Связанные

Итальянское солнце встретило Феликса слепящим светом и плотным, горячим воздухом, пропитанным ароматом моря и свежей выпечки. Выйдя из здания аэропорта в Риме, омега на секунду зажмурился. В руках у него была лишь небольшая дорожная сумка, а в груди - непривычное, почти забытое чувство свободной дыхательной легкой неопределенности. Семь часов полета оставили позади весь кошмар Сеула, жесткие приказы Хёнджина и страх перед нежеланной свадьбой.
Задумавшись и разглядывая незнакомую улицу, Феликс оступился на краю тротуара. Потеряв равновесие, он не удержался и больно упал на колени, роняя сумку на асфальт.
- Вы в порядке? - раздался над ним приятный, бархатистый голос с легким иностранным акцентом.
Прежде чем Феликс успел ответить, чьи-то сильные и аккуратные руки подхватили его под локти, бережно помогая подняться на ноги. Омега поднял взгляд - и у него перехватило дыхание.
Перед ним стоял невероятно красивый, статный молодой человек. В нем чувственные черты лица сочетались с идеальным итальянским шиком: безупречно скроенный костюм-тройка темного-синего цвета, аккуратно уложенные темно-каштановые волосы и глубокие, умные глаза, излучавшие мягкое тепло. От него веяло сдержанной роскошью и силой, но в выражении лица не было и капли той угрожающей агрессии, к которой привык Феликс.
- Спасибо... - тихо выдохнул Феликс, смущенно пытаясь отряхнуть брюки.
В то же мгновение его левое запястье обожгла резкая, обжигающая волна тепла. Метка паутины под кожей ожила, запульсировав невероятно частым, радостным ритмом.
Парень, помогавший ему, тоже внезапно замер. Он отпустил локти омеги и мгновенно перевел взгляд на свое собственное право запястье. Отодвинув манжет дорогой сорочки, он уставился на наливающийся темным светом рисунок - изящную, аккуратную муху.
- Надо же... - прошептал он, подняв изумленный взгляд на Феликса. - Неужели это ты?
Его зовущее имя и статус в этом городе знали многие. Сынмин - молодой, невероятно богатый глава одного из самых влиятельных итальянских кланов. Но в отличие от жестоких мафиози Сеула, Сынмин обладал добрым, благородным сердцем и глубокой рассудительностью. Он долгие годы искал свою истинную пару, отказываясь от браков по расчету, и уже почти потерял надежду.
Сынмин мягко улыбнулся, глядя на растерянного и прекрасного юношу перед собой. Паутина и муха - идеальное, неоспоримое сплетение судеб.
- Меня зовут Сынмин, - произнес он, делая шаг ближе и протягивая Феликсу открытую ладонь. - Добро пожаловать в Италию. Кажется, ты падал прямо в мои руки.

Сынмин бережно усадил Феликса на заднее сиденье своего роскошного авто. Машина плавно тронулась, оставляя позади шумный аэропорт, и уже через полчаса въехала на территорию утопающего в зелени поместья на холмах Рима.
Дом Сынмина разительно отличался от мрачной золотой клетки Хёнджина. Здесь было светло, уютно и пахло свежими цветами. Сынмин не стал нагружать гостя расспросами, а первым делом прошел на просторную кухню, сбросил пиджак, засучил рукава белоснежной рубашки и принялся готовить.
Вскоре перед Феликсом стояла тарелка с невероятно ароматной пастой и свежими морепродуктами. Омега, не евший толком несколько дней, уплетал ужин за обе щеки, а Сынмин сидел напротив, подперев подбородок рукой, и наблюдал за ним с искренней, теплой улыбкой.
Когда с едой было кончено, Феликс опустил взгляд на свое запястье, где всё еще приятно грела метка паутины. Он набрался храбрости, поднял глаза на Сынмина и тихо произнес:
- Ты... ты мой второй истинный.
Сынмин слегка удивился, его брови взлетели вверх:
- Правда? Надо же... Узоры сплелись невероятным образом. А где твой первый истинный?
Феликс тяжело вздохнул, его пальцы нервно сжали край скатерти, но, глядя в добрые и спокойные глаза Сынмина, он понял, что этому человеку можно довериться.
- Его зовут Хёнджин, - тихим, дрожащим голосом начал Феликс. - Он глава клана в Сеуле. У него метка паука, а у меня - паутина. Но наша истинность стала для меня адом.
- Он обижал тебя? - голос Сынмина мгновенно изменился, стал ниже и серьезнее, а в глазах мелькнули стальные нотки.
- Он держал меня запертым, - слезы подступили к глазам омеги, но он сдержал их. - Он считал меня своей собственностью. Когда я пытался протестовать или просил отпустить, он кричал, а потом... потом ударил меня. Я разбивал вазы от бессилия, а его брат Минхо и друзья помогли мне сбежать. Мне сделали новые документы и отправили сюда, в Италию.
Сынмин молча слушал, его кулак на столе сжался до побледневших костяшек. Он аккуратно протянул руку через стол и накрыл холодную ладонь Феликса своей широкой, теплой ладонью.
- Больше никто и никогда не поднимет на тебя руку, - мягко, но незыблемо твердо сказал Сынмин. - Забудь про Хёнджина и про тот страх. В моем доме ты в абсолютной безопасности. Если твоя судьба привела тебя ко мне, я сделаю всё, чтобы ты больше никогда не плакал.
Феликс посмотрел на него и впервые за долгое время искренне, пусть и немного смущенно, улыбнулся.

