страшный сон // Ваня Деточки

Этой же ночью.

Детдом погрузился в глубокий ночной сон. Катя лежала на своей кровати, уставившись в потолок. Перед глазами до сих пор стояла вокзальная плитка, депутат на коленях и холодный блеск лезвий. Уснуть в такую ночь было просто невозможно.

Вдруг скрипнула соседняя кровать. Наташа тихо, стараясь не разбудить спящую у стены Светку, поднялась, накинула на плечи кофту и подошла к Кате.

— Псс, Кать, не спишь? — шепотом позвала она.

— Какое тут «спишь»... — так же тихо отозвалась Катя.

— Пошли со мной. Пацаны там опять в своей комнате собрались, Илюха какие-то свои дурацкие страшные рассказы травит. Посмеемся хоть, отвлечешься.

Катя замялась на секунду. Вспоминать хмурого Ваню после того, что случилось на вокзале, было не по себе. Но оставаться один на один со своими мыслями в темноте хотелось еще меньше. Она молча кивнула, натянула тапочки, и девочки бесшумно выскользнули в темный коридор.

Комната парней встретила их слабым светом луны. Мальчишки сидели прямо на кроватях и на полу. Илья с серьезным видом, активно жестикулируя, как раз вел свой рассказ, стоя на кровати:

— ...и короче, заходит он в этот подвал, а там на крюке висит не мясо, а...

Дверь тихо скрипнула, и девочки зашли внутрь. Все пацаны тут же обернулись. Коля, сидевший на полу в обнимку с подушкой, заговорщицки заулыбался.

Ваня, сидевший на краю своей кровати, держа руки за головой, поднял на них хмурый взгляд. В его серых глазах не было злости, скорее привычная командирская усталость.

— Вы чего не спите? Время же, — негромко, но веско произнес Ваня, переводя взгляд с сестры на Катю.

Наташа привычно и легко отмахнулась, проходя вглубь комнаты и утягивая за собой Катю:

— Да мы чуть-чуть, скоро уйдем уже. Дай Илюху послушать, он там опять какую-то дичь выдумал. — Ваня ничего не ответил, только тихо вздохнул, вернувшись к своей железке, но возражать больше не стал — для него присутствие сестры и Кати здесь, в безопасности, явно было нормальным.

— Садись сюда, Орлова. — Коля гостеприимно подвинулся на полу, освобождая место у стены и протягивая Кате какую-то безделушку.

— Илюха у нас мастер триллеров, Стивен Кинг местного разлива. Давай, Илья, жги дальше, че там на крюке-то было? Капуста квашеная?

— Какая капуста, Колян, не порти атмосферу! — возмутился Илья, но тоже улыбнулся. — Короче, Кать, слушай...Катя осторожно опустилась на пол рядом с Наташей. Скрипела деталь в руках Вани. Илья увлеченно и глупо пугал Колю и Сережу, которые то и дело покатывались от смеха, прерывая его «страшилку» дурацкими комментариями. Кирилл тихонько подкидывал в воздух игральную карту.

Катя перевела взгляд на Ваню. Он молчал, но краем губ едва заметно вел вслед за общим смехом пацанов. И в эту минуту, слушая глупые рассказы Ильи, Катя впервые поймала себя на мысли, что эти жестокие ночные мстители на самом деле — просто недолюбившие, раненые дети.

Утро.

Днём вся компания выбралась на задний двор детдома. Погода стояла тёплая, солнце пробивалось сквозь густую зелень старых деревьев, но бетонный парапет, на котором они все уселись, всё равно отдавал привычной прохладой.

Илья держал на коленях потрёпанный ноутбук. Ребята облепили его со всех сторон, увлечённо уставившись в экран. Ваня сидел прямо по центру, внимательно вчитываясь в строчки, Наташа устроилась чуть сбоку, заглядывая Илье через плечо. С ними в ряд сидели Артём в красной толстовке с цифрами, Слава, Кирилл и Миша. Катя устроилась рядом с девчонками, тоже глядя в монитор и слушая, как пацаны разбирают почту.

На экране был открыт местный форум, куда люди скидывали жалобы на несправедливость в городе.

— Смотри, Вань, тут опять эта наша математичка из вечерней школы, — Илья ткнул пальцем в экран. — Помнишь, как она на прошлой неделе пацана из шестого интерната при всех нищим обозвала и учебником по голове отлупила? Тут пишут, она ещё и взятки за зачёты дерёт. Может, навестим её?

— Ага, устроим ей экзамен по анатомии, — хмыкнул Слава, болтая ногами. — Сразу вспомнит, как детей уважать.

— Да ладно математичка, — подал голос Артём, подавшись ближе к экрану. — Вы гляньте, что про чинушу из соцзащиты пишут. Тот самый, который Игорю отказал в пособии, когда у него дом сгорел. Сказал: «Нет документов — нет выплат, катись отсюда». Жирует, падла.

