Последний Бог

Меня терзали сомнения: стоит ли доверять хоть кому-то, смогу ли я вообще когда-нибудь снова кому-то довериться. Я ещё молода, но порой кажется, будто прожила тысячи лет на этой грешной земле, и каждый день — это повторение одного и того же пути. Только теперь по этому пути я иду с опущенными веками, чтобы не видеть лишнего, и с крепко сжатыми пальцами — на случай, если придётся защищаться.

Память то и дело подкидывала обрывки: запах дождя над морем, тихий голос давно почившего, но такого важного для меня человека: «Линнет, давай сбежим». Затем встреча с тем, кому я хотела доверится и как все в одночасье оборвалось. Тогда мне казалось, хоть на миг, что я могу быть счастливой, но все слишком быстро оборвалось, не успев начаться. И я перестала мечтать, верить, просто жила как придется.

— Линнет! — голос Лии вырвал меня из раздумий. — Долго так стоять будешь? Уже час прошёл.

Я будто вынырнула из медитации и опустила взгляд: всё это время я стояла на одной ноге, балансируя на рукоятке  кинжала.

— Ох, ты отвлекла меня от важных мыслей! — цокнула я и легко соскочила с рукоятки.

Не помню точно, что со мной было до того дня, когда я очнулась. Первый человек, которого я увидела, была Лия. Она тогда ещё сама была подростком, но, кажется, именно она меня спасла, а потом всё время заботилась обо мне, как старшая сестра. В ней чувствовалась неуверенность, будто она и сама не знала, что делает, но при этом в её взгляде всегда жила странная, упрямая уверенность во мне — словно она знала, что я должна стать кемто большим. И будто к чемуто готовила.

С раннего детства Лия растила меня как бойца: учила владеть кинжалами, не бояться боли и крови. Я схватывала всё на лету, пряча за ровной стойкой и спокойным лицом усталость и боль. Глубокие порезы, синяки, измождённое тело стали моей ежедневной рутиной.

После каждой тренировки я едва могла разогнуть пальцы, сжимавшие рукоять кинжала. Ладони покрывались мозолями, которые лопались и снова заживали, оставляя грубую корку. Лия молча протягивала мне тряпку, смоченную в травяном настое, и горькие пилюли, ускорявшие заживление, и смотрела, как я стискиваю зубы, чтобы не вскрикнуть. В такие моменты она выглядела не как наставница, а как человек, которому больно от каждой моей царапины.

— Почему мне порой кажется, что ты хочешь меня убить? — усмехнулась я однажды, едва переводя дыхание.

Лия замерла. В её глазах мелькнул страх — такой острый, будто я случайно задела чтото запретное. Она часто вела себя так: то обнимала, то вдруг отстранялась, словно боялась привязаться ко мне. Эти перепады ранили, и я старалась не задавать лишних вопросов, не расстраивать её. Иногда я запиралась у себя и плакала, пытаясь найти логику в её поведении. Но спустя пару лет сил искать ответы не осталось. Я просто слушалась и делала, как она велела.

Вопросы не исчезали, они только копились гдето внутри, тяжёлые и колючие. Зачем она так торопится? Что ждёт меня там, за стеной?

— Теперь к твоим тренировкам добавим теорию, — сказала Лия и положила на стол, где я училась грамоте и чистописанию, старинные энциклопедии. Книги были покрыты толстым слоем пыли, будто их не трогали тысячу лет.

— Что это? Они же вотвот развалятся! — спросила я, осторожно дотронувшись до обложки, и тут же закашлялась от поднявшейся пыли.

— Это старинные энциклопедии из библиотеки моего отца. Здесь расписаны все элементы и их истинное значение. Тебе нужно изучить всё досконально, впитать каждую строчку. Как только ты всё выучишь, я их уничтожу.

«Украла?» — мелькнуло у меня в голове, но вслух я ничего не сказала.

— Но, Лия… — я запнулась, глядя на неё в недоумении, — я ведь не обладаю ни одним из элементов. Зачем мне их изучать?

На тот момент я знала об элементах лишь поверхностно,но я точно могла определить, что передо мной стоит культиватор или человек.

— Я дам тебе основу, а дальше придётся разбираться самой. Не задавай лишних вопросов.

Я едва сдержала горькую усмешку. «Учитель из тебя и правда никудышный…»

— Поняла, — кивнула я.

— В нашем мире всегда был баланс пяти элементов: разрушения, исцеления, контроля, защиты и предвиденья. Они всегда переплетались друг с другом, удерживая мир в равновесии. Но сейчас баланс нарушен, и вернуть его может только чудо, — Лия ненадолго замолчала, задумчиво глядя на меня. — Ты ведь видела ту стену вдали?

За стеной, которую я видела из окна, небо всегда было серым, будто само время там застыло. Говорили, что на Каспии даже тени живут своей жизнью, а воздух пропитан чужой болью. И Лия готовила меня именно к этому месту — хотя вслух никогда не произносила его имени.

— Да. И луч. Он такой яркий, - ответила я, глядя на него мельком и вдруг поняла, что не могу отвести взгляд, будто он примагнитил меня.

— Этот луч — единственное, что питает нашу планету после того, как последний бог ушёл из мира. Это всё, что от него осталось.

В тот вечер Лия долго поясняла мне, как переплетены элементы между собой. Но, не видя во мне отклика, она в конце концов лишь покачала головой и оставила меня одну с горой пыльных томов.

Поначалу мне было тяжело изучать их. Я не видела смысла учить то, что, как мне казалось, никогда не пригодится. Но однажды взгляд зацепился за строчку о слабых местах элемента разрушения — и я вдруг поняла, что знание чужих сил может стать моим главным оружием. Если я не могу обладать элементом, я могу научиться использовать тех, кто им обладает. И полагаться я могу только на себя.

Однажды моему терпению пришёл конец. Мне было тринадцать, и моё тело и сердце были истерзаны: несмотря на вечерние настои и пилюли Лии, шрамы уже уходили глубже кожи.

— Я больше не стану ничего изучать и делать, как ты просишь, пока ты не объяснишь, для чего всё это! К чему ты меня готовишь? Почему ты каждый раз игнорируешь мои вопросы, словно я марионетка в твоих руках, а не человек? — крикнула я сквозь слёзы.

Лия лишь крепко прижала меня к себе:

— Прости меня, прости… — это всё, что она могла сказать, снова не объясняя ничего.

Тогда я не понимала, что её вклад в моё будущее стоил ей слишком многого. Не знала и того, как этот опыт поможет мне в дальнейшем. Но я запомнила эти слова. И эту тишину, в которой не было ответов.