В плену у психа

Поцелуй был доужаса жестким и требовательным, но как только Пик отстранился и увидел в зеленых глазах Вару торжество своей маленькой победы, на него словно вылили ледяной воды.

Фиолетовый понял, что поддался на провокацию. Он резко разомкнул хватку, развернулся и без единого слова вышел из подвала, оставив Вару одного в разгромленной комнате.

С этого момента началась настоящая, беспощадная пытка. Пик больше не приходил. Вообще. Слуги появлялись исключительно в те часы, когда Вару спал, провалившись в рваный, тревожный сон от истощения. Он просыпался и находил на столе свежую еду и чистую воду, но поднос с прошлым обедом уже был убран. Ни звука, ни шага, ни единого человеческого силуэта. Два дня, пять дней, неделя.. В подвале, где не было окон и невозможно было определить время суток, дни слились в бесконечную, сводящую с ума серость.

К концу второй недели Вару оказался на грани безумия. Полная изоляция разрушала его разум эффективнее любых ударов. Тишина буквально звенела в ушах, выжигая остатки гордости и азарта.

На четырнадцатый день Вару сломался окончательно. Сорвавшись с дивана, парень подскочил к тяжелой металлической двери и со всей силы начал лупить по ней кулаками и ногами.

— Эй! Откройте, кто-нибудь! Пик! Рогатый, сука, ответь! — кричал он сорванным, охрипшим голосом, вбивая ладони в холодный металл. — Выпустите меня отсюда! Хватит! Я больше не могу!

Он судорожно колотил по двери, пока костяшки не сбились в кровь. И в тот момент, когда он в очередной раз замахнулся, замок за дверью громко и неожиданно щелкнул.

Дверь резко распахнулась. Вару, навалившийся на нее всем весом, не удержал равновесия и с отчаянным вскриком выпал из душного подвала прямо на холодный пол коридора, рухнув к чьим-то ногам.

Он поднял глаза, хрипло заглатывая прохладный воздух. Перед ним стоял Пик, статный, спокойный, в белой рубашке с расстегнутым воротником. В его янтарных глазах мелькнуло едва заметное, торжествующее удовлетворение.

— Что за шум, Вару? — ровным тоном спросил Пик, сверху вниз разглядывая измученного, заново взъерошенного парня.

Вару поднялся на дрожащих локтях, его трясло от смеси ярости, истощения и пережитого ужаса.

— Верни меня в комнату! — накинулся он с криком, попытавшись подняться, но ноги подкосились. — Верни меня наверх! Там хоть окна есть! У меня... у меня башку там разрывает! Там дышать нечем, у меня голова раскалывается, меня тошнит от этого воздуха! Переведи меня в любую другую комнату, слышишь?! Я там сдохну!

Пик спокойно выслушал весь этот хаотичный поток оправданий и сбивчивых жалоб. Он медленно опустился на одно колено, подцепил Вару за подбородок и с усмешкой посмотрел ему прямо в глаза:

— В любую другую? Нет, Вару. Никаких «любых других». В этом доме есть только одна спальня, куда я готов тебя перевести из подвала.

Пик чуть наклонился к его уху и отчеканил:

— В мою комнату. На мою кровать. И исключительно на цепи.

Вару отпрянул, как будто его ужалили, а зеленые глаза расширились от дикого неприятия.

— Что?! В твою комнату?! Да ни за что в жизни! — закричал Вару, мотая головой. — На цепи у тебя под боком?! Пошел ты нахуй, рогатый! Не буду я жить с тобой!

— Как жаль, — холодно и брезгливо произнес Пик.

Он поднялся на ноги, схватил Вару за воротник свитера и без малейших усилий потащил его обратно в темноту подвального помещения, собираясь снова захлопнуть за ним тяжелую дверь.

И в этот момент, глядя на снова надвигающуюся глухую тишину, замкнутое пространство и еще две недели небытия, Вару накрыла самая настоящая, неуправляемая паника. Пустота пугала его в тысячу раз сильнее, чем цепь и сам Пик вместе взятые.

— Нет! Стой! Стой, не закрывай! — визгливо, отчаянно заорал Вару, судорожно вцепившись пальцами в рукав Пика и упираясь ногами в косяк. — Пожалуйста, только не сюда! Я согласен! Я согласен на твою комнату! Я буду на цепи, с тобой, где угодно, только не закрывай эту чертову дверь! Пожалуйста!..

