубое платье с короткими рукавами и свободной юбкой, белые кеды и небольшую сумку через плечо, волосы оставила распущенными, только передние пряди убрала назад, чтобы они не лезли в лицо, а золотой компас Теона и серебряный браслет Верона остались на своих местах, уже настолько привычные, что я практически перестала замечать их на себе.

Когда я спустилась на кухню, стало понятно, откуда взялся запах корицы.

На огромном столе стояли тарелки с блинчиками, сверху на них лежали клубника и черника, рядом были миски с йогуртом, бананами и персиками, тёплые круассаны с сыром, яйца с зеленью, свежие булочки с корицей, а возле окна стояли кувшины с апельсиновым соком и холодным чаем с лимоном.

— Наконец-то, — объявил Финн, заметив меня, — я уже хотел идти будить тебя второй раз.

— И чем бы ты меня будил?

— Водяным пистолетом.

— Попробовал бы.

— Я бы не рискнул, — заметил Сэм, сидевший напротив него.

— Вот именно.

Я села рядом с Сарой, и она тут же придвинула ко мне тарелку.

— Блинчики попробуй, я помогала Терезе.

— Ты помогала?

— Да.

— То есть ты их не готовила?

— Я стояла рядом и контролировала.

— Очень важная работа.

Сара рассмеялась.

— Именно.

Я отрезала кусочек блинчика, попробовала и довольно кивнула.

— Хорошо.

— Я же говорила.

— Ты сейчас начнёшь всем рассказывать, что именно благодаря тебе они получились такими.

— Конечно.

— Я слышу, — сказала Тереза, проходя мимо нас.

Мы обе рассмеялись.

Несколько минут всё было спокойно, пока Финн не вскочил со своего места.

— Так, внимание!

Никто не отреагировал.

— Внимание!

— Финн, — предупредил Мейсон.

— Сегодня ярмарка, и я предлагаю сделать так, чтобы наш семейный стол стал лучшим на площади.

— Он и так каждый год один из самых лучших, — сказала Ники.

— Значит, в этом году должен стать самым лучшим.

— И что ты предлагаешь? — спросила я.

Он посмотрел на меня с широкой улыбкой.

— Конкурс.

— Какой ещё конкурс?

— Кто продаст больше всего выпечки.

Тереза подняла брови.

— А приз?

— Победитель получает право выбрать фильм вечером.

— Это не приз, — сказал Адриан.

— Для тебя нет, потому что ты смотришь только документальные фильмы.

— Неправда.

— Ты смотрел фильм про историю мостов два часа.

— Мне было интересно.

Я не выдержала и рассмеялась.

— Ладно, я участвую.

— Отлично! — Финн хлопнул ладонью по столу. — Ария против Верона.

Верон, сидевший у окна, поднял голову.

— Почему я?

— Потому что ты слишком уверен в себе.

— А если я выиграю?

— Тогда получишь право выбрать фильм.

— А если Ария?

Финн задумался.

— Тогда она выберет.

Верон посмотрел на меня.

— Тогда я участвую.

— Почему ты так уверен?

— Потому что люди любят покупать у красивых продавцов.

— Самовлюблённый, — пробормотала Ники.

— Но ведь работает.

Теон, до этого молча завтракавший, посмотрел на него.

— Только не начинай приставать к людям ради продаж.

Верон усмехнулся.

— Я умею разговаривать с людьми.

— Я знаю.

— Тогда в чём проблема?

— Ни в чём.

Но по его тону было понятно, что проблема всё-таки есть.

Я посмотрела на Теона.

— Ты тоже участвуешь?

— Нет.

— Почему?

— Я слишком честный для такого конкурса.

— Ты сейчас серьёзно?

Он улыбнулся.

— Посмотрим.

Через час вся семья уже была готова.

До площади мы добрались пешком, потому что утром город выглядел особенно красиво, улицы были почти полностью перекрыты для машин, между домами висели разноцветные флажки, а на главной площади уже стояли деревянные столы под белыми навесами, маленькая сцена и десятки палаток местных жителей.

Ярмарка проходила каждое лето, и, судя по количеству людей, для Вулфборо это было почти маленьким праздником.

На одном столе продавали домашний мёд, на другом — свечи ручной работы, дальше стояли картины, фотографии, украшения, деревянные игрушки, книги, старые открытки и даже маленькие букеты полевых цветов.

Наша семья заняла длинный стол возле самого края площади.

Тереза расставляла пироги, Анна — коробки с печеньем, Ники подписывала цены, а Финн пытался установить табличку, которая постоянно падала.

— Я могу помочь, — сказала я.

