i loved you and i still do

Я не спала почти всю ночь. Каждые двадцать минут я открывала глаза и смотрела в потолок, проверяя, не прозвенел ли будильник. В мыслях было только весёлое лицо Джимми.

А ещё я думала о Билли. Это было очень мило с её стороны поехать и поддержать совершенно незнакомую девчонку.

Я закрыла глаза и улыбнулась в подушку. Господи, Джейн, возьми себя в руки. Ты ведёшь себя как подросток, у которого впервые заночевала подруга.

Будильник зазвенел в 5:30. Я подскочила, как ошпаренная, и чуть не запуталась в одеяле.

Пять минут душ. Десять минут попыток сделать хоть какой-то «лёгкий макияж», чтобы не пугать гримёров своим заспанным лицом. Я надела джинсы, простой белый свитер и кеды — то, в чем было удобно сидеть в машине, пока нас повезут в студию.

В 6:05 раздался звонок в дверь.

Я открыла, ожидая увидеть водителя или ассистента, но на пороге стояла Билли Айлиш собственной персоной. Ночью я скинула ей свой адрес.

Она была в кепке, надвинутой на самые брови, в огромной чёрной толстовке с капюшоном и в мешковатых штанах и идеально чистых кроссовках. В руках она держала два стакана и бумажный пакет.

—Угадай, что здесь, — сказала она вместо «доброе утро».

Я моргнула, всё ещё не веря, что она действительно здесь. Как будто все это было каким-то дурацким сном.

—Кофе?
—Один кофе для тебя, — она протянула мне правый стакан, — и один травяной чай для меня, потому что из-за кофе я превращаюсь в белку в колесе. А мне не нужно сегодня активничать в отличие от тебя.

Я взяла стакан, чувствуя тепло через картонную стенку.

—А в пакете?
—Круассаны, — Билли ухмыльнулась, уверенно заходя в мою квартиру и скидывая свои кроссовки прямо у порога, — потому что если мы встали в такую рань, то хотя бы заслужили чего-то вкусного.

Я закрыла дверь и прислонилась к стене, смотря на неё. Билли стояла посреди моей гостиной, осматривалась, крутила головой, и это выглядело так странно, будто персонаж из моего телефона вдруг встал передо мной в реальной жизни. Она действительно была настоящей. Смотрела прямо мне в глаза, называла моё имя и купила мне еду с напитком. Всё это было похоже на сон.

—Что? — спросила она, заметив мой взгляд.
—Ничего, — я улыбнулась, — я рада, что ты здесь.
—Я же сказала, что приеду, — Билли пожала плечами и улыбнулась в ответ.

Вскоре нас уже везли в сторону студии. Чёрный внедорожник с тонированными стёклами. Билли сидела рядом со мной на заднем сиденье, коленом касаясь моего колена. Она всю дорогу молчала, и мы смотрели в окна по разным сторонам машины.

Я смотрела на просыпающийся Лос-Анджелес. Утреннее солнце только начинало золотить верхушки пальм. Город ещё не проснулся, и в этом было что-то успокаивающее.

—Ты что-нибудь ела? — спросила Билли, не отрываясь от телефона.
—Твой круассан только что.
—Это не завтрак, это закуска перед завтраком, — фыркнула она, — в гримёрке попросим что-нибудь нормальное. У них там много еды.

Я улыбнулась. Она говорила так, будто это было самое обычное дело, заказывать еду в гримёрке самого популярного шоу. Для неё, наверное, так и было.
А для меня нет.

Студия оказалась слишком огромной.

Мы вошли через служебный вход, как и договаривалась Сьюзен. Охранник мельком глянул на моё удостоверение, потом на Билли в её кепке и толстовке и просто кивнул. Билли была права: когда прячешься на виду, тебя перестают замечать.

Нас провели по длинному коридору с бетонными стенами и плакатами прошлых шоу. Где-то вдалеке слышались голоса. Наверное, команда уже готовилась к эфиру.

Гримёрка оказалась маленькой, но уютной. Большое зеркало с лампочками по краям, как в старых фильмах, небольшой диван и стул перед зеркалом, на котором мне предстояло провести следующие несколько часов.

—Ничего, — сказала Билли, оглядываясь, — здесь даже диван есть, где можно поспать. Будь я, конечно, на твоём месте, я бы не стала на нём лежать, так как макияж и укладка испортятся. Но я то тут отдыхать пришла и смотреть через телевизор на тебя. Так что я, пожалуй, плюхнусь на него.

Она болтала, и это помогало. Её голос заполнял пространство, не давая тишине давить на меня.

—Билли, — перебила я, садясь на стул перед зеркалом и глядя на неё в отражении, — правда, спасибо тебе.

Она посмотрела на меня через зеркало и мягко улыбнулась.

—Перестань. Если кто-то и понимает, что ты сейчас чувствуешь, то это я.

Гримёрша пришла через полчаса. Она представилась Мишель и сразу принялась за работу, не задавая лишних вопросов.

Билли тем временем устроилась на диване, задрав ноги на подлокотник, и листала что-то в телефоне. Кепку она не сняла, только чуть приподняла, чтобы было видно глаза. Я поймала себя на мысли, что даже в таком расслабленном, почти ленивом виде она выглядела супер красиво.

—Ты смотришь на меня, — сказала Билли, не поднимая глаз от телефона.

Я тут же отвела взгляд.

—Не смотрю.
—Смотришь.
—Ладно, но только потому, что не верю, что тебе есть дело до меня.

Билли хмыкнула, но ничего не ответила. Только уголки её губ чуть дрогнули в улыбке.

В какой-то момент пришёл ассистент Джимми — парень лет двадцати пяти, в наушнике и с планшетом в руках. Он пробежался по сценарию, объяснил, где будут сидеть зрители, где камеры, в какой момент Джимми задаст основной блок вопросов про фильм.

—И да, — добавил он перед выходом, — Джимми очень любит импровизировать. Может спросить что-то не по сценарию. Это нормально, просто отвечайте спокойно.
—Спокойно, — повторила я, когда дверь за ним закрылась.
—У тебя получится, — сказала Билли, откладывая телефон, — ты только не думай о миллионах людей.
—О ком мне тогда думать?
—Обо мне, — Билли улыбнулась, — представь, что всё, что ты рассказываешь, ты рассказываешь не миллиону людей, а мне. Представь, что я сижу перед тобой, а не они.
—Хорошо, — выдохнула я.

Через час меня одевали, докрашивали и поправляли волосы. Я переоделась в серебристое платье.

Билли наблюдала за процессом со своего дивана, подперев щёку кулаком. На ней всё ещё была её огромная толстовка и кепка. Контраст между нами был забавным: она была вся в чёрном и огромном, а я будто собиралась на вечеринку с тематикой сериала «эйфория».

—Ты красивая, — сказала Билли.

Я почувствовала, как щёки заливает румянцем.

—Спасибо, — сказала я, надеясь, что грим скроет этот огонь.

За пятнадцать минут до выхода за мной пришли.

—Джейн, пора, — сказала ассистентка, заглядывая в гримёрку.
—Иди и разорви всё, Джейн Кэмерон.

Я сделала шаг к двери, потом остановилась и вернулась. Наклонилась и быстро приобняла Билли.

—Спасибо, — прошептала я ей в плечо.

Билли помолчала секунду, а потом её рука легла мне на спину, и она ответила на объятие.

Коридор был длинным. Где-то впереди был свет, смех зрителей, голос Джимми Фэллона, который объявлял своего гостя.

Я шла, и каждый шаг отдавался в висках. Но за спиной, в маленькой гримёрке, оставалась девушка, которая встала ещё раньше меня, только чтобы просто сидеть на диване и ждать МЕНЯ.

Я улыбнулась и вышла.

Я не помнила, как села на диван. Не помнила, как Джимми пожал мне руку. Но помнила, что смотрела прямо в камеру, представляя, что вместо неё Билли.

Вопросы сыпались один за другим. Про фильм, про съёмки, про то, как я чуть не сломала голос. Джимми шутил, зрители смеялись, и я не наигранно, а по-настоящему смеялась вместе с ними.

