Вынужденные любить

В субботу после обеда Эдит и Грейс решили пойти поглазеть, кто будет бросать свои имена в Кубок огня. Он стоял в центре холла на табуретке. И его обегала начерченная на полу золотая линия, образуя окружность радиусом три метра.
- Дурмстрангцы бросили все. - сказала подругам Дафна, с самого утра сидевшая здесь. - Уоррингтон еще на рассвете.

Уоррингтон очень походил на ленивца, но за сборную слизерина играл превосходно.
Девушки сели на скамейку рядом с Гринграсс и одновременно закинули ногу на ногу.

Тут в холл бежали по лестнице вниз близнецы Уизли и их верный друг Ли Джордан, вид у всех троих был вдохновенный.
- Свершилось! - крикнули они. - Мы его выпили! Зелье старения!

- Думаю, из этого вряд ли выйдет что-нибудь путное. - предупредила Гермиона, которая сидела неподалеку от слизеринок вместе с Гарри и Роном. - Уверена, уж это-то Дамблдор предусмотрел.

Отчаянные головы пропустили слова Гермионы мимо ушей.
- Всего по одной капле. - потёр руки сияющий Джордж. - Нам до семнадцати не хватает совсем чуть-чуть.
- Если кто из нас победит — делим тысячу галеонов на троих! - Лицо Ли расплылось в широченной улыбке.

Джордж огляделся вокруг, в холле было много людей, но он поймал взгляд лишь одного. Эдиты.
Уизли долго не думая, улыбнулся ей. Та в ответ усмехнулась и отрицательно покачала головой, тоже намекая, что затея провальная.
- Готовы? - спросил Фред у дружков. - Я иду первый! За мной!

Фред вынул из кармана кусок пергамента, подошёл к линии, остановился, переминаясь с мысков на пятки, как пловец перед прыжком с пятнадцатиметровой вышки. И, глубоко вздохнув, у всех на глазах переступил золотую черту. Джордж без промедления прыгнул за братом. Тут же раздался громкий хлопок, и близнецов, словно невидимой катапультой, выбросило из золотого круга. Пролетев по воздуху метра три, они приземлились на холодный каменный пол. Было не только больно, дерзость ещё и кончилась бесславно: хлопнуло второй раз, и у близнецов выросли длинные белые бороды. Гриффиндорцы помирали со смеху — даже Фред с Джорджем, — поднявшись с пола и увидев бородатые лица друг друга.

- Я же предупреждал. - послышался низкий голос Дамблдора: в глазах у него плясали весёлые искорки. - Ступайте к мадам Помфри. Она уже лечит мисс Фосетт из Когтеврана и мистера Саммерса из Пуффендуя. Им тоже захотелось себя состарить. Но, признаться, их бороды ни в какое сравнение не идут с вашими.

Фред с Джорджем отправились в больничное крыло в сопровождении хохотавшего Ли.

***
Спустя час зарядил мелкий дождь.
В гостиной обычно было мало народу, и Эдит с Грейс заняли самый просторный диван рядом с камином.
Гостиная слизерина скрывалась на дне Черного озера, куда никогда не проникало солнце.
- Как думаешь, кого выберут чемпионом Хогвартса. - спросила Грейс, вглядываясь в большое панорамное окно. За его толстыми магическими стеклами кипела подводная жизнь бездны.
- Было бы здорово, если кто-то из слизерина. - медленно протянула Эдит. - Хотя маловероятно.
За окном виднелись проплывающие щупальца гигантского кальмара. Под толщей воды слышалась песня сирен, доносящаяся чарующим эхом.

Близнецы попросили сварить зелья до наступления Рождества и времени оставалось все меньше. А доказать, что она сможет, было делом принципа.

***
В Большом зале, как и полагается в канун Дня Всех Святых, под волшебным потолком порхали стайки летучих мышей, а из каждого угла подмигивали огоньки в прорезях огромных тыкв.

Ужин, казалось, никогда не кончится. Все вокруг ёрзали на стульях, тянули шеи, вставали на ноги, всеми овладело нетерпение: скоро ли Дамблдор завершит трапезу? Кто будет Тремя Волшебниками?