— Нет, — ответил он, — это мужская работа.

Табличка снова упала.

Я посмотрела на него.

— Конечно.

Он вздохнул.

— Ладно.

Через минуту я держала табличку, пока он прикручивал её к стойке.

— Всё, — объявил он.

Я отпустила.

Табличка продержалась примерно три секунды и снова накренилась.

— Прекрасно, — сказала я.

— Она просто устала.

— Табличка?

— Да.

Сара рассмеялась.

— Иногда мне кажется, что ты специально говоришь глупости.

— Иногда?

Я покачала головой.

Первые покупатели подошли почти сразу.

Пожилая женщина купила два черничных маффина, мужчина с маленькой девочкой взял коробку печенья, несколько подростков купили булочки с корицей, а потом возле нашего стола появился маленький мальчик, который долго смотрел на лимонные тарталетки.

— Сколько стоит? — спросил он.

Я назвала цену.

Он пересчитал монеты в ладони и грустно покачал головой.

— Не хватает.

Я посмотрела на него.

— Какой вкус ты хочешь?

— Лимонный.

Я взяла тарталетку и протянула ему.

— Тогда сегодня повезло.

— Но у меня не хватает.

— Ничего страшного.

Он посмотрел на меня.

— Правда?

— Правда.

Он улыбнулся так широко, что я сама не смогла не улыбнуться.

— Спасибо!

Он убежал к маме, а Сара посмотрела на меня.

— Ты понимаешь, что сейчас разоришь наш бизнес?

— У нас семейная ярмарка, а не бизнес.

— Финн не согласен.

— Финн вообще хочет заработать на всём.

— Неправда! — донеслось от него.

Я засмеялась.

Через некоторое время возле стола появился Верон.

Он взял коробку с печеньем, посмотрел на меня и громко объявил:

— Самое вкусное печенье на всей площади.

Я подняла брови.

— Ты его даже не пробовал.

— Зачем? Я доверяю тебе.

Женщина, стоявшая перед столом, рассмеялась.

— Молодой человек, а вы всегда так покупателям говорите?

Верон улыбнулся.

— Только когда хочу продать больше.

Она купила сразу две коробки.

Я посмотрела на него.

— Ты жульничаешь.

— Я использую природные способности.

— Какие?

— Убеждать людей.

— Это называется болтать.

— Но работает же.

К полудню у нашего стола уже почти ничего не осталось.

Финн был в восторге.

— Мы победили!

— Ещё нет, — сказала Сара.

— Кто нас обгонит?

— Вон тот стол.

Она показала на соседнюю палатку.

Финн посмотрел туда.

— Невозможно.

— Почему?

— У них пончики.

— И?

— Люди всегда выбирают пончики.

— Тогда нам надо было делать пончики.

— В следующем году.

Я уже собиралась ответить, когда услышала музыку.

На сцене началось выступление местной группы, и люди постепенно отошли от палаток ближе к центру площади.

— Пойдём, — сказала Ники.

— Куда?

— Танцевать.

— Я не умею.

— Никто не умеет.

Мы с Сарой переглянулись.

— Идём?

— Идём.

Через несколько минут мы уже стояли возле сцены вместе с Финном и Ники, смеясь и пытаясь двигаться в такт музыке.

Верон присоединился к нам позже, а Адриан остался у стола помогать Терезе.

Я заметила, что Теон тоже пришёл, но остановился чуть дальше, разговаривая с отцом.

Я не думала о нём, пока Финн не попытался прокрутить меня вокруг себя и чуть не столкнул с другим человеком.

— Ты с ума сошел!

— Зато весело!

— Я сейчас тебя утоплю.

— В озере?

— Именно.

Верон засмеялся.

— Давай я.

— Что?

Он протянул мне руку.

— Потанцуем нормально.

Я посмотрела на него, потом на Сару.

Она улыбнулась.

— Иди.

Я вложила ладонь в его руку.

Верон повёл меня чуть ближе к сцене.

Музыка была лёгкой, летней, и я сначала чувствовала себя неловко из-за людей вокруг, но он совершенно не обращал на них внимания.

— Ты вообще не стесняешься? — спросила я.

— Нет.

— Почему?

— Потому что никто из этих людей завтра не будет вспоминать, как я танцевал.

— А если будет?

— Тогда я буду знаменит.

Я рассмеялась.

Он сделал ещё один поворот, и я вдруг заметила Теона.

Он стоял возле сцены.

Смотрел на нас.

Не вмешивался.

Но по выражению его лица я поняла, что он уже давно наблюдает.

Верон тоже его заметил.