—Там правда было страшно? — спросил Джимми, наклоняясь вперёд.
—Страшнее, чем в любом фильме ужасов, который я смотрела, — ответила я, — но знаешь, самый страшный момент был не по сценарию. У нас упала лампа на площадке. Все заорали. А я так вымоталась, что просто стояла и смотрела на эту лампу, потому что у меня не осталось сил даже испугаться. Кто-то из команды подумал, что теперь мы прокляты, и хотел отказаться сниматься дальше.

Зал засмеялся. Джимми хлопнул себя по колену.

В какой-то момент он спросил про Эллен. Я внутренне сжалась, но ответила с улыбкой, что Эллен была ко мне добра.

Интервью пролетело как одно мгновение. Я не запомнила ни одного своего ответа, но запомнила, что не упала, не запнулась и не сказала ничего глупого, за что потом будет стыдно.

—Спасибо, Джейн Кэмерон! — Джимми обнял меня за плечи, и зал взорвался аплодисментами.

Я улыбнулась, помахала рукой и пошла за кулисы. Всё тело тряслось, но я справилась.

Коридор был длинным, и я почти бежала в гримёрку. Я толкнула дверь, и Билли подпрыгнула с дивана так быстро, будто её подбросило пружиной.

—Ну как?! — её глаза горели.
—Я справилась, — выдохнула я, прижимая руку к груди.
—Ты была великолепна! Тот момент про лампу — это было смешно! И про Эллен ты ответила идеально. Джимми молодец, он никогда не станет спрашивать что-то личное и заставлять чувствовать кого-то некомфортно. А ещё...

Она не договорила. Вместо этого она шагнула ближе, взяла меня за плечи и быстро чмокнула меня чуть ниже виска. Её губы были мягкими и влажными. Длилось это не больше секунды.

Билли отстранилась, улыбнулась, как ни в чём не бывало, и хлопнула меня по плечу.

—Это за храбрость, Кэмерон.

Я стояла и чувствовала, как в животе разрастается буря. Господи, Джейн, это просто дружеский поцелуй. Просто поддержка, не придумывай.

—Спасибо, — выдавила я, надеясь, что голос не дрожит.
—Ладно, — Билли отступила на шаг и оглянулась на диван, на пустые стаканы из-под чая, на мои кроссовки, оставленные у зеркала, — собирайся, я хочу есть. И мне надоело сидеть в четырёх стенах.
—Куда?
—Есть одно место, — Билли загадочно улыбнулась и надвинула кепку пониже, — там никого не бывает в это время. И у них отличное меню.

Я даже не стала спорить.

Мы вышли через чёрный ход. Билли заказала такси через приложение. Водитель даже не обернулся, когда мы сели. Билли назвала адрес, и мы поехали.

—Ты не устала? — спросила она, пока машина стояла в пробке.
—Устала. Но всё хорошо.
—Похмелье от славы? — хмыкнула Билли.
—Типа того.

Мы замолчали. И это было не неловкое молчание, а то самое уютное.

Кафе называлось «The Hidden Garden». И название полностью себя оправдывало.

Оно пряталось в глубине маленького дворика между двумя старыми зданиями, без вывески, только с деревянной дверью, которую легко было не заметить. Билли толкнула её, и мы вошли внутрь.

Я замерла на пороге.

Внутри было темно. Вместо основного света горели десятки свечей. Они стояли на каждом столике, на подоконниках, на деревянных полках. Пахло деревом и пирогами. Внутри не было вообще никого. Маленький зал на шесть столиков был абсолютно пуст.

—Билли, это... — прошептала я.
—Уютно, правда? — она улыбнулась, снимая кепку и проводя рукой по волосам, — моё любимое место. Сюда никто не ходит, потому что вход со двора и нет инстаграмной вывески. Владельцы — пара старичков, они держат кафе для души, а не для денег.

Мы сели за столик у окна. Свеча между нами мерцала, отбрасывая блики на лицо Билли.

В этот момент из старого радио, прибитого к стене, заиграла тихая музыка.

