Связанные

Слова Минхо стали последней каплей. Отчаянная беспомощность внутри Феликса мгновенно переросла в глухую, всепожирающую злость. Поняв, что помощи ждать не от кого, омега резко развернулся обратно в комнату. Взор затуманила слепая ярость. Ему хотелось уничтожить всё, что находилось в этом проклятом особняке, разрушить эту идеальную золотую клетку.
Схватив с приставного столика тяжелую фарфоровую вазу тонкой работы, Феликс с силой швырнул ее в ближайшую стену.
Громкий, оглушительный треск разнесся по коридору. Дорогой фарфор разлетелся на сотни мелких, блестящих осколков, упавших на мраморный пол.
Минхо, едва успевший зайти следом, замкнул челюсти и нахмурился. На его лице мгновенно отразилось крайнее раздражение.
- Идиот, - процедил Минхо, качая головой.
Не давая Феликсу опомниться или схватить что-то еще, Минхо мертвой хваткой впился в его локоть и без лишних церемоний потащил омегу через спальню к дверям прилегающей ванной комнаты. Феликс попытался вырваться, но старший альфа грубо затолкнул его внутрь небольшого помещения и мгновенно захлопнул дверь, повернув замок снаружи.
- Сиди там и остывай! - отрезал Минхо сквозь закрытую дверь.
- Выпустите меня! Выпустите! - Феликс с силой застучал кулаками по дереву, но ответом ему была лишь тишина.
Прошло около десяти минут. Феликс бессильно сполз по двери на прохладный кафельный пол, тяжелая тишина давила на уши. Вдруг снаружи раздались быстрые, тяжелые шаги, а затем послышался короткий, напряженный разговор Минхо и Хёнджина.
Щелчок замка прозвучал суховато. Дверь плавно отворилась, и на пороге появился Хёнджин. Альфа выглядел хмурым, его взгляд скользнул по сидевшему на полу омеге.
- Вставай, - тихо произнес Хёнджин, протягивая ему руку.
Феликс с вызовом проигнорировал предложенную ладонь, поднявшись самостоятельно и отступив к раковине.
Хёнджин вздохнул, окинув его уставшим и строгим взглядом, а затем слегка нахмурился, качнув головой:
- Ну и дурак ты, Феликс. Ваза династии Мин была очень дорогая.