Сок без сахара

Особняк встретил Хёнджина тишиной. Не той тишиной, которая успокаивает, а той, что давит на уши, как вакуум. Где-то в глубине дома слышались приглушённые голоса прислуги, но они были такими далёкими, будто доносились из другого мира. Хёнджин прошёл через холл, не глядя по сторонам, и поднялся по широкой лестнице на второй этаж. Его шаги эхом разносились по мраморному полу, и каждый звук казался слишком громким в этом огромном пустом пространстве.

Родители уехали во Францию. Снова. Они всегда уезжали, когда им становилось скучно или когда бизнес требовал их присутствия. Они оставляли ему дом, деньги, слуг и охрану, но не оставляли себя. Хёнджин привык к этому. Он привык быть один в этом огромном доме, где каждая комната напоминала ему о том, что он здесь лишний.

Он зашёл в свою комнату и закрыл за собой дверь. Здесь пахло его парфюмом, чистым бельём и дорогим деревом. Но сегодня этот запах казался ему чужим. Он подошёл к столу, сел на стул и уставился в стену. В его кармане лежал маленький прозрачный пакетик, который дал ему Чонин. Он чувствовал его тяжесть, как будто он весил больше, чем на самом деле.

Он достал его, положил на стол и долго смотрел на белый порошок внутри. В голове крутились обрывки мыслей - Феликс, его слова, его глаза, когда он отталкивал его. Сынмин, который ударил его. Чонин, который протянул ему это с такой лёгкостью. И собственная пустота, которая разрасталась внутри, как чёрная дыра.

- Зачем я это делаю? - прошептал он, но ответа не было.

Он открыл пакетик, насыпал немного порошка на гладкую поверхность стола и, не думая, втянул его. Резкая химическая волна ударила в голову, и он зажмурился, чувствуя, как внутри разливается неестественное тепло. Голова стала лёгкой, и мир вокруг начал терять резкость, как плохо настроенное видео.

Хёнджин открыл глаза и усмехнулся. Всё казалось смешным. Или глупым. Он не мог понять. Он встал, прошёл к бару в углу комнаты, взял бутылку дорогого красного вина и налил себе полный бокал. Жидкость была тёмной, как кровь, и пахла ягодами. Он сделал большой глоток, и вино смешалось с тем странным чувством, которое разливалось по телу.

Он пил и смотрел на город за окном. Огни Сеула мерцали вдалеке, как рассыпанные бриллианты, и он чувствовал себя частью этого великолепия. И одновременно - никем. Пустым местом.

- Как же я устал, - сказал он вслух, и голос его прозвучал хрипло. - Устал быть сильным. Устал быть королём. Устал быть тем, кого все ждут.

Он отпил ещё вина, чувствуя, как алкоголь смешивается с наркотиком, создавая странный коктейль в его крови. Голова кружилась, но ему было всё равно. Он хотел забыться. Он хотел исчезнуть, хотя бы на время.

В комнате было темно - он не включал свет, только свет уличных фонарей проникал через высокие окна, создавая длинные тени на стенах. Он смотрел на них, и они казались ему живыми. Они двигались, когда он поворачивал голову, и он чувствовал, как реальность начинает расплываться, становясь мягкой и податливой.

- Ты дурак, Хёнджин, - сказал он себе, поднимая бокал как бы тост. - Ты думал, что сможешь спасти его, а сам тонешь. Ты думал, что ты сильный, а ты просто устал.

Он допил вино, поставил бокал на стол и откинулся на спинку кресла, глядя в потолок. Мысли плавали где-то далеко, смешиваясь с музыкой, которую он сам себе напевал. Он чувствовал, как внутри него разливается тепло, смешанное с лёгкой тошнотой, которая подкатывала к горлу.

- Но я хотя бы чувствую, - прошептал он. - Я хотя бы чувствую что-то, кроме пустоты.

Он закрыл глаза, и перед ним всплыло лицо Феликса - его большие глаза, его бледная кожа, его голос, который дрожал, когда он говорил. Хёнджин чувствовал, как сердце сжимается от тоски, и он хотел выбросить это лицо из головы. Но оно не исчезало.

- Почему ты не даёшь мне быть рядом? - прошептал он в пустоту. - Почему ты прогоняешь меня, когда я хочу помочь?

Ответа не было. Только тишина и шум в ушах, который становился всё громче.

Он просидел так долго, не зная, сколько времени прошло. Может, час, может, два. Он открыл глаза и снова посмотрел на город, который горел огнями в ночи. И он почувствовал, как внутри него растёт что-то новое - не надежда, а странное спокойствие. Как будто он наконец-то принял то, что не может изменить.

- Завтра я поговорю с ним, - сказал он себе. - Я скажу ему всё. Или ничего. В зависимости от того, как я проснусь.

Он взял бутылку вина и сделал ещё один глоток прямо из горла, чувствуя, как жидкость обжигает горло. В голове всё плыло, но ему было хорошо. Впервые за долгое время ему было просто хорошо.

Где-то в доме слуги ходили по коридорам, и охрана стояла у ворот. Они не знали, что их хозяин сидит в тёмной комнате и пытается заглушить боль, которая разъедает его изнутри. Они не знали, что он уже сделал шаг, который может изменить всё.

Но Хёнджин знал. Он знал, что завтра будет новый день. И, возможно, в этом новом дне он найдёт ответы, которые искал. Или, возможно, он просто продолжит искать. Но сейчас ему было всё равно. Он просто сидел в кресле, глядя в ночь, и чувствовал, как внутри него угасает последний огонёк. Не умирая, а просто затихая, чтобы проснуться завтра с новой силой. Или не проснуться. Это было не важно.