I'm an animal... trapped in your hot car...

Я узнала мгновенно.

песня: Radiohead. «All I Need».

Одна из самых красивых и самых моих любимых песен на свете.

—О, — выдохнула Билли, прикрывая глаза и кивая в такт музыке, — люблю эту.
—Ты шутишь? Я тоже её люблю!

Я наблюдала за эмоциями на её лице и думала: «Господи, как я здесь оказалась? Как я сижу напротив Билли Айлиш в пустом кафе со свечами, и играет Radiohead?»

Это было похоже на сцену из фильма, которую я, наверное, навсегда запомню.

Пришла официантка, пожилая женщина с тёплой улыбкой. Она явно узнала Билли, но ничего не сказала, только кивнула и спросила:

—Как обычно?
—Да, — Билли кивнула, а потом посмотрела на меня, — а тебе?
—Будьте добры, зелёный чай без сахара, — сказала я.

Официантка ушла.

Айлиш взяла со стола маленький подсвечник и начала крутить его в пальцах, наблюдая за тем, как переливается воск.

—Сегодня я плачу, — сказала она, не глядя на меня.
—Что? Нет, — я выпрямилась, — Билли, ты и так приехала меня поддержать, и круассаны купила, и такси... давай я заплачу.
—Нет.
—Билли.
—Джейн, — она подняла на меня глаза, и в них отражался огонь свечки, — сегодня я твоя шугар мами. Не спорь.

Я открыла рот, чтобы возразить, но она поднесла указательный палец к своему рту.

—Только попробуй сказать ещё хоть слово.

Я засмеялась.

Официантка вернулась с двумя чашками и блюдцем печенья. Поставила передо мной зелёный чай, а перед Билли что-то тёмное в высоком стакане.

—Что это? — спросила я, кивая на её напиток.
—Чай со сливками и пряностями, — Билли сделала глоток и блаженно прикрыла глаза, — хочешь?

Она протянула мне стакан. Я сделала маленький глоток. Напиток был тёплым и сладким. Но потом немного зажгло горло.

—Там что-то есть? — нахмурилась я.
—Может быть, — Билли ухмыльнулась.
—Алкоголь?
—Угадай.
—Я понятия не имею, что тебе там накашеварили.
—Мне просто нравится смотреть на твоё лицо, когда ты пытаешься догадаться. Когда ты задумываешься, у тебя мило глаза морщатся.

Вечер тянулся медленно и слишком хорошо. Мы пили чай, ели печенье, и Radiohead сменился чем-то джазовым.

Билли болтала без умолку и останавливалась, только когда отпивала свой напиток.

—Знаешь, почему я никогда не иду на свидания? — спросила она вдруг, откидываясь на спинку стула.
—Почему?
—Потому что все хотят видеть Билли Айлиш и ожидают от меня, что я буду идеальной. Такой как на обложке журнала. А я хочу, чтобы кто-то видел во мне такого же обычного человека, как и все. А ты? У тебя кто-то есть?
—Нет. Фильмы, съёмки, перелёты. Не до отношений.
—Жаль, — Билли отвела взгляд в окно, — такая красивая девушка, и одна.

Я не знала, что на это ответить, поэтому сделала ещё глоток её чая. Или это уже был третий? Голова слегка кружилась. То ли от алкоголя (если он там всё-таки был), то ли от её взгляда.

—Слушай, — сказала Билли, подаваясь вперёд и понижая голос, — а правда, что актёры часто влюбляются на съёмках? Это же там, атмосфера, страсть, всё такое.
—Бывает, — я пожала плечами, — но это обычно быстро проходит. Когда съёмки заканчиваются, оказывается, что вы совсем не подходите друг другу.
—А ты влюблялась?

Я замялась.

—Один раз. Но это было давно. И это была...неправильная влюблённость.
—Неправильная? — Билли приподняла бровь, — в том смысле, что в неправильного человека?

Я кивнула, не вдаваясь в подробности.

—А у тебя? — спросила я, чтобы перевести тему.
—У меня была одна девушка, — Билли покрутила стакан в руках, — но она не выдержала славы. Сказала, что со мной «слишком много шума». И ушла.