И вместо того чтобы отойти, только крепче сжал мою ладонь и продолжил танцевать.

Я не знала, делал ли он это специально.

Но Теон точно понял.

Музыка закончилась, и мы вернулись к остальным.

Теон подошёл ко мне первым.

— Всё хорошо?

— Конечно.

Он посмотрел на мои руки.

— Ты потеряла браслет?

Я удивлённо посмотрела вниз.

Серебряного браслета не было.

— Что?

Я быстро провела пальцами по запястью.

— Его нет.

Верон тут же перестал улыбаться.

— Где ты его видела последний раз?

— На площади.

Теон уже оглядывал землю.

— Стой здесь.

— Я сама

— Ария, стой.

Он сказал это настолько спокойно и уверенно, что я автоматически остановилась.

Теон быстро пошёл обратно к сцене, Верон двинулся за ним, а я осталась рядом с Сарой.

— Он сейчас найдёт его, — сказала она.

— Надеюсь.

Через несколько минут Теон вернулся.

В руке у него был мой браслет.

— Нашёлся возле сцены.

Я облегчённо выдохнула.

— Спасибо.

Он протянул его мне, а потом сам застегнул на моём запястье.

— Теперь не снимай.

Я посмотрела на него.

— Я и не собиралась.

— Хорошо.

Он отошёл.

Верон некоторое время молчал, а потом тихо сказал:

— Он действительно контролирует всё.

Я посмотрела на него.

— Иногда слишком сильно.

— Но ты всё равно его слушаешь.

— Иногда.

Он улыбнулся.

— Понятно.

После ярмарки мы решили не идти сразу домой.

Сара предложила зайти в небольшое кафе возле озера, и на этот раз никто не стал спорить.

Мы сели за длинный стол у окна, заказали картофельные дольки с сырным соусом, куриные роллы, клубничные молочные коктейли, лимонад и большую порцию вафель с мороженым на всех.

Разговор постепенно перешёл на учебу.

— Я уже начинаю скучать по Чикаго, — призналась Сара.

— Правда?

— Немного.

— А я пока вообще не хочу думать об осени.

— Я тоже.

Она посмотрела на меня.

— Но мы вернёмся вместе.

— Конечно.

Я улыбнулась ей.

Она улыбнулась в ответ, и на этот раз её улыбка выглядела искренней.

Когда мы вышли из кафе, солнце уже начало опускаться ниже.

Мы шли по набережной, когда к Саре неожиданно подошла девушка.

— Сара?

Сара остановилась.

На её лице сначала появилось удивление, а потом настоящая радость.

— Лив!

Они обнялись.

— Я не верю, что ты здесь!

— А я не верю, что ты приехала!

Лив засмеялась, потом посмотрела на остальных.

— Вы всей семьёй?

Сара кивнула.

— Почти.

Лив перевела взгляд на меня.

— А ты?

— Ария.

— Подруга Сары?

— Да.

— Тогда теперь понятно, почему я тебя раньше не видела.

Я улыбнулась.

— Я здесь совсем недавно.

Лив кивнула и снова посмотрела на Сару.

— Мы завтра собираемся на пляже, все наши будут.

— Правда?

— Конечно.

Сара сразу оживилась.

— Кто будет?

Лив начала перечислять имена, и по лицу Сары было видно, что каждое из них что-то для неё значит.

Я слушала молча.

А потом заметила, что Верон смотрит не на Лив.

Он смотрел на меня.

Теон стоял чуть дальше, разговаривая с Адрианом, но тоже время от времени переводил взгляд в нашу сторону.

— Ты придёшь? — спросила Лив у Сары.

— Конечно.

— Тогда завтра увидимся.

Они снова обнялись, и Лив ушла.

Сара несколько секунд смотрела ей вслед.

— Я не могу поверить, что они действительно здесь.

— Ты рада?

— Очень.

Она повернулась ко мне.

— Ария, тебе понравится.

— Тогда я тоже приду.

Сара улыбнулась.

— Правда?

— Конечно.

Мы продолжили идти домой.

Впереди Финн с Ники спорили о завтрашнем завтраке, Адриан что-то показывал Мейсону на телефоне, Тереза рассказывала Анне историю из детства, а Теон и Верон шли чуть позади.

Я была между всеми ними, и меня посетило странное чувство, будто сегодня что-то изменилось.

Не произошло ничего плохого.

Наоборот, день был прекрасным.

Но теперь в Вулфборо появились люди, которых я совсем не знала.

Люди, которые знали Сару задолго до меня.

И почему-то мне было интересно, какой она станет рядом с ними.