Мой уличный хулиган | 18+

"Тело подростка"

Руслан Черепанов

В мастерской с самого утра стоял гул.

Пацаны травили анекдоты, подкалывали друг друга, и воздух был пропитан этой специфической мужской атмосферой.Но к вечеру веселье приобрело другой оборот: работа встала, и все дружно начали бухать так, будто завтрашний день отменили.

Я сидел в стороне, вертя в руках пустой стакан. Кажется, я был единственным трезвым.Для меня это настоящее седьмое чудо света. Мысли мои были далеко.

— Ты чего такой невеселый, а? — раздался над ухом вкрадчивый женский голос.

Одна из наших «постоянных» красоток, из тех, что вечно ошиваются возле нас, небрежно провела острыми коготками по моей шее. Она вцепилась в мои плечи, потянув вниз, чтобы я сравнялся с ней ростом и вдохнул её приторно-сладкие духи.

— Не интересуешь, — отрезал я, даже не глядя на неё.

— Что? — она захлопала ресницами, явно не привыкшая к таким ответам.

— Говорю: не в моем вкусе сегодня. Отдохни.

Она обиженно хмыкнула и, как мне показалось, отлипла. Но счастье было недолгим. Когда пришло время развозить это пьяное стадо по домам, она хитро подстроила всё так, чтобы остаться в моей машине последней.

Мы ехали по ночному городу вдвоем. Я молча барабанил пальцами по рулю в такт мотору, думая о своем.

— Ну ты чего такой напряженный, Русь? — она придвинулась ближе, обдавая меня теплом и запахом спиртного.

Её рука, предательски и слишком уверенно, легла мне на ширинку, начиная медленно поглаживать. Я почувствовал, как мышцы челюсти сжались. В любой другой день я бы, может, и не отказался, но сейчас это касание казалось почти раздражающим.

Я перехватил её ладонь, жестко, но без злобы убирая её в сторону.

— Не сегодня, хорошенькая. Не сегодня.

Я покровительственно погладил её по голове, как нашкодившего ребенка. Она тут же надулась, точь-в-точь как та резиновая утка, и демонстративно отвернулась к окну, поджав губы.

Мне было плевать. В моей голове сейчас была только одна девушка, и она была совсем не здесь.

Я затормозил у её подъезда, мечтая лишь об одном — выкинуть эту прилипчивую девицу из салона и наконец выдохнуть.

— Выходи, — бросил я коротко.

Она выпорхнула наружу, с грохотом захлопнув дверь. Я тоже вышел, прислонившись к капоту своей машины и вдыхая свежий ночной воздух, пытаясь выветрить из машины этот липкий запах перегара.

Но «пассажирка» явно не собиралась прощаться просто так.

— Руслан... спасибо, что подвез, — прошептала она, и прежде чем я успел среагировать, она настойчиво прижала меня обратно к капоту.

Её губы впились в мои с какой-то отчаянной жадностью, а пальцы зарылись в мои волосы, притягивая меня ближе. Внутри всё гудело от усталости и злости на весь этот бесконечный день. И я ответил.

Просто на автомате, чтобы сбросить это чертово напряжение, которое копилось в мышцах с самого утра. Мои руки привычно легли ей на талию, притягивая это горячее тело к себе.

Мы тяжело дышали, растворяясь в этом ненужном, случайном поцелуе. Она уже потянулась ко мне снова, желая продолжения, как вдруг ночную тишину разрезал сухой, отчетливый кашель.

Я вскинул голову, и сердце пропустило удар, а потом рухнуло куда-то в район ботинок.

Блять.

Мы стояли прямо под окнами Ангелины. Третий этаж. Фонарь бил прямо ей в лицо, высвечивая хрупкую фигуру на балконе.

Мой ангелок стояла там, кутаясь в легкую кофту, и смотрела на нас сверху вниз. В её взгляде не было ярости — только какая-то ледяная, разочарованная пустота.

— Не помешала? — спросила она негромко, и этот голос прозвучал для меня громче любого взрыва.

