rebellious empress

 — Это неправда! — изрядно испугавшись, закричала Чен Це, указывая на посланника. — Он всё лжёт! Я впервые вижу этого человека! Его подкупили, чтобы меня подставить!

Она нервно стянула с себя браслет и бросила на пол.

— Зачем кому-то это делать? — спросил её советник Чон.

Девушке нечего было возразить. Не могла же она честно признаться, что это был её план -подставить генерала, но каким-то странным образом она сама угодила в ловушку.

— Вы хотели от меня избавиться! — заявила она герцогу.

И это было единственной правдой из её уст.

— Что вы! — с грустью возразил Чонгук. — Неужели кто-то в здравом уме захочет избавиться от такой красавицы?!

В его словах было столько иронии, только красотка не уловила и грамма.

— Точно вы! — настаивала на своём ЧенЦе. — Вы хотели жениться на дочери генерала вопреки указу императора! Но раз у вас этого не получилось, то решили меня убрать другим способом!

— Госпожа Чен, вы слишком взволнованны, — холодно произнёс герцог. — Лили Манобан ещё не дала своего согласия на брак со мной, зачем же мне терять такую невесту, как вы?

— Позовите сюда мою служанку и евнуха, охраняющего мои покои! Они подтвердят, что браслет мне доставили. Я его никогда не получала от посланника! — выдала Це ещё один аргумент в свою пользу.

— Конечно! — вдруг согласился посланник. — Я отправил вам браслет, потому как вы были столь благородны, что не захотели принять подарка при нашей встрече! И записку приложил, написав, что восхищён вашей красотой!

ЧенЦе замерла. В голове у неё всплыла полученная записка, написанная корявым почерком.

Как же всё совпало! Её встреча с господином Чоном и этот подарок...Неужели с самого начала он знал обо всём? Знал о её планах? Чен Це с ужасом посмотрела на советника императора.

Она ещё что-то хотела сказать, но в этот момент заговорила госпожа Манобан.

— Ваше Величество, — начала она. — На основании одного браслета мы не можем обвинять госпожу Чен в преступлении. Всё же остальной груз не найден. Её и вправду могли подставить! Кто-то, зная, как вы привязаны к госпоже Чен, притворился ею и обманул посланника!

При последних словах она взглянула на Чон Чонгука, тот сердито свёл брови, но девушка в ответ лишь улыбнулась.

Чен Це совсем перестала понимать, что происходит. Лалиса перед всеми вроде бы её защищала. Только Це услышала с свою сторону хитро спрятанное оскорбление.

«Её, такую красавицу, кто-то смог скопировать? Да это бред!» — только возразить она не посмела, потому как это были единственные слова в её защиту. Пришлось, сжав зубы, терпеть насмешку.

— Это правда! — подхватил император мысль госпожи Манобан. — Мы сначала должны найти этот чёртов груз!

Его Величество отдал распоряжение обыскать дом своей названной дочери.

В ожидании результата страсти поутихли. Чен Це за это время пришла в себя и успокоилась. В её доме тоже ничего не обнаружат, а значит, все их обвинения напрасны. Император всё равно её простит, достаточно пустить слезу и состроить жалостливое лицо. Вид её прекрасных заплаканных глаз ещё ни одного мужчину не оставил равнодушным.

Через некоторое время двери распахнулись и вбежал слуга.

— Нашли! — провозгласил он.

А следом солдаты стали заносить ящики. И каждый казался гвоздём, который забивали в гроб госпожи Чен.

«Этого не может быть! — в ужасе наблюдала за длинной процессией Це. — Как они попали в мой дом? Ещё сегодня утром ничего не было...»

Кричать: «Это мне подбросили!» уже не было смысла. Она могла лишь плакать и несчастными глазами смотреть на императора.

— Уведите! — устало произнёс император, когда всем без лишних слов стало ясно, что похищенный груз найден в доме Чен Це.