Наконец золотые тарелки засияли первозданной чистотой. Зал шумел, гудел и вдруг смолк — Дамблдор поднялся с места. Сидящие по обе стороны от него профессор Каркаров и мадам Максим замерли в напряжённом ожидании. Людо Бэгмен, как всегда, сиял, подмигивая то тому, то другому в зале. У Крауча, напротив, вид был безучастный, почти скучающий.

- Кубок огня вот-вот примет решение. - начал Дамблдор. - Думаю, ему требуется ещё минута. Когда имена чемпионов станут известны, попрошу их подойти к столу и проследовать в комнату, примыкающую к залу. - Он указал на дверь позади профессорского стола. - Там они получат инструкции к первому туру состязаний.

Он вынул волшебную палочку и широко ей взмахнул; тотчас все свечи в зале, кроме тех, что горели в тыквах, погасли. Зал погрузился в полутьму. Кубок огня засиял ярче, искрящиеся синеватые языки пламени ослепительно били по глазам. Но взгляды всех всё равно прикованы к Кубку, кое-кто поглядывает на часы...
- Как думаешь кого выберут? - рядом опять появился Теодор, но Эдит не обратила на него внимания.

Он, как обычно, выглядел собранным и немного отстраненным, но игнор ясно давал понять, что Эдит не заинтересована в развитии каких-либо дружеских отношений прямо сейчас.

Пламя вдруг налилось красным, взметнулся столп искр, и из Кубка выскочил обгоревший кусок пергамента.
Зал замер.
Дамблдор, протянув руку, подхватил пергамент, освещённый огнём, опять синевато-белым, и Дамблдор громким, отчётливым голосом прочитал:
- «Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам».

Зал содрогнулся от грохота аплодисментов и восторженных криков.
Виктор Крам поднялся с места и, ссутулив плечи, вразвалку двинулся к Дамблдору, повернул направо и, миновав профессорский стол, исчез в соседней комнате.
- Браво, Виктор! Браво! - перекричал аплодисменты Каркаров, так что его услышал весь зал. - Я знал, в тебе есть дерзание!

Постепенно шум в зале стих, внимание всех опять приковано к Кубку. Пламя вновь покраснело, и Кубок выстрелил ещё одним куском пергамента.
- «Чемпион Шармбатона — Флёр Делакур!» - возвестил Дамблдор.

Девушка, похожая на вейлу, легко поднялась со стула, откинула назад волну белокурых волос и летящей походкой прошла между столов Гриффиндора и Пуффендуя. Флёр Делакур удалилась в соседнюю комнату, зал опять утих. Но напряжение, казалось осязаемое на ощупь, усилилось. Осталось только узнать чемпиона Хогвартса!

Всё опять повторилось. Огонь покраснел, посыпались искры. Из Кубка вылетел третий кусок пергамента. Дамблдор поймал его и прочитал:
- «Чемпион Хогвартса — Седрик Диггори».

Взорвался криками стол Пуффендуя. Все до единого пуффендуйцы вскочили на ноги, топали, вопили до хрипоты, приветствуя идущего к профессорскому столу Седрика. Аплодисменты не смолкали долго. Дамблдор стоял и ждал; вот наконец зал угомонился, и он, довольно улыбаясь, начал вступительную речь:
- Превосходно! Мы теперь знаем имена чемпионов. Я уверен, что могу положиться на всех вас, включая учеников Шармбатона и Дурмстранга. Ваш долг — оказать всемерную поддержку друзьям, которым выпало защищать честь ваших школ. Поддерживая своих чемпионов, вы внесёте поистине неоценимый вклад...

Дамблдор внезапно остановился, и все сразу поняли почему.
Кубок огня вдруг покраснел. Посыпались искры. В воздух взметнулось пламя и выбросило ещё один пергамент.

Дамблдор не раздумывая протянул руку и схватил его. Поднёс к огню и воззрился на имя. Повисла длинная пауза. Дамблдор смотрел на пергамент, весь зал смотрел на него. Наконец он кашлянул и прочитал:
- «Гарри Поттер».

Преподаватели и ученики — все устремили на него изумлённые взгляды. Никаких аплодисментов, только жужжание, как будто в зал залетел рой рассерженных пчёл. Кто-то встал, чтобы лучше рассмотреть приросшего к стулу Гарри.

