Связанные

Взгляд Хёнджина, холодный и сканирующий, приковал Феликса к месту. Давящая аура доминирующего альфы мгновенно заполнила пространство вокруг, накрывая омегу тяжелой, невидимой волной. У Феликса перехватило дыхание, а сердце заколотилось в грудной клетке, как птица в клетке. Он отчаянно сжал камеру в руках, чувствуя, как подгибаются колени под этим тяжелым, не терпящим возражений взором.
Хёнджин медленно сократил расстояние между ними. Каждым шагом он словно утверждал свое право на территорию, впитывая в себя тонкий, едва уловимый запах ванили и свежего снега, исходящий от паренька. Этот аромат не просто привлекал - он заставлял альфу внутри Хёнджина податься вперед, требуя подойти ближе. На левом запястье мафиози под тонкой тканью сорочки внезапно отозвался странным, жгучим теплом рисунок паука.
Остановившись всего в полушаге, Хёнджин слегка наклонил голову, смерив незнакомца темным взглядом из-под густых ресниц.
- Ты кто? - хрипло и отрывисто спросил Хёнджин, игнорируя замершего неподалеку Минхо.
Голос альфы прозвучал так низко и властно, что Феликс невольно сглотнул. Парень опустил глаза, не в силах выдерживать прямой контакт, и судорожно потянул длинный рукав свитера ниже, скрывая бледную кожу рук.
- Я... я фотограф, - еле слышно пробормотал Феликс, стараясь, чтобы голос не слишком сильно дрожал. - Ли Феликс. Меня наняли для съемки мероприятия...
- Фотограф, - медленно повторил Хёнджин, словно пробуя это слово на вкус.
Его взгляд соскользнул на тонкие, дрожащие пальцы омеги, держащие старенький объектив, а затем - на тщательно затянутый рукав. Запах ванили стал ощутимее, проникая прямо в легкие Хёнджина и заставляя кровь быстрее бежать по венам. Это чувство было слишком резким, слишком правильным, чтобы оказаться случайностью. В груди альфы вспыхнуло дикое, неоспоримое предчувствие: перед ним стоял тот, кого он искал годами.
Минхо, наблюдавший за этой ценой со стороны, слегка прищурился. Он прекрасно знал выражение лица своего брата, когда тот выходил на охоту, но сейчас в глазах Хёнджина читалось нечто совершенно иное. Не холодный расчет мафиози, а чистый, первобытный инстинкт.
- Хёнджин, нас ждут в кабинете, - тихо вмешался Минхо, сделав шаг вперед и разрывая напряженную паузу. - Поставки уже прибыли, нужно подписать бумаги.
Хёнджин не сразу ответил на слова брата. Он продолжал смотреть на Феликса, замечая каждую деталь: россыпь золотистых веснушек на побледневшем от страха лице, закушенную губу и то, как сильно парень отчаянно прятал свои запястья.
- Съемка окончена, - наконец произнес Хёнджин, и его тон не допускал никаких возражений. - Ты идешь со мной.
Феликс вскинул голову, округлив испуганные карие глаза:
- Что? Но мне нужно доработать смену! Мне платит администрация...
- Теперь плачу я, - отрезал Хёнджин, потянувшись рукой к плечу омеги. - И у тебя нет выбора, Феликс.