— Помешала.

Мир вокруг замер. Я стоял у машины, чувствуя себя последним подонком, а сверху на меня смотрела та единственная, чей поцелуй я действительно хотел бы помнить этой ночью.

Та похлопала меня по ширинке и ушла в подъезд.Мы остались с Ангелиной один на один.

— Ангелок...Это не то!

Та закрыла окна на полуслове не желая слушать мои слова.

— Сука!

Я ввалился в квартиру совершенно разбитым, едва переставляя гудящие ноги. В детской стояла благословенная тишина — моя мелкая уже видела десятый сон. Я подошел к её кровати, поправил сбитое одеяло, укутывая Юльку поплотнее, и невесомо коснулся губами её макушки.

Она лишь смешно сопела, крепче прижимая к себе любимую игрушку и отворачиваясь к стенке. Единственный чистый человечек в моей жизни.

Зайдя в ванную, я включил горячую воду.

Тяжелые струи били по плечам, смывая аромат духов, который остался на моей коже после случайного поцелуя у машины. Но вода не могла смыть мысли.

Перед глазами, как заевшая кинопленка, стоял один и тот же кадр: балкон на третьем этаже, бледное лицо и разочарованный взгляд моего Ангела.

Мне было чертовски стыдно. Стыдно за то, что позволил себе эту минутную слабость прямо под её окнами.

Сам не заметил, как рука, живя отдельной от разума жизнью, скользнула вниз. Тело предательски откликнулось на воспоминания о ней — не о той девке у подъезда, а о моей куколке.

Член налился тяжестью, требуя разрядки. Я закрыл глаза, прислонился лбом к холодному кафелю и начал медленно двигать рукой, вызывая из памяти её образ.

Я представлял, как она извивается подо мной на простынях, как её пальцы впиваются в мою спину, как она шепчет мое имя, задыхаясь от восторга. Рот невольно приоткрылся, выпуская рваный, горячий воздух.

Движения становились всё быстрее, жестче, пока накопленное за день напряжение не взорвалось белой вспышкой прямо на ладонь.

Когда всё закончилось, я стоял под душем, тяжело дыша. Физическая усталость на мгновение отступила, оставив после себя лишь звенящую пустоту и горькое понимание: завтра мне придется как-то смотреть ей в глаза.

Ночь в пустой квартире казалась бесконечной. Я вытерся жестким полотенцем, отбросил его в сторону и рухнул на кровать, чувствуя, как каждая мышца молит о покое.

Но сон не шел. Образ Ангелины на том балконе жег изнутри сильнее, чем ледяной душ.

Я потянулся к телефону. Пальцы замерли над экраном, а потом быстро набили знакомое имя.

Руслан Черепанов:
— Спишь, ангелок?

Минуты тянулись как часы. Я смотрел в темный потолок, слушая мерное сопение Юльки из соседней комнаты. Наверное, спит.

Или просто видеть меня не хочет, что было бы логично. Я уже почти провалился в тяжелое забытье, когда резкий звук уведомления заставил меня вздрогнуть.

Ангелина Лебедева:
— Не твое дело.

Коротко и холодно. Как пощечина. Я усмехнулся, чувствуя, что она всё еще там, на том конце провода, такая же колючая и задетая за живое.

Руслан Черепанов:
— Не спишь, значит. Че, может, прокатимся?

Я пытался вернуть ту легкость, что была между нами в кофейне, но ответ прилетел мгновенно, и в нем не было ни капли прежнего кокетства.

Ангелина Лебедева:
— С тобой, Черепанов, больше никогда.

Эти слова ударили наотмашь. Я сжал телефон так, что побелели костяшки. «Никогда» — в её устах это звучало как окончательный приговор.

Она не просто обиделась, она вычеркнула меня из своего списка «хороших парней», в который я так отчаянно пытался пролезть.

Я откинул телефон на подушку и уставился в окно. Кажется, этот раунд я проиграл всухую, и одной лишь харизмой здесь уже не отделаешься.

______________________________
Телеграмм канал: @norafaire