Вару тяжело и рвано дышал, уткнувшись лбом в грудь Пика и судорожно сжимая его рубашку. Он сломался. Впервые сам, добровольно, выбирая любую форму плена, лишь бы не оставаться в звенящем одиночестве.

Пик замер. Он медленно опустил ладонь на зеленые кудри дрожащего парня, победоносно усмехнувшись в полумраке коридора.

— Вот и умница, — тихо прошептал Пик, легко подхватывая обессиленного Вару на руки. — Я же говорил, что ты сам попросишься ко мне...

Пик поднял обессиленного Вару на руки и неторопливо понес его наверх. Парень даже не пытался вырываться, он лишь уткнулся носом в лацкан пиджака длинноволосого, судорожно вбирая в легкие свежий, застоявшийся лишь в его памяти воздух второго этажа. Лихорадочная дрожь всё еще сотрясала его тело, а из-за пережитого стресса и двух недель в темноте ноги казались ватными.

Они вошли в просторную хозяйскую спальню. Пик зашел прямо в смежную с ней ванную комнату, роскошное, облицованное темным мрамором помещение с огромной глубокой чашей посередине.

Он аккуратно опустил Вару на мягкий пуф и включил воду. Шумящий поток горячей воды мгновенно наполнил комнату густым, плотным паром и приятным ароматом хвойного масла.

— Снимай одежду, — ровным, но не терпящим возражений тоном произнес Пик, повернувшись к нему.

Вару дрожащими, непослушными пальцами взялся за край свитера. За время пребывания в подвале он весь пропитался сыростью и пылью. Стянув с себя пропитанные потом вещи, он остался абсолютно голым и непривычно уязвимым. Вару казался совсем хрупким: бледная кожа, выступающие ключицы и залегшие под глазами глубокие тени.

Пик помог ему перешагнуть через высокий борт и опуститься.

Когда горячая, почти обжигающая вода накрыла тело, Вару тихо, сладостно вскрикнул и зажмурился. Мышцы, бывшие в непрерывном напряжении последние две недели, медленно начали расслабляться. Внутренности оттаяли, а липкий, сжигающий изнутри страх тишины начал постепенно отступать, растворяясь в мягком шуме воды.

Пик опустился на колени рядом с бортом ванной. Он взял мягкую губку, намылил ее пряным гелем и начал аккуратно, медленно мыть плечи и спину зеленоволосого. Его прикосновения сейчас были удивительно бережными, без грубости, но с четким ощущением полного владения.

Вару откинул голову на мягкий подголовник. Впервые за всё время он не огрызался и не пытался вывернуть ядовитую колкость. Наоборот, парень неосознанно подавался навстречу этим прикосновениям, вбирая в себя физическое тепло другого человека, как замерзающий у костра.

— Ну как? — тихо спросил Пик, смывая теплой водой пену с его зеленых кудрей и аккуратно массируя кожу головы. — Возвращаешься к жизни?

— Угу.. — едва слышно пробурчал Вару, свободно вздохнув. — Горячая.. Кайф.

— Я рад, — фиолетовый слегка ухмыльнулся, но в его янтарных глазах не было насмешки.

Пик закончил мыть его, выключил воду и подал огромное, мягкое махровое полотенце. Когда Вару выбрался из воды, слегка пошатываясь от нахлынувшей расслабленности и усталости, Пик сам заботливо укутал его, тщательно вытерев каплями покрытую кожу, а затем накинул на него свежую, мягкую пижаму.

Вару стоял, опустив взгляд в пол, чувствуя, как липкий стыд за недавнюю истерику у дверей подвала начинает пробиваться сквозь усталость.

— Я.. — тихо пробормотал кудрявый, не поднимая глаз. — Я помню, про что мы договаривались.

Пик молча взял его за подбородок, заставляя посмотреть на себя, и мягко поцеловал в губы – коротко, но глубоко.

— Пошли, — спокойно сказал длинноволосый.

Он вывел Вару обратно в спальню и подвел к своей огромной кровати. Из тумбочки Пик достал уже знакомый кожаный браслет на щиколотку. Вару лишь тяжело вздохнул и молча протянул ногу, безропотно позволяя застегнуть замок. Цепь тихо звякнула, зафиксировавшись за резное подножье хозяйской кровати.

Но на этот раз Пик не ушел. Он укрыл Вару большим шелковым одеялом, а затем лег рядом, притягивая зеленоволосого к своей груди и накрывая его спину сильной, тяжелой рукой.

Вару уткнулся носом в плечо Пика, слушая мерное, успокаивающее биение его сердца.

Слов: 1212