— Давайте его сначала в мусорный бак засунем, а потом уже... — предложил Кирилл.

— Ага, и скотчем примотаем, — прыснул Миша. Катя, слушая весь этот поток предложений, не выдержала и тихо рассмеялась вместе с Наташей. Комментарии пацанов местами были настолько нелепыми и по-детски абсурдными, что на секунду можно было забыть, к чему всё это ведёт.Ваня повернул голову, бросив на Катю короткий взгляд. В его глазах промелькнуло удивление от того, что она вообще способна смеяться после всего, но он ничего не сказал. Снова повернулся к ноутбуку и веско произнёс:

— Чинушу проверим. Адрес пробейте. А математичку пока не трогаем, припугнуть надо по-другому. Изучайте дальше.

***

Позже, когда свободное время близилось к вечеру, Наташа и Катя ушли к себе в девчоночий корпус. Парни же переместились обратно в свою комнату.

Илья, Ваня и Артём снова устроились на кровати, уткнувшись в экран ноутбука — выписывали точные маршруты и адреса. Но сосредоточиться им мешал дикий, нестройный скрежет, доносившийся из угла комнаты.

Там, на стуле, Коля упорно терзал старую акустическую гитару с треснувшей декой. Миша сидел прямо перед ним на полу, с умным видом заглядывая на гриф.

— Да не так ты зажимаешь, Колян! — возмущался Миша, тыча пальцем в струны. — Третий палец на лад выше ставь. А то у тебя не музыка получается, а как будто коту на хвост наступили.

— Нормально я зажимаю! — пыхтел Коля, пытаясь извлечь хоть один чистый аккорд, но гитара лишь глухо и противно дребезжала.

— Сейчас, погоди, настроюсь. Я эту песню из фильма кровь из носу выучу. Ваня, скажи ему, чё он под руку лезет?

Иванов оторвался от монитора, окинул взглядом эту парочку горе-музыкантов и качнул головой, едва заметно улыбнувшись уголками губ.

— Настройщик из тебя, Коля, как из Ильи балерина. Поберегите уши, и так голова пухнет.

Дверь комнаты без стука распахнулась, и вошёл Слава. В руках он держал плотно свёрнутое кухонное полотенце. Парни сразу притихли, даже Коля перестал мучить гитару. Слава подошёл к столу и аккуратно развернул ткань — внутри тускло блеснули несколько новеньких, остро заточенных складных ножей.

Ваня оторвался от ноутбука, скользнул по ним взглядом и ровно произнёс:
— Завтра пойдём, после третьего урока. С утра, чтобы все на занятиях были.Коля тут же оживился, откладывая гитару в сторону:
— Давай после второго пойдём, а то у нас третья алгебра. — Ваня даже бровью не повёл, складывая ноутбук.

— Алгебру нельзя прогуливать, сами знаете. Ребята спорить не стали. Они молча подошли к столу, разбирая оружие. Каждый действовал привычно и слаженно: пацаны расходились по своим местам и одновременно, буднично складывали ножи под подушки, подготавливая их к завтрашнему дню. Ваня спрятал свой последним.

В этот момент в комнату весело зашёл Савва. Он на ходу что-то рассказывал, собираясь с ходу запрыгнуть на свою кровать, но стоило ему с размаху сесть на матрас, как раздался громкий треск. Сетка не выдержала, и Савва с криком провалился прямо внутрь железной рамы, забавно застряв ногами кверху.

В комнате грохнул дружный хохот. Пацаны покатывались со смеху, глядя на его ошарашенное лицо. Даже Ваня не выдержал и открыто, во весь голос рассмеялся вместе со всеми.

— Так, так, всё, хватит, — сквозь смех попытался успокоить парней Ваня.

— Смотри, что они с моей кроватью сделали! — запричитал обиженный Савва, безуспешно пытаясь выбраться из железного капкана.

— Подкрутили, падлы! – Ваня, отсмеявшись, строго прикрикнул на виновников:

— Так, ребят, идите чинить. – Пацаны, всё ещё подхихикивая, потянулись к сломанной кровати Саввы. В комнате снова поднялся рабочий шум. В этот момент к Ване тихо подошёл Илья. Он выждал, пока все отвлекутся, и негромко, но настойчиво произнёс:

— Вань, Вань, я с вами пойду.Ваня молча махнул головой, мол, нет. Даже слушать не стал.

— Почему? — Илья насупился, шагнув за ним. — Ты обещал в прошлый раз, что возьмёшь. Я тоже хочу.

Ваня остановился, повернулся к нему и посмотрел прямо в глаза — серьёзно, без капли шутливости:

— Ты мозг наш, тебя беречь надо. – Илья открыл было рот, чтобы возразить, но Ваня уже отвернулся, давая понять, что разговор окончен и его решение обжалованию не подлежит.