МГА: Стратег по найму - Mastermind: Strategist for Hire

Шота проснулся от того, что Эри тыкала в его лицо. Она была такой милой, что он даже не мог злиться на нее, но все равно застонал, едва приоткрыв один глаз ... пока она не увидела обеспокоенное выражение на ее лице: “Эри? Милая, что случилось? Что-то не так?”

“Кто-то у двери”. Прошептала Эри. “Они стучат очень, очень долго. Я не издавала звуков, но они все равно не уходят ”.

Шота напрягся: “Хорошо. Ты останешься здесь, а я пойду проверю это, хорошо? Не хотела бы ты залезть под кровать? Это помогло бы тебе чувствовать себя в безопасности?”

Эри на мгновение заколебалась, затем покачала головой: “Я приду защитить тебя, папа”.

Шота нахмурился. Вероятно, это был кто-то не слишком опасный, поскольку их дом все еще находились на территории ЮЭЙ , но если это была лига или что-то подобное, “Как насчет того, чтобы спрятаться за диваном, хорошо? Таким образом, я знаю, что ты будешь в безопасности, но ты все еще можешь прийти и спасти меня, если мне это понадобится ”.

Эри кивнула, глядя на него смелыми глазами, которые заставили его сердце разорваться от гордости: “Хорошо, позволь мне просто взять мое ору ....”.

Она протянула его ему еще до того, как он закончил предложение, и он улыбнулся, принимая его: “Хорошая работа милая, а теперь давай. Давай посмотрим, кто это”.

Он схватил свой шарф и бесшумно направился к входной двери, когда незваный гость постучал снова. Шота кивнул Эри и убедился, что она полностью спряталась за диваном, прежде чем отпереть дверь и распахнуть ее. Единственная причина, по которой он не атаковал сразу, заключалась в том, что на другой стороне был Шинсо.

“Айзава сенсей ! Слава богу!” Шинсо выглядел обеспокоенным. “Ты видел новости?”

Шота застонал и потер глаза: “Мелкий , это буквально...” Он посмотрел на часы. “Почти три часа ночи. Зачем мне смотреть новости?" Эри, это просто Шинсо, ты можешь выйти ”.

Эри медленно вышла из-за дивана, цепляясь за свободную ткань его пижамных штанов и частично прячась за ним. Шота повернулся к Шинсо, который выглядел так, как будто хотел что-то сказать, но не был уверен, как это сказать: “Ну? Что такого важного, что ты врываешься в мою квартиру посреди ночи?”

“Эм...” Шинсо перевел взгляд с Шоты на Эри, “Бакуго арестован Ураракой”.

Шота похолодел: “Что?”

Эри уже схватила пульт дистанционного управления и переключила его на новостной канал 24/7. Репортер стоял перед музеем Всемогущего, который был именно тем местом, где Урарака и Асуи планировали патрулировать ранее. Черт.

“... подробности о сегодняшней стычке все еще появляются, но, похоже, что жестокий мститель, широко известный как Король , был задержан сегодня вечером ученицей ЮЭЙ, которая известна под кодовым именем Уравити. Однако самым большим потрясением было не то, что ученица смогла победить такую разрушительную силу, а тот факт, что сам Король также является учеником ЮЭЙ. Двое, похоже, преследовали одних и тех же преступников, когда их пути пересеклись, и, хотя о самой драке известно немного, очевидцы сообщают, что был по крайней мере один пострадавший ”

“Есть пострадавший?” Шота повернулся к Шинсо. “Кто?”

“Кто умер или кто убил их?” Спросил Шинсо. “Я почти уверен, что это то, о чем все спрашивают. Хотя я ставлю на Бакуго как на убийцу. Я имею в виду, Урарака переживает свои собственные проблемы, но ...”

“Но Бакуго от природы более жестокий”. Шота рухнул на диван рядом с Эри, которая все еще широко раскрытыми глазами смотрела на экран. “Кто еще знает?”

“Кто бы ни смотрел новости”. Шинсо беспомощно пожал плечами. “Я страдаю бессонницей, вот как я это видел, но я знаю, что Каминари обычно просыпается от уведомлений на своем телефоне, так что он, вероятно, уже знает, и есть большая вероятность, что Джиро подслушала, когда я смотрел канал ”.

“Хорошо, я позвоню Не ...” Шота остановился. “Я позвоню Цукаучи. Можешь немного присмотреть за Эри, пока я разберусь с этим?”

Шинсо кивнул: “Ты думаешь, Бакуго действительно ...?”

“Надеюсь, это просто сенсационные новости”. Быстро сказал Шота, доставая свой телефон. “Ради любви к богу, я надеюсь ...”