У БИЛЛИ БЫЛА ДЕВУШКА? И ОНА РЕШИЛА РАССКАЗАТЬ ОБ ЭТОМ МНЕ?

—Мне жаль.
—Ничего, — Билли улыбнулась, — теперь я просто сижу в своём любимом кафе и пью свой чай в компании красивых актрис.

Она снова сказала «красивых». Я покраснела и уткнулась в чашку.

—Это, наверное, алкоголь на тебя так влияет, — буркнула я, — или тот травяной чай. Тебе точно что-то подмешали.
—Подмешали обаяние и харизму, — подмигнула певица.

Прямо посреди её очередной шутки зазвонил мой телефон.

«Дилан 🦖»

—Извини, — я подняла трубку, — Дил, привет.
—Джейн! — заорал он так, что я снова отодвинула телефон и закатила глаза, — ты была крута. Я смотрел на тебя в прямом эфире.

Я засмеялась, прикрывая динамик рукой.

—Тише, Дилан, я в кафе.
—В кафе? В каком? Ты без охраны? Тебя уже узнают на улицах?
—Никто не узнаёт, — я посмотрела на пустой зал и на Билли, которая с любопытством наблюдала за мной, откусывая печенье, — тут даже никого нет.
—Ладно, — Дилан чуть сбавил громкость, — я так горжусь тобой, сестра, что аж плакать хочется, но я мужик, поэтому не буду.
—Ты мужик, который плакал, когда смотрел «Хатико», — напомнила я.
—Это другое. Там собака.

Я рассмеялась, попрощалась и сбросила звонок.

—Дилан? — спросила Билли, облизывая крошки с пальца.
—Мой старший брат, — я улыбнулась, — он звонит только затем, чтобы орать в трубку и говорить, какая я молодец.
—Мило, — Билли отставила стакан, — мой брат Финнеас тоже всегда меня поддерживает. Без него я бы не была сейчас здесь. Он мой якорь.
—Я знаю, — сказала я, не подумав.

Билли посмотрела на меня с лёгким удивлением.

—Я имею в виду... — я замялась, — ты много о нём рассказывала в интервью раньше.
—Раньше? Когда ты была моей фанаткой? — Билли усмехнулась.
—Это было очень давно, — пробормотала я, утыкаясь в чашку.
—Конечно-конечно, — она откинулась на стул, довольная собой.

Мы говорили ещё о чём-то. О музыке, о путешествиях, о том, что Билли ненавидит летать и боится звука китов. Я слушала, кивала, смеялась.

А потом начала замечать странное.

Каждый раз, когда я протягивала руку, чтобы взять печенье, её пальцы оказывались рядом, а наши ноги под столом иногда касались друг друга. Сначала я думала, что это случайность. Но когда наш разговор перешёл на её прошедший тур «HIT ME HARD AND SOFT», она внезапно положила ладонь на мою, лежащую на столе.

—...и там был такой огромный стадион, представь, — говорила она, абсолютно обычно, как будто её рука на моей — это нормально, — я ещё тогда так боялась, что не смогу его заполнить.
—Но ты заполнила. И даже переполнила, — ответила я, чувствуя, как пульс отдаётся в кончики пальцев под её ладонью.

Она убрала руку через несколько секунд. Я выдохнула.

Но потом, когда она смеялась над моей историей про то, как я забыла текст на сцене в школьном театре и поэтому начала танцевать, чтобы никто ничего не заподозрил, она обвила своей ногой мою под столом. Когда у меня выпала заколка из волос, она подобрала её со стола и сама надёжно закрепила на моих светлых волосах.

—Так лучше, — сказала она.
—Спасибо, — выдавила я.

Алкоголь? Чай? Или это просто Билли была такой тактильной и нежной со всеми? Я не знала. Я решила не придавать этому значения.

Потому что я сама выпила достаточно, чтобы перестать анализировать. Потому что если начать думать о том, почему Билли Айлиш ищет любой повод до меня дотронуться — можно захотеть, чтобы она не останавливалась.