Профессор МакГонагалл стремительно встала из-за стола, обойдя Людо Бэгмена, подошла к Дамблдору и что-то горячо прошептала ему. Директор школы нахмурился.
- Гарри Поттер. - сказал он. - подойдите, пожалуйста, сюда.
Гарри поднялся на ноги, запутался в полах мантии и, спотыкаясь, побрёл к преподавательскому столу. Слева и справа столы Гриффиндора и Пуффендуя. Жужжание становится громче, взоры всех сопровождают его, как лучи прожекторов.
- Он обманщик! - закричали вслед студенты. - Ему нет еще семнадцати!

***
На другой день начиналась новая учебная неделя. Никто еще не мог свыкнутся с чемпионством Поттера. Ученики всех факультетов считали, что Гарри сам бросил в Кубок своё имя, но в их глазах это не делало Гарри героем. Пуффендуйцы, обычно дружившие с гриффиндором, теперь изменили отношение ко всему факультету. Это понятно, они считали, что Гарри покусился на славу их чемпиона Седрика Диггори. Пуффендуй не был избалован победами, а Седрик, как никто, завоёвывал им награды.

Первым уроком было любимое зельеварение, но отец так никого и не отравил, а Эдита уж было подготовилась...

После урока защиты от Темных искусств, Эдит, шатаясь, подошла к столу профессора. Занятие прошло довольно весело, Грюм учил их противостоять заклятию Империус.
- Профессор Грюм, не могли бы вы подписать. - она сунула ему под нос бумажку, где нужно было поставить подпись преподавателя для посещения запретной секции библиотеки.
- Ты будешь дочкой Снейпа, верно?! - прорычал он. - Да.. мой старый приятель. А чего у отца не попросишь?
- Он не так поймет. - смутилась слизеринка и опустила глаза.
- Похвально, что интересуешься загадками темных сил... - говорил Грюм, ставя подпись на листе. - С таким отцом... жду от тебя великих дел! - крикнул он, прежде чем Эдита успела покинуть класс.

Затем следовал урок ухода за магическими существами с гриффиндорцами.
- Держу пари, эти соплохвосты скоро станут футов шесть в длину и когда-нибудь прикончат нас. - возмущался Драко, пока друзья спускались вниз по тропинке.

- И они абсолютно бесполезные. - сказал Блейз. - Я читал. Видимо, Хагрид совсем с ума сошел.

- Еще этот Поттер, жалкий выскочка! - издевательски ухмыльнулся Малфой. - Неужели он правда думает, что ему поверят, что не он бросил имя в кубок. Хочет стяжать себе еще больше славы!

- Как, по-вашему, это возможно? - тоже негодовала Эдит. - Соперники на три года старше его, они уже почти совсем маги. А турниры, между прочим, очень опасны.

- Эй, парни, смотрите, кто здесь. Сам чемпион Гриффиндора! - увидев Гарри, обратился Драко к верным телохранителям Крэббу и Гойлу. - Захватили блокноты? Спешите взять автограф! Ему недолго осталось быть среди нас, грешных! На Турнирах выживает — кошмар! — половина участников. Сколько надеешься протянуть, Поттер? Держу пари, десять минут первого тура — и тебе конец!

Крэбб и Гойл угодливо захохотали, а Малфой притих: из задней двери хижины вышел Хагрид, нагруженный шаткой башней из клеток, в каждой — здоровенный соплохвост. Хагрид объяснил, что соплы убивают друг друга из-за избытка подавляемой энергии. И, ко всеобщему ужасу, повелел: чтобы дать ей выход, каждый ученик должен надеть на соплохвоста ошейник и совершить с ним длительную прогулку. Эдит потеряла дар речи. Как же ей надоело возиться с этими уродцами. Даже уроки прорицания казались куда лучше, сидишь и вытягиваешь из головы всякую чушь, лишь бы профессор поверила.
- Вывести их на прогулку? - Драко заглянул в одну из коробок.
- Интересно, а на что мы нацепим ошейник? Вокруг жала? На хвостовое сопло или на присоску? - Эдит тоже глянула на коробки.
- Очень просто, посредине. - показал Хагрид.
- Я не буду. - наотрез отказалась Эдит. - Спасибо, я с лихвой нагляделась на них во время прошлых уроков.