--------------------------------------------

Мицуки заламывала руки, направляясь в полицейский участок. Масару позвонили по поводу Кацуки, и они вдвоем собирались уходить, когда совершили ошибку, проверив новости ... вот почему Мицуки была здесь. Одна. Собиралась встретиться со своим сыном, который только что... только что…

Она глубоко вздохнула и сдержала слезы. С такой скоростью у нее могли появиться морщины. Она! Женщина, чья причуда сделала ее кожу естественно безупречной! Возможно, новости лгали, но неприятное чувство в животе подсказывало ей не слишком надеяться. Ее сына арестовали. Насколько сильно они испортили его воспитание, если бы он ...

“Мисс Бакуго?” Мужчина поприветствовал ее, когда она вошла. “Я Детектив Цукачи. Я тесно сотрудничаю с старшей школой ЮЭЙ, поэтому буду консультироваться по делу вашего сына ”.

Мтисуки неуверенно кивнула: “Могу я увидеть его?”

Цукачи сочувственно посмотрел на нее: “Конечно. Это займет всего несколько минут. Другие детективы как раз заканчивают собирать показания. Вот, я отведу вас в комнату наблюдения. Таким образом, вы сможете сразу войти, когда они закончат ”.

Мицуки молча следовала за детективом, который вел ее по лабиринту задних коридоров, пока они не достигли двери с надписью "комната для допросов 3". Он открыл ее, и она вошла в темную комнату с двусторонним зеркалом. Ее сын сидел с другой стороны, прикованный наручниками к столу и выглядевший не столько мальчиком, которого, как она думала, она вырастила, сколько злодеем, готовым перепрыгнуть через стол и перегрызть глотки обоим детективам при малейшей провокации. Он был одет в простую черную толстовку с капюшоном, а его лицо и руки были покрыты сажей. Что стало с ее маленьким мальчиком?

“Я же говорил тебе. В последний раз говорю, я не хотел убивать этого парня”. Катсуки зарычал. “И почему ты разговариваешь только со мной? Круглолицая - это та, кто решила сначала врезать , а только потом задавать вопросы ”.

“Я полагаю, что это утверждение относится и к вам”. Устало сказал один из мужчин. Он встал и открыл дверь в комнату наблюдения, разочарованно потирая виски, когда вошел внутрь. “Последние десять минут мы ходим по кругу. Я не думаю, что мы можем прямо сейчас от него что-то еще узнать. Это мать? Где отец?”

Мицуки сглотнула, во рту пересохло: “Он ... он был занят. Сегодня здесь только я”.

Другой детектив посмотрел на нее с пониманием: “Мне жаль”.

Мицуки не думала, что может сказать что-то еще, поэтому она просто кивнула, и детектив кивком головы пригласил ее следовать за ним, возвращаясь в комнату для допросов: “Хорошо, Бакуго. У тебя все еще есть минута, пока судья не примет решение о твоем освобождении под залог, но тем временем, твоя мама ...”

Катсуки бросил на нее один взгляд, и его лицо посуровело: “Убирайся”.

“Что?” Мицуки удивленно моргнула. “Катсуки, я понимаю, что это довольно дерьмовая ситуация, но ...”

“Я сказал, убирайся”. Катсуки рванулся вперед, заставив наручники загреметь, когда он зарычал на нее. “Я знаю, ты ненавидишь меня, не пытайся притворяться. Ты здесь только потому, что либо ты, либо старик должны были появиться, и бог свидетель, он не хочет иметь со мной ничего общего. Я не хочу тебя видеть, так что убирайся к черту!”

Цукачи положил руку ей на локоть: “Возможно, для вас было бы лучше вернуться в другой раз. Вы можете остаться, если хотите, но ... что ж, мы будем держать вас в курсе и свяжемся с вами, как только он немного успокоится ”.

Возможно, Мицуки следовало бороться, чтобы остаться, но она была так потрясена всем происходящим, что ей даже не пришло в голову оттолкнуться от рук, которые мягко выводили ее из комнаты. Она даже толком ничего не осознавала, все вокруг нее двигалось одновременно слишком быстро и слишком медленно, пока она не оказалась на железнодорожной станции, снова совершенно одна.

Что она должна была делать теперь?

-------------------------------------------

Когда Фумикаге вернулся в общежитие, было уже поздно. После его ссоры с Ястребом и он, и Темная Тень были слишком взвинчены, чтобы сразу вернуться в общежитие. Конечно, было достаточно поздно, чтобы им, вероятно, не пришлось иметь дело со многими своими одноклассниками, но все же, после всего, что сказал и предложил Ястреб, он просто не был в настроении просто пройти мимо, пока они пялились на него и шептались за его спиной.

Значит, он этого не сделал.