Девушку подхватили под руки и повели на выход. Когда она проходила мимо госпожи Манобан, случайно уловила её взгляд. В нём она увидела такое, от чего сердце покрылось льдом.

В этот момент Чен Це всё поняла! Она поняла, что дочь генерала специально её спровоцировала на том приёме. Эта Лили действовала хладнокровно! Она специально оттолкнула её и сказала гадости. Если бы она своей выходкой не задела гордость Чен Це, та бы действовала совсем по-другому. Она бы спокойно вышла замуж за герцога и по-тихому отравила соперницу.

Но госпожа Манобан тогда унизила её, и названная дочь императора в запале начала действовать!

«Как? Как она могла знать, что я решу подставить её отца? — в хорошенькой голове ЧенЦе это не укладывалось. — Она точно не могла знать! Но почему у меня такое чувство, что Лалиса всё спланировала? Откуда она меня знает?»

Эти вопросы нагнали столько страха в её душу, что девушка не могла и слова произнести, а покорно шла за охранниками. В тюремной камере она металась с одного угла в другой, не понимая, как оказалась в такой ситуации. И что за сила такая в этой Лалисе, что она смогла так её просчитать?

На этом всё и закончилось. Император сразу же распустил собрание.

Выйдя из зала, в одном из коридоров герцог догнал госпожу Манобан.

— Мне нужно с вами поговорить! — прошептал он тихо ей на ушко, подавая руку.

— Я не желаю с вами разговаривать! — сердито оттолкнула его ладонь Лиса. — Вы мне испортили всю игру!

— Это вы мне испортили игру! — возразил Чонгук.

Лиса остановилась и посмотрела ему в глаза.

— Зачем вы влезли? — зло спросила она. — Я бы уже сегодня разделалась с этой ведьмой! Но вы вмешались и...

Она кипела от гнева.

— Это я вмешался? — возмутился в свою очередь герцог. — Да она у меня была уже в ладони, когда вы вдруг влезли!

— Ну, знаете... — начала Лиса, собираясь разразиться длинной гневной тирадой, но господин Чон внезапно дёрнул её за руку и утащил в какую-то коморку, которая за их спинами тут же закрылась.

— Вы что творите? — вспылила девушка, стараясь вырваться, но помещение было столь мало, что оказалась лишь ещё плотнее прижата к нахалу. — Даже не вздумайте меня целовать!

Выдала она, прекрасно понимая, к чему могут привести неосторожные действия герцога.

— Разве это не чудо, что мы с вами подумали об одном и том же? — прошептал ей на ушко Чонгук.

В темноте не было видно выражения его лица, но она могла поклясться, что в этот момент Его Сиятельство довольно улыбался.

— Вы пользуетесь преимуществом своей силы! — упрекнула Лиса.

Он не дал ей договорить.

— И буду продолжать пользоваться! С вами очень трудно сладить! Я намерен и далее защищать вас от кого бы то ни было, даже если вам это не по вкусу!

— Вам не кажется, что вы переходите все границы? — сделала ещё одну попытку образумить мужчину.

— Да! — наклонился и проговорил ей прямо в губы Чонгук. — И мне это нравится!

После этих слов принялся её целовать. За секунду в каморке стало жарко и трудно дышать.

— Госпожа Манобан, выходите за меня замуж! — в который раз сделал предложение герцог Чон, прервавшись ненадолго.

— Думаете, что в тот момент, когда я не могу трезво мыслить из-за ваших поцелуев, я соглашусь на что угодно? — ответила Лиса, прерывисто дыша.

— Вы ужасная девушка! От вас не скрыть моих коварных планов! — хохотнул герцог и продолжил целоваться.

— Мммм, — не успела ничего ответить госпожа Манобан, потому как её чувства были вновь захвачены врасплох.

Если бы Чон Чонгук спросил ещё раз, Лалиса в этот момент согласилась бы на всё что угодно.

Но он промолчал, увлечённый процессом.

