Ты даже не знаешь, как её зовут | Билли Айлиш

От лица Билли.

Второй день я лежала, ела, работала и всё думала об одном.

Точнее, об одной.

Айрис.

Айрис Астер Эйвори Нокс.

Я сама не понимала, почему вообще продолжаю о ней думать.

Мы познакомились три раза.

Первый раз она пришла к своему брату, отдала документы.
Второй раз она забрала какие-то документы у брата и практически сразу ушла. Третий раз я увидела её на премьере.

Мы поговорили минут пять. Максