"Остаться нельзя бежать"/ Кащей

Это случилось через два дня. Юлька уже привыкла к тому, что Кащей сам забирает ее после школы, но сегодня его «Волга» приехала за ней раньше обычного. Она еще даже не успела зайти домой - он ждал ее прямо у ворот школы, сидя на капоте машины, попыхивая сигаретой. Дождь моросил, но он, казалось, не замечал.

- Царевна, - кивнул он, открывая дверь. - Едем.

Она села без вопросов. Он всегда говорил мало. Она уже знала - нужно просто ехать.

В каморку зашли вместе. Кащей снял свой длинный кожаный плащ, повесил на старый гвоздь, оставшись в простой черной рубашке, под которой угадывались плечи. Юлька стояла рядом, сжимая в руках портфель, и не знала, куда деть глаза.

Внутри было душно. Дымили пепельницы, на столе стояли бутылки, но, в отличие от прошлого раза, здесь не было пацанов. Здесь сидели двое чужих.

Один с короткими, почти бритыми налысо волосами, но красивыми чертами лица, с чуть раскосыми глазами. Он улыбнулся, когда Юлька вошла, и в его улыбке не было угрозы. Второго она сильно не рассматривала, несмотря на то, что он явно был авторитетом.

Кащей подошел к столу и положил руку на плечо Юльке.

- Знакомься, Царевна, - сказал он, чуть склонив голову. - Это Вадим, по кличке Желтый. Глава Дома быта. А рядом с ним - Ильяс. Цыган.

Юленька сглотнула. Она знала, кто такие Желтый и его ОПГ. Мало кто не знал. Но здесь, в тесной каморке, они выглядели почти нормальными. Почти.

Кащей вдруг наклонился к ней и, придерживая рукой за подбородок, поцеловал в щеку. Не по-отечески - медленно, с нажимом, оставляя на холодной коже след от губ. От него пахло табаком, водкой и чем-то мужским, властным.

И Юльку будто прорвало.

Тихо, почти под нос, она выдохнула:

- Espèce de connard. (Придурок, козел)

В комнате повисла тишина. Кащей чуть приподнял бровь, нахмурился, но она уже поняла, что ляпнула лишнее. От страха жар ударил в лицо.
- Чего? - переспросил Кащей, глядя на нее с легким недоумением. - Ты что сказала?

- Ничего, - быстро выпалила Юлька, вжимая голову в плечи. - Это так... упражнение в школе. Повторяю.

- Ага, - протянул Кащей, недоверчиво, но не стал допытываться. - Ну, садись.

Она села на край дивана, подальше от всех. Ильяс, услышав ее слова, едва заметно улыбнулся - уголком губ, но глаза его блеснули остро и понимающе.

Переговоры длились еще час. Они говорили о делах - кто кому должен и кто с кем воюет. Юлька не вникала, ей было страшно и одновременно скучно. Она сидела, уставившись в пол, считая сколы на бетоне.

Наконец, Желтый поднялся.
- Ну, хорошо, Кащей, - сказал он, поправляя пиджак. - Договорились.

Вадим был из тех редких авторитетов, которые не кричали и не угрожали. Он говорил вежливо, спокойно, и даже улыбался. Но все знали: за его мягкими манерами стоит железная хватка. Он посмотрел на Юльку.
- А ты молодец, что пришла, - сказал он ей, чуть наклонив голову. - Такой юной и смелой быть - это редкость. Я восхищен. Кащей, береги свою Царевну. Такие девочки не каждый день встречаются.

Юлька смутилась до корней волос, покраснела, отвела взгляд. Она не привыкла к таким словам. Ее брат говорил с ней только матом и рыком, а тут - почти поэзия.
- Удачи тебе, - добавил Желтый, накидывая пальто. - И учёбы. Время сейчас хорошее - доучиться надо. Не запускай.

Он кивнул Кащею и вышел.

Ильяс шел за ним. Он уже взялся за ручку двери, но вдруг обернулся. Взгляд его упал на Юльку, и он посмотрел на нее так, будто видел насквозь.

- Vous avez un accent charmant, mademoiselle, - сказал он тихо, вкрадчиво. (У вас очаровательный акцент, Мисс.)

Юлька подняла глаза. В его голосе не было насмешки, только легкое уважение и тепло. Он улыбнулся чуть шире, подмигнул ей, и закрыл за собой дверь.

Она осталась сидеть на диване, забыв дышать. Кащей смотрел на нее с недоумением.

- Ты чего такая красная? - спросил он, садясь рядом.

Юлька молчала. У нее было странное чувство. Будто она только что побывала в клетке с волками, и один из них вдруг заговорил с ней по-человечески.

- Ты вообще, - буркнула она, чтобы скрыть смущение, - мог бы предупреждать, что такие люди будут.

Кащей усмехнулся, положил руку ей на затылок и притянул к себе.

- Я тебя и так предупреждаю, Царевна, - сказал он в ее макушку. - Ты теперь везде со мной. Привыкай.

В подвале было сыро, мрачно и пахло табаком, но внутри Юльки, в самой глубине, где-то в груди, шевелилось новое, незнакомое чувство. Ей было страшно. Но почему-то она уже не хотела, чтобы это заканчивалось...