Он некоторое время бродил по окрестностям, посетил старый пляж, который кто-то очистил в прошлом году, и купил еды в захудалой забегаловке, которая была открыта до двух часов. Прогулка в темноте была утешительной, чего он на самом деле не ожидал. Его всю жизнь учили бояться темноты, потому что именно она делала темную тень более неконтролируемой, но это также делало их обоих более сильнее. Вместо того, чтобы быть угрожающим, это было так, как если бы темнота была одеялом, окутывающим его и успокаивающим их обоих.

Как только он достаточно успокоился, он вернулся в ЮЭЙ. Была середина ночи, так что никто не должен был бодрствовать, за исключением, может быть, Шинсо, но обычно он довольно хорошо относился к тому, чтобы не смотреть на Токоями как на угрозу, из-за того, что у него тоже была злодейская причуда. Должно было быть легко просто подняться в свою комнату и заснуть, даже не включая ни единого света, но когда он толкнул дверь в общежитие, комната была ярко освещена, и каждый оставшийся член его класса проснулся и смотрел на него.

“Привет”. Осторожно сказал Фумикаге. “Что за безумный пир тьмы происходит?”

“Серьезно, чувак?” Киришима посмотрел на него с предательством. “Ты тоже?”

“Мы думали, что ты лучше этого”. Джиро сплюнула. “Но нет, ты просто должен был пойти и тоже стать предателем! А потом ты появляешься здесь с наглостью лгать об этом ”.

“Что?” Фумикаге сделал шаг назад. Он был уставшим, сбитым с толку и напуганным. Почему все огни были такими яркими? “Я не предатель. Я понятия не имею, о чем вы говорите! Я бы никогда не присоединился к злодеям ”.

“О, действительно”. Серо закатил глаза и показал ему фотографию на своем телефоне: “Тогда, может быть, ты потрудишься объяснить, почему фотография, на которой вы с Ястребом болтаете как старые друзья, прямо сейчас становится вирусной?”

“Я...” У Фумикаге началось учащенное дыхание, и ему пришлось сражаться с Темной Тенью, когда он кричал, чтобы сражаться, убивать, защищать. “Он пытался завербовать меня, но я не согласился...Я бы не стал...”

“Да, точно”. Мина уставилась на него, кислота уже покрывала ее руки, и Фумикаге вздрогнул, когда понял, что его одноклассники готовятся к драке. “У вас встреча со злодеем в ту же ночь, когда Бакуго арестовывали за убийство, и вы действительно ожидаете, что мы поверим, что это совпадение. Мы не глупы, ты, тупая курица”.

“Бакуго убил ...” Фумикаге чувствовал себя более похожим на птицу, чем когда-либо в своей жизни, но, возможно, это было потому, что он чувствовал себя добычей, его голова дергалась, пытаясь постоянно держать всех своих одноклассников в поле зрения, поскольку все больше и больше из них активировали свои причуды. “Клянусь, я не знал ...”

Его желудок сжался, когда он понял, что ничто из того, что он сказал, никогда не убедит их. Они всегда собирались видеть в нем злодея из-за его причуд, его связей и хаотичных совпадений, которые он не мог контролировать. Они собирались сразиться с ним, арестовать его, и хуже всего то, что он не знал, как далеко они готовы зайти.

Но у него было неприятное ощущение, что Бакуго только что ответил на этот вопрос.

Темная Тень набросилась на них, как только они добрались до дверного проема. Токоями смог направить атаку в сторону Киришимы так, что когти его квирка задели камень, а не плоть, но он знал, что не сможет долго сдерживать Темную Тень. В этот момент он даже не был уверен, что хочет этого. Кто он такой, чтобы бороться с тем, что, по-видимому, уже предопределила судьба?

Он увидел, как Яойорозу делает большой предмет из своего живота, и понял, что должен уйти до того, как тот прожектор, который она создавала, будет закончен. Темная тень почти полностью окутала его, защищая от атак одноклассников и помогая ему слиться с тенями, когда он метался по двору к воротам. Разъем для наушников Джиро впился ему в лодыжку, сотрясая его до костей своим сердцебиением, и он вскрикнул, но заставил себя проковылять остаток пути от ворот и нырнуть в ближайший, самый темный переулок, который смог найти, позволив Темной тени превратиться в настоящую стену тьмы, скрывающую их из виду, пока он дрожащей рукой доставал свой телефон.

Он должен был удалить этот номер несколько месяцев назад. Он хотел. Он мог бы сделать это в любое время. Но по какой-то причине он этого не сделал, и в данный момент он мог только поблагодарить ту жемчужину внутренней тьмы, которая овладела им, чтобы сохранить последнюю связь со своим старым наставником. Телефон звонил, казалось, целую вечность, и слезы текли по его лицу и запутывались в перьях к тому времени, когда кто-то, наконец, снял трубку:

“Ястреб? Я...Меня вытолкнули из гнезда. Пожалуйста. Спаси меня?”