Школа, где мы познакомились

Первые дни после каникул в школе шли по одному проверенному сценарию: все делали вид, что помнят, как учиться, но на деле просто заново привыкали к звонкам, которые почему-то стали звучать в два раза громче.

На первом уроке Чарджери сидела и пыталась понять, куда делась вся её память.

— Я точно знала биологию в июне, — шептала она Соке. — А теперь слово «клетка» вызывает у меня только одну ассоциацию — с хомяком.

Сока кивнула с абсолютно серьёзным лицом:

— Значит, начнём с хомяка. Это тоже наука.

А на задней парте Кнайф смотрел на расписание так, будто оно было написано на инопланетном языке.

— Физкультура, математика, биология… Кто вообще решил, что это можно уместить в один день?

Лампчка радостно подняла руку:

— А можно я скажу, что физкультура — это тоже движение, а движение — это энергия, а энергия — это круто?

Кнайф вздохнул:

— Можно. Но потом всё равно придётся бегать.

Брялок на математике смотрела на уравнение и чувствовала, что оно смотрит на неё с вызовом.

— Оно меня оскорбляет, — пробормотала она.

Бутылыч осторожно заглянул в тетрадь:

— Может, оно просто хочет дружбы?

— Оно хочет, чтобы я страдала. И у него получается.

Когда учительница попросила решить пример у доски, Брялок встала, посмотрела на цифры, потом на класс, потом снова на цифры и честно сказала:

— Я уважаю этот пример. Но решать его не буду.

Бутылыч еле сдержал смех, а учительница просто вздохнула и позвала другого.

В гуманитарном классе Стёрка пыталась вести конспект, но ручка будто имела собственное мнение.

— Почему я пишу «и… и… и…» уже третий раз подряд? — возмущалась она.

Замазыч, который сидел рядом, спокойно ответил:

— Это стиль. Называется «эмоциональный поток».

— Это называется «я забыла, как писать слова».

Чашечка тихонько листала учебник и думала: «Главное — чтобы учебник без пятен, только без пятен …» А потом на нужной странице был рисунок с каракулями.

Нансенсу сидела, скрестив руки, и смотрела на доску так, будто пыталась взглядом заставить тему стать проще. Когда кто-то рядом прошептал: «Ты какая-то темная, не надоело?», она чуть приподняла голову и сжала кулак. Этого хватило, чтобы все замолчали.

Курасан на уроке литературы устроил мини-спектакль:

— «Белеет парус одинокий…» — прочитал он с такой интонацией, будто это реклама мороженого.

Учительница строго посмотрела на него:

— Курасан, это лирика, а не меню.

— Но если бы это было меню, я бы взял этот парус с сиропом!

Учительница закрыла лицо ладонью:

— За что мне это…

После уроков все встретились у школьных ворот — и тут началось самое интересное: компания рассыпалась на маленькие отряды, потому что у каждого были свои планы.

Чарджери и Сока пошли в библиотеку — якобы «посмотреть новые книги», а на самом деле просто посидеть там, где тихо, и обсудить, кто из учителей в этом году выглядит так, будто тоже не выспался после лета.

— Тут даже воздух умнее меня, — вздохнула Чарджери, оглядывая стеллажи.

— Значит, мы на правильном месте, — спокойно ответила Сока и взяла с полки какой-то толстый том просто ради обложки.

Брялок и Бутылыч пошли гулять вокруг школы: Брялок ворчала на всё подряд, а Бутылыч кивал, будто записывал её монолог в невидимый блокнот «Важные мысли Брялочек».

— Если кто-то сейчас скажет «как ты выросла за лето», я просто уйду в закат, — предупредила Брялок.

— Тогда я скажу: «Ты не выросла. Ты стала громче».

Брялок фыркнула:

— Как бы ты мне не был дорог, я хочу тебе врезать. — Бутылыч поднял руки в примирительном жесте и они продолжили путь.

Кнайф и Лампчка свернули к спортплощадке. Лампчка хотела просто попрыгать на месте «чтобы сбросить лишнюю энергию», а Кнайф стоял рядом и делал вид, что он тут случайно, но на всякий случай присматривал, чтобы Лампчка не врезалась в стену.

— Ты можешь не смотреть на меня как строгий дедушка? — спросила Лампчка, подпрыгивая.

— Могу. Но тогда ты точно куда-нибудь влетишь.

— Логично.

Курасан не стал никуда сворачивать в одиночку — он сразу пошёл вместе со своими друзьями: Стёрка ворчала, Замазыч что-то объяснял, Чашечка тихо смеялась над его серьёзным тоном, а Нансенсу шла рядом и делала вид, что ей вообще всё равно, но время от времени чуть заметно кивала, будто соглашаясь.

— Ну вот, идеальная команда! — воскликнул Курасан, размахивая руками так, что чуть не сбил с себя ободок-рожки.

— Держи равновесие! — рявкнула Стёрка.

— Равновесие — это скучно! — парировал Курасан.

— Вот поэтому ты вечно спотыкаешься!

А Пикчер не пошёл с Кнайфом и Лампчкой — он сразу свернул к скамейке под старым деревом, где уже ждал Клеви. Тот нервно крутил кулон-половину пазла, но как только увидел Пикчера, чуть расслабился.

— Тут тихо, — тихо сказал Клеви.

— Тут нормально, — согласился Пикчер, садясь рядом.

— И ты тут.

— И я тут. — Согласился Пикчер, погладив его по волосам.

Клеви чуть улыбнулся и перестал крутить кулон.

— Знаешь, мне не нужно, чтобы ты со всеми разговаривал. Мне нужно, чтобы ты был тут.

Пикчер кивнул:

— Тогда я буду тут. И не буду никуда убегать.

_____________________________________

А как у вас дела в школе?

ლ (╹◡╹ლ)?