После всех откровений в столовой установилась тихая, умиротворенная атмосфера. Феликс сидел, опустив взгляд на свои руки, и всё еще не мог до конца поверить, что прямо сейчас перед ним сидит альфа с огромной властью, который не пытается приказывать, закрывать двери на замок или требовать немедленного подчинения.
Сынмин мягко поднялся со своего места, подошел к омеге и опустился на одно колено рядом с его стулом, чтобы их глаза оказались на одном уровне. В его тёмных взгляде читалась глубокая искренность и забота.
- Феликс, послушай меня, - ласково и тихо произнес Сынмин, аккуратно касаясь своими пальцами его тыльной стороны ладони. - Я знаю, через что тебе пришлось пройти. Я знаю, как сильно тебя напугали идеей брака по принуждению. Поэтому запомни: наш брак будет лишь тогда, когда ты сам этого захочешь и когда сам скажешь «да». Никакого давления. Никаких условий.
Феликс замер, шмыгнув носом. На его пухлых губах застыл немой шок, а в глазах снова блеснули слезы - но на этот раз слезы облегчения.
- Правда?.. - тихим, едва слышным шепотом переспросил Феликс, глядя на него с надеждой и недоверием. - Ты не будешь заставлять? Не будешь запирать меня?
- Ага, - с тёплой, искренней улыбкой ответил Сынмин, слегка сжав его ладонь. - Абсолютная правда. Ты свободно можешь жить здесь столько, сколько захочешь. Гулять по городу, учиться, отдыхать. А когда поймешь, что готов доверить мне свое сердце - я буду самым счастливым человеком на свете.
Феликс не сдержался и с облегченным выдохом подался вперед, впервые самостоятельно обнимая Сынмина за шею и уткнувшись носом в его плечо. Сынмин бережно обнял его в ответ, чувствуя, как метка мухи на его запястье отвечает мягким, спокойным теплом.

После ужина Сынмин тихим жестом подал знак, и вежливая, предупредительная прислуга мгновенно и бесшумно навела идеальный порядок на столе и кухне. Феликсу не пришлось ни о чем беспокоиться.
Сынмин с мягкой улыбкой повернулся к омеге и протянул ему руку:
- Пойдем, я покажу твою спальню. Тебе нужно как следует отдохнуть после долгого перелета.
Они поднялись по wide мраморной лестнице на второй этаж. Сынмин толкнул массивную деревянную дверь и отступил в сторону, пропуская Феликса вперед.
Комната оказалась просторной, но невероятно уютной. В отличие от холодной роскоши особняка Хёнджина, здесь преобладали теплые бежевые и молочные тона. Посреди комнаты стояла большая мягкая кровать с кучей подушек, за панорамным окном виднелся ночной Рим, а в воздухе витал едва уловимый, приятный аромат ненавязчивого парфюма Сынмина.
Феликс осмотрелся с замиранием сердца, чувствуя, как постепенно спадает накопившееся за день напряжение. Помяв край своей кофты, он смущенно повернулся к альфе.
- Сынмин... а у тебя есть пижама? - тихо спросил Феликс, опуская взгляд. - Мои вещи остались в Сеуле, а в дорожной сумке только самое необходимое.
- Да, конечно, сейчас принесу, - без колебаний ответил Сынмин.
Он вышел в свою гардеробную и уже через минуту вернулся, держа в руках комплект из мягкого, приятного на ощупь темно-синего шелка.
- Держи, - Сынмин бережно передал пижаму Феликсу. - Она может быть немного великовата, но, думаю, спать в ней будет удобно.
Феликс прижал шелковую ткань к груди и почувствовал, как от одежды исходит родной, успокаивающий запах Сынмина.
- Спасибо... - с нежной улыбкой произнес омега.
- Отдыхай, Феликс. Завтра нас ждет прекрасный день, - ласково сказал Сынмин и, слегка коснувшись губами его лба, пожелал спокойной ночи и тихо вышел, прикрыв за собой дверь.