Вернули их к действительности голоса извне. Кто-то громко беседовал совсем поблизости.

«Как вы теперь собираетесь на него влиять? — прозвучал вопрос. Голос был герцогу знаком, потому он невольно прислушался. — Даже красота Чен Це оказалась бессильна! Оставлять такого человека у трона опасно!»

« Сдаётся мне, он питает чувства к дочери генерала! На этой слабости мы с вами и сыграем!» — услышав ответ, двое в каморке напряглись.

« В это я совершенно не верю! Очередная игра! Он хитёр, как лис, и опасен, как дракон!»

Говорившие удалились, а Лили с Чонгуком пришли в себя, мгновенно осознав, что сейчас не время ещё расслабляться.

— Я провожу вас! — прошептал герцог и выглянул наружу.

Проверив обстановку, взял за руку Лиса и вывел.

Они покинули дворец тайными коридорами. Она шла за ним покорно, хотя сама знала эти ходы лучше герцога.

Отправив Лалису домой, Чон Чонгук решительно повернул к императорским покоям.

Ему необходимо было решить ещё много вопросов.

Следующим утром в столице узнали, что третьего принца и госпожу Чен приговорили к смертной казни.

Дочь генерала взволнованно приняла эти известия. Что принца не пощадят, она догадывалась, всё-таки тот убил собственных братьев и пытался избавиться от отца. Но то, что Чен Це так быстро выведут из игры, стало для неё новостью. Её преступления не столь велики. Но кража государственного имущества, да ещё и попытка подставить генерала карались смертной казнью.

В тот же день Лили велела запрячь карету и оправилась к императорской тюрьме.

Небольшой подкуп, и её провели прямо к камерам, где содержались высокопоставленные заключённые.

Она подошла к решётке, что отделяла её от узника, и взглянула на сидевшего на старой циновке мужчину.

Когда-то она сильно его любила. Любила так, что ради него забыла себя.

Дже Вон поднялся, увидев, что у него посетитель.

— Вы? — удивился он, подойдя к решётке. Третий принц до последнего надеялся, что его посетит отец.

Он до сих пор не верил, что для него всё кончено.

Лалиса молчала, глядя в эти чёрные глаза, которые когда-то были родными.

Могло ли её сердце всё ещё сочувствовать этому человеку? Она искала ответ на этот вопрос и не находила.

— Почему? — вдруг зло спросил Дже Вон. — Это ведь вы всё разрушили! Почему вы поступили так со мной?

Закричал он яростно, дёрнув железную решётку.

Она некоторое время молчала, но потом решила ответить. Он хотя бы должен знать, почему проиграл.

— Вы убили меня! — произнесла просто, не собираясь что-либо объяснять.

— Когда? — начал Его Высочество, но неожиданно осёкся.

В его голове всплыл сон, который он видел прошлой ночью. Юная девушка, преданно заглядывающая в глаза.

— Я не умею танцевать! Но я вам сыграю, Ваше величество! — она была прелестной, нежной и любящей. Её игра была слабенькой, но бедняжка так старалась, чтобы ему понравится.

Дже Вон почувствовал досаду, будто не желая её ни видеть, ни слышать.

— Кто ты? — испуганно спросил третий принц.

Тот сон был таким настоящим. Он видел себя императором, только рядом с ним была самая ненавистная нынче особа.

«Неужели она ведьма, которая навеивала такие сны?»

Лили вздохнула, она отпустила его из своего сердца.

— Прощайте, третий принц! В следующей жизни постарайтесь стать хорошим человеком!

Она неслышно вышла.

— Кто ты? — вслед ей ещё долго кричал Его Высочество, тревожа покой холодной темницы.

Лиса прошлась и к другой камере. Была некая ирония в том, что эти двое, погубившие её жизнь, сейчас оказались в одной тюрьме.

— Ваше Величество! — встретила её возгласом Чен Це, она твёрдо верила, что недоразумение разрешится и император её выпустит.

Но после, рассмотрев, кто к ней пришёл, отошла от решётки подальше. «Что вы здесь делаете? Пришли насладиться своим триумфом?» — спросила она желчно. Высокомерие читалось в глазах красотки. Её красота даже в застенках не поблекла.

— Да! — согласилась с ней Лиса. — Больше вы не сможете плести свои интриги, и ни один невинный человек более не умрёт по вашей прихоти.

— Что? — изумилась Чен Це. — Я никого не убивала! Я ни в чём не виновата!

— Потому что я вас остановила! — прервала её госпожа Манобан. — Так будет лучше для империи.

— Что ты несёшь! — отмахнулась Це. — Ты просто сумасшедшая!

Но Лиса её уже не слушала, она поспешила к выходу. Подальше от этих ужасных людей.

Выйдя наружу, вдохнула полной грудью. Свежий ветер коснулся её лица. Лили неожиданно ощутила дорожки слёз на своих щеках.

Всё позади! Её сердце более не будет кровоточить от воспоминаний.

Следующим утром пришло известие, что третьего принца казнили. Для Чен Це казнь заменили на ссылку. Обрив ей голову, девушку отправили в дальний монастырь.

Атмосфера в столице стала спокойней, даже чума почти обошла её стороной. Враждовавшие до этого коалиции принцев нынче пребывали в смятении и пытались примкнуть к иным партиям.

Император шёл на поправку, а его юный преемник нынче бегал в саду в сопровождении десятка нянюшек.

Генерал Манобан с частью армии вернулся на границу, доказывая этим свою преданность. Опасность переворота была устранена, оставаться далее подле правителя с каждым днём становилось труднее, чтобы не быть ввергнутым в ещё какой заговор.

У Лили остались в столице кое-какие нерешённые дела, но после и она планировала присоединиться к отцу. И только господин Чон не оставлял её в покое.

В один из дней во двор семьи Манобан принесли огромный букет цветов.

— Госпожа! Вы только посмотрите, какая красота! Герцог так мил! — восхищалась Розэ. — Неужели вам его не жаль?

— Жалость не то чувство, из-за которого стоит выходить замуж! — заявила Лиса, выходя из комнаты.

Она с улыбкой глянула на цветы, но вдруг сделалась серьёзной.

— Не прикасайся к ним! — успела она крикнуть собравшейся взять в руки букет служанке.

Та испуганно отступила в сторону.

Лалиса подошла и понюхала подаренный букет.

«Так и есть!» — поняла она. У цветов был еле уловимый аромат, но девушка узнала бы его даже через десятки лет.

То был особый яд, прятавшийся за запахом цветов. Прикоснувшийся к такому подарку умирал долгой и мучительной смертью.

«Госпожа Чен всё же дала о себе знать!» — подумала Лиса.

В прошлой жизни наложница часто использовала такой метод устранения соперниц.

— Уберите это на задний двор и сожгите! — распорядилась госпожа Манобан. — Только руками не прикасайтесь! Накройте тканью и сожгите!

Через несколько дней в дальнем монастыре произошло страшное событие: одна из послушниц внезапно заболела странной болезнью. Её прекрасная до этого кожа вдруг покрылась огромными волдырями, которые со временем стали лопаться.

Девушка была столь прекрасна, что в тот монастырь увеличивалось число паломников с каждым днём. В основном мужчины шли посмотреть на невероятную красавицу, что посвятила свою жизнь молитвам и посту.

В том происшествии монахи увидели руку бога и узрели непререкаемую истину, что внешняя красота должна быть лишь отражением внутренней.

Нынче же настоящая душа девушки вышла наружу, покрыв всю кожу страшными язвами.

Госпожа Чен Це — а это была именно она — очень хорошо знала действие сего яда, она сама его придумала. Откуда кто-то узнал об этом? В её памяти всплыло всего одно лицо, которое могло предугадать её действия.

Только как дочь генерала смогла до неё добраться? И почему она ещё жива, ведь она давно получила цветы!

В какой момент все замыслы госпожи Чен вдруг стали обращаться против неё самой?

Она стала до такой степени безобразной, до какой степени безобразной была её душа. Каждый день бывшая красотка пыталась покончить с собой. Но бдительные монахи не позволяли ей этого сделать.

Каждый должен был нести свой крест до конца.

Такая жизнь стала для ЧенЦе адом, смерть ей казалась избавлением. Но и этого ей было не дано.

Получив известия о красавице, в прошлой жизни отнявшей у неё сына, Лили взглянула на небо.

— Мой малыш Линь, ты теперь отомщён! Мама позаботилась о тебе! — произнесла она сквозь слёзы.

Дочь генерала решила, что в последний раз плакала. Более никто не в силах будет разрушить её жизнь.

Лили осталось исполнить последнее, что она хотела сделать. Её маленькая служанка Розэ в прошлой жизни отказалась от любви и возможности иметь семью ради преданности хозяйке. Настала очередь и ей отплатить за доброту.

— Мне нужны кое-какие книги! — госпожа Манобан отправила служанку по нужному адресу. В том доме жил тот самый молодой человек, что должен был влюбиться в её подругу. Она верила, что в этой жизни им суждено быть вместе. По крайней мере, она сделает всё, от неё зависящее, чтобы свести этих двоих.

В роли свахи дочь генерала ещё не была, потому чувствовала себя особенно радостно.

Её расчёт оказался верным. Служанка вернулась смущённая и румяная. А в последующие дни ходила задумчивая, всё время пребывая мыслями совсем не рядом с госпожой.

Ждать пришлось недолго: не прошло и месяца, как в дом семьи Манобан постучался прилежный молодой господин и попросил руки Розэ.

Госпожа Манобан с радостью выдала свою наперсницу замуж. Сама она и не хотела расставаться с любимой служанкой, но счастье девушки было важнее.

Герцог бывал настолько часто в доме дочери генерала, что по городу уже ходили слухи о их скорой свадьбе.

И только сам Чон Чонгук знал, что его прекрасная возлюбленная наотрез отказывалась выходить замуж.

В его голове рождались замыслы один коварнее другого, но каждый раз Его Сиятельство себя останавливал.

Он мог заманить её в ловушку уже десятки раз, только единственным желанием было, чтобы девушка сама по собственной воле решилась стать его женой.

— Ваше Сиятельство! — попивая чай, однажды завела разговор Лиса. — Вам лучше жениться на доброй и покладистой девушке из влиятельной семьи.

Она набрала в грудь воздуха, чтобы продолжить, но герцог не дал ей договорить.

— Вы хотите моей преждевременной смерти от скуки? — спросил он, отправляя в рот сладкое печенье. — После того, как встретил вас, все, даже самые красивые девицы, мне кажутся пресными и унылыми.

Он усмехнулся и продолжил.

— Вы обязаны нести ответственность за то, что вскружили мне голову! Я теперь не замечаю других, и в этом ваша вина!

Эти двое ещё не знали, что благоприятная и спокойная обстановка продлиться недолго.

Через пару дней императорским указом Его Сиятельству предстояло жениться на дочери министра финансов.

Новость прогремела, словно гром среди ясного неба.

Лили понимала, что Его Величество не оставит герцога в покое. У него сейчас не было никаких рычагов управления собственным советником. Зная характер правителя, она догадывалась, что тот будет давить, пока не добьётся своего.

Лиса долго смотрела в сторону императорского дворца. В конце концов, у Чон Чонгука не останется выбора.

Как бы сильно ей ни хотелось быть с ним, но дворцовые интриги противоречили её желанию быть свободной.

Понятно, что герцога в покое не оставят. Каждый захочет приобщиться к власти. Жён и наложниц ему будут подсовывать всю жизнь. Чем больше влияния — тем больше женщин в гареме.

В столице ей делать было более нечего.