Улыбка сползла с лица Хагрида. Густые брови сошлись на переносице.
- Боишься запачкаться, что ли? Или думаешь, что для принцесс вроде тебя это слишком грязная работка? - гаркнул он. - Будешь делать, что я велю. Не то последую примеру профессора Грюма... Слыхал я, какой из твоего дружка получился прекрасный хорёк!
- Вы мне угрожаете? - глаза слизеринки сверкнули недобрым огнем.
Малфой зло вспыхнул, он еще никому не позволял общаться с его сестрой в таком тоне.
- Я все расскажу отцу, уж теперь то он добьется вашего отстранения! - Драко вышел вперед и заслонил Эдиту.
Его лицо было бледным, но решительным.
Хагрид перевел свой гневный взгляд на Драко.
- Ты что, Малфой?! Эти соплохвосты – важная часть природы!
- Они ошибка природы. - насмешливо фыркнул Драко.
В этот момент Теодор тоже решил вступить.
- Позволите. - начал он, его голос был спокойным, что только подчеркнуло абсурдность ситуации. - Соплохвосты не были классифицированы Министерством Магии как домашние животные. Принуждение учеников к работе с ними без должных мер безопасности может быть расценено как нарушение правил безопасности занятий.

Хагрид опешил.
Слова Теодора были сухими, фактическими и гораздо более весомыми, чем просто "фу, какая гадость".
- Вот именно! Это чистое безрассудство. - поддержал Драко, довольный логической подмогой и бросил быстрый взгляд на Эдит, убеждаясь, что она в порядке.

Хагрид, тяжело дыша, посмотрел то на Драко, то на Теодора.
- Тогда все узнаю, что вы хотите использовать насилие над учениками! - добавила сама Эдит.
- Нет... нет... - замямлил Хагрид и наконец сдался. - Ладно.. не хошь – не выгуливай... Кто не хочет, мм, может остаться здесь и...только это... наденьте перчатки из... э-э... драконьей кожи.

После этой фразы добрая половина слизеринцев побросала своих соплохвостов.
- А ты, Гарри, поди сюда, подсобишь мне управиться вот с этой зверушкой...

Возможно, он хотел поговорить с ним наедине, но вкид Эдиты испортил лесничему всю малину. Класс отправился выгуливать «зверушек». Ученики рассыпались кто куда. Соплохвосты были уже три фута в длину. И силы хоть отбавляй. От мягкотелых, бесцветных пресмыкающихся не осталось и следа. Теперь на них был толстый серый, вроде брони, панцирь. Походили они на помесь гигантского скорпиона и вытянутого краба, но голова и глаза ещё толком не обозначились. Этими мощными существами управлять было очень трудно. Ученики были явно не в восторге. То и дело из сопел вырывался огонь, толкая переросшего скорпиона вперёд, и сопровождающих волокло по земле метра три. Несчастные пытались подняться на ноги, но это им почти не удавалось.

10 ноября.
За обедом слизеринский стол сильно расшумелся, остальные не могли понять почему.
- Пссс, передавай. - шепотом сказал голос Крэбба, он протянул ей кучку ярких зеленых значков с надписью: Седрика поддержим — он настоящий чемпион. Потом надпись резко переменилась на: Гарри Поттер, ты смердяк, задавала и дурак. Эдита не поняла прикола и просто передала их слизеринцу, сидевшему рядом, сама брать не стала. А если оглянуться, то больше половины стола змеек сидело в таких значках.
Оказалось, это Драко изобрел некий интерактив дабы подразнить Поттера.

***
Возле двери лаборатории толпился весь курс, у каждого на груди большой значок. Пэнси тоже ухватила один и нацепила на мантию.
- Нравится, Поттер? - заметив Гарри, воскликнул Малфой.
Слизеринцы загоготали. Все, как один, нажали на значки, и на Гарри отовсюду теперь смотрели блестящие зелёные буквы.
Эдит и Грейс стояли вдали около стенки, без значков, и рассуждали как уговорить декана разрешить воспользоваться его личным кабинетом, чтоб сварить зелья для близнецов.

- Очень смешно! - язвительно бросила Гермиона, презрительно глядя на группу слизеринских девчонок во главе с Пэнси Паркинсон, смеявшихся громче всех. - Верх остроумия!
- Дать тебе, Грэйнджер? - Драко протянул Гермионе значок. - Ой, не дотрагивайся до меня. Я только что вымыл руки. Видишь, какие чистые. Не хочу испачкаться о какую-то грязнокровку.

Поттер видимо не выдержал, и не отдавая себе отчёта, выхватил из кармана волшебную палочку, и слизеринцы, в испуге отпрянув, бросились наутёк.
- Гарри! - предупреждающе крикнула Грейнджер.
- Что ж, давай сразимся. - Драко невозмутимо вынул свою волшебную палочку. - Грюма здесь нет, защитить тебя некому. Начинай, коль такой храбрый.
Эдит не на шутку забеспокоилась и потащила подругу поближе, чтоб в случае чего защитить брата.

Долю секунды они смотрели друг другу в глаза и затем одновременно крикнули:
- Фурункулюс!
- Дантисимус!

Из палочек выскочили лучи, на полдороге столкнулись и срикошетили.

Луч Гарри угодил в физиономию Гойла, луч Драко — в Гермиону.
Гойл взвыл и схватился за нос, который покрылся огромными безобразными нарывами. Гермиона прижала ладонь ко рту и залилась слезами.
- Гермиона! Что с тобой? - воскликнул Уизли, бросился к ней и отнял ото рта руку.

Зрелище предстало не из приятных. Верхние резцы у Гермионы, которые и без того выдавались, стали вдруг расти с ужасающей быстротой. Секунду-другую она походила на бобра, но зубы всё росли, перешагнули губу и уже достигли подбородка. Гермиона в ужасе их ощупала, и из груди у неё вырвался отчаянный вопль. Эдит подошла к Драко, убедиться, все ли с ним в порядке.
- Отчего здесь такой шум? - проговорил убийственно вкрадчивый голос.

У дверей лаборатории появился Снейп. Слизеринцы начали наперебой объяснять. Профессор указал длинным пальцем на Малфоя:
- Рассказывай ты, Драко.
- Поттер на меня напал, сэр.
- Мы напали друг на друга одновременно! - возразил Гарри.
- А его луч попал в Гойла. Видите? - Драко указал на Греггори, рядом с которым уже стояла Эдит и пыталась как-то помочь другу.

Снейп осмотрел Гойла. Лицо у того походило на иллюстрацию из домашнего пособия по ядовитым грибам.
- Мисс, Снейп, проводите его в больничное крыло. - распорядился отец. - А потом марш на урок!
- Смотрите, что Малфой сделал с Гермионой. - воззвал к нему Уизли.

Гермиона пыталась руками прикрыть растущие зубы, но они уже коснулись воротника мантии. Подошедшие слизеринки тыкали в неё пальцем из-за спины профессора, едва сдерживаемого смеха.

Снейп холодно взглянул на неё.
- Если и есть какие-то изменения, то весьма незначительные. - заключил он.
Гермиона громко всхлипнула, повернулась на каблуках и побежала к лестнице, ведущей наверх.

Гарри и Рон вместе заорали на Снейпа. К счастью, потому что оба их голоса эхом отдавались в гулком каменном коридоре, и учитель точно не слышал, что именно они обрушили на него. Но общий смысл до него дошёл.
- Угомонились? - шёлковым голосом молвил преподаватель. - А теперь слушайте: минус пятьдесят очков Гриффиндору. Поттер и Уизли останутся после урока, я объявлю, в чём будет состоять наказание. А теперь в класс. Не то будете наказаны на неделю.

Эдит повела Гойла в больничное крыло, по пути он пытался что-то сказать ей, но из-за вздутого носа слова получались невнятными. Передав друга мадам Помфри, девушка поспешила на урок.

- Наконец-то! Займёмся противоядиями! - услышала Эдит, как только отворила дверь кабинета. Отец видимо решил дождаться ее возвращения, чтоб не дай бог она не пропустила урок. Он обвёл класс злобно поблёскивающими глазками. - Составы у вас готовы? Теперь осторожно заварите их. После чего выберем кого-нибудь и попробуем на нём их действие.
Эдит села за парту с Грейс, которая заняла им место поближе к профессору.

***
В субботу, накануне первого тура, ученикам позволили пойти в Хогсмид. В этом году Снейп наконец подписал разрешение дочери.