Моё лето в Вулфборо

Я ушла в дом, но ещё долго чувствовала его взгляд на спине, хотя старалась не оборачиваться, потому что знала, стоит мне снова посмотреть на Теона, и всё, что я так старательно пыталась уложить в голове после вчерашней ночи, снова начнёт перемешиваться, Адриан, Верон, Теон, их взгляды, их слова, и самое страшное было даже не то, что каждый из них чувствовал ко мне что-то своё, а то, что я действительно не могла сказать, что ничего не чувствую в ответ.

На кухне уже никого не было, только на столе остались две кружки и тарелка с нарезанными персиками, я взяла один кусочек, прислонилась бедром к столешнице и несколько секунд просто смотрела в окно, за которым солнце отражалось в озере, а потом услышала шаги и обернулась, ожидая увидеть Ники, но в дверях стояла Сара.

— Ты долго, — сказала она, слегка улыбнувшись, хотя в её голосе слышалась усталость, — я уже думала, что вы с Ники решили снова уйти куда-нибудь вдвоём.

Я сразу почувствовала знакомое неприятное напряжение.

—Нет,мы же с вами только вернулись.

Сара взяла с тарелки кусочек персика, задумчиво покрутила его в пальцах и посмотрела на меня.

— Ты заметила, что Ники теперь почти всё время рядом с тобой?

Я немного удивилась.

— Ну... есть такое...наверное.

— Она так со всеми?

— Не знаю, — честно призналась я, — думаю, просто мы хорошо сошлись.

Сара улыбнулась, но на этот раз в её улыбке было что-то странное.

— Да, я заметила.

Я хотела спросить, что именно она заметила, но она уже отвернулась к окну.

— Не бери в голову, — сказала она, словно сама пожалела о начатом разговоре, — я просто немного устала от всего.

Я подошла к ней и слегка толкнула плечом.

— Тогда вечером устроим девчачий вечер.

Она посмотрела на меня и улыбнулась уже теплее.

— Договорились.

И я действительно надеялась, что этого будет достаточно.

До вечера дом снова наполнился привычным шумом, Финн устроил спор с Сэмом из-за игровой приставки, Ники пыталась убедить их, что они ведут себя как пятилетние, Тереза сидела на террасе с Джудит и что-то рассказывала ей, а я несколько раз ловила себя на том, что ищу глазами Теона, но он словно специально избегал общих комнат, после нашего разговора утром я не видела его почти час, и от этого становилось только тревожнее.

Я поднялась в комнату, переоделась в лёгкое белое платье с тонкими бретелями и свободной юбкой, оставила волосы распущенными, а золотой компас всё так же лежал на груди, маленький и почти невесомый, но сегодня он почему-то казался тяжелее обычного, словно напоминал о вчерашнем вечере всякий раз, когда я случайно касалась его пальцами.

Я уже собиралась спуститься, когда в дверь постучала Ники.

— Можно?

— Заходи.

Она вошла с двумя стаканами холодного лимонада и протянула мне один.

— Один тебе, один мне, — сказала она, усаживаясь на край кровати, — я решила, что нам нужно хотя бы десять минут спокойно посидеть, пока никто не начнёт кричать с первого этажа.

Я рассмеялась.

— Согласна.

Мы сели у открытого балкона, и несколько минут просто смотрели на озеро.

— Ты сегодня какая-то задумчивая, — сказала Ники, слегка покачивая стакан в руке.

— Есть немного.

— Из-за братьев?

Я посмотрела на неё.

— Ты слишком хорошо всё замечаешь.

— Я живу с ними всю жизнь, — усмехнулась она, — пришлось научиться.

Я улыбнулась.

— Я пока не знаю, что со всем этим делать.

Ники некоторое время молчала, потом посмотрела на меня очень серьёзно.

— Тогда ничего не делай.

— В смысле?

— Не выбирай только потому, что они ждут, — объяснила она, поставив стакан на подоконник, — ты никому ничего не обещала, Ария, и если тебе нужно время, бери его.

Я посмотрела на неё с благодарностью.

— Анна сказала почти то же самое.

— Значит, мы обе умные.

— Очень скромно.

Она засмеялась и легонько толкнула меня плечом.

В этот момент в дверь постучала Сара.

— Девочки, вы здесь?

— Да, заходи, — ответила Ники.

Сара вошла, увидела нас на балконе и улыбнулась.

— Я так и знала.

— Что?

— Что вы опять вместе.

Ники посмотрела на неё, немного удивившись.

— Давай с нами?

— Конечно.

Сара села рядом, и некоторое время мы втроём разговаривали о всякой ерунде, вспоминали университет, обсуждали, кто из нас хуже всего готовит, смеялись над фотографиями, и постепенно напряжение исчезло, хотя я всё равно замечала, что Сара иногда замолкает, когда Ники обращается именно ко мне, но теперь она не отстранялась, а старалась сама включаться в разговор.

— Кстати, — сказала Сара, открывая галерею в телефоне, — я хочу показать вам кое-что.

Она включила видео, снятое ещё в первые дни нашего приезда, где я прыгаю с причала в воду, а за мной следом летит Финн, потом Верон и Адриан, и в конце в кадре появляется Теон, который стоит на берегу и смотрит на всех так, будто уже устал от нашего безумия.

Мы втроём рассмеялись.

— Это надо сохранить, — сказала Ники, — когда-нибудь будем смотреть и вспоминать.

— Я уже хочу, — ответила я.

Сара посмотрела на меня.

— Я тоже.

Она чуть задержала взгляд, а потом добавила:

— Я правда рада, что ты здесь.

Я улыбнулась.

— Я тоже рада.

И на несколько минут всё снова стало просто.

Но вечером мне всё-таки пришлось выйти из комнаты.

Теон ждал меня у машины.

Он был в тёмной футболке и джинсах, волосы немного растрёпаны ветром, руки в карманах, и когда я подошла, он посмотрел на меня так внимательно, что я сразу почувствовала знакомое напряжение.

— Готова? — спросил он, открывая передо мной дверь.

— Куда-то едем?

Он чуть улыбнулся.

— Просто прокатимся, ты обещала мне разговор, а дома нам его не дадут закончить даже за час.

Я села в машину, и через несколько минут мы выехали с территории дома, направляясь в сторону города, но на этот раз он не свернул на лесную дорогу, а поехал дальше, к Вулфборо.

— Ты злишься на меня? — спросила я, когда мы проехали первые дома.

— Нет.

— Тогда почему ты весь день такой?

Он несколько секунд молчал, потом посмотрел на меня.

— Потому что я пытаюсь понять, как разговаривать с тобой так, чтобы ты не чувствовала себя загнанной в угол.

Я тихо выдохнула.

— Спасибо.

Он улыбнулся.

— Я учусь.

Мы остановились у небольшой кофейни возле набережной, где уже зажглись тёплые фонари, и мы заказали два холодных латте, один с ванилью, второй с карамелью, а потом вышли с ними на улицу и медленно пошли вдоль воды.

— Я не хочу, чтобы ты думала, будто вчерашний вечер что-то изменил в моих требованиях к тебе, — сказал Теон, идя рядом, — я всё ещё не жду от тебя выбора.

Я посмотрела на него.

— Но ты хочешь, чтобы я выбрала тебя.

Он остановился.

— Конечно хочу, — сказал он, глядя мне прямо в глаза, — я просто не хочу заставлять тебя.

Я опустила взгляд на стакан в руке.

— Мне страшно.

— Чего?

— Что из-за меня вы перестанете быть братьями.

Он некоторое время молчал, потом подошёл ближе.

— Ария, послушай меня, — сказал он тихо, но очень уверенно, — наши отношения с братьями не должны зависеть от того, кого ты выберешь, если мы сами не позволим этому случиться.

— А если вы не сможете?

— Тогда это будет наша проблема, а не твоя.

Я посмотрела на него.

— Ты правда так думаешь?

— Да, — ответил он, чуть наклоняя голову, — и я хочу, чтобы ты запомнила это.

Мы продолжили идти, и какое-то время я просто слушала его, а потом он неожиданно спросил:

— Ты жалеешь о вчерашнем?

Я остановилась.

— О чем именно?

Он посмотрел на меня, и в его взгляде мелькнула улыбка.

— Не заставляй меня произносить это вслух.

Я рассмеялась.

— Нет.

Теон кивнул.

— Хорошо.

— А ты?

Он посмотрел на озеро.

— Нет.

Я подошла ближе и осторожно взяла его за руку.

Он опустил взгляд на наши пальцы, затем сжал мою ладонь крепче.

— Тогда, наверное, всё не так плохо, — сказала я.

— Наверное, — ответил он, глядя на меня, — просто теперь нам придётся научиться жить с тем, что произошло.

Мы ещё долго гуляли по набережной, покупали горячие вафли с клубникой и мороженым, смеялись над тем, как Финн наверняка попытался бы съесть всё за три минуты, а потом вернулись к машине уже тогда, когда город почти полностью погрузился в вечер.

Перед тем как сесть, Теон остановился рядом со мной.

— Ария.

— Что?

Он осторожно коснулся пальцами моего компаса.

— Я не хочу, чтобы ты когда-нибудь сняла его из-за того, что кто-то решил, будто имеет на это право. Для меня это правда имеет огромную важность.

Я посмотрела ему в глаза.

— Я не собираюсь его снимать.

Он улыбнулся.

— Ну что,поехали домой.

И пока машина снова ехала по тёмной дороге к дому, я смотрела в окно на редкие огни Вулфборо и думала о том, что иногда самое сложное начинается не тогда, когда люди признаются тебе в чувствах, а тогда, когда ты понимаешь, что в ответ тоже начинаешь что-то чувствовать, просто пока не умеешь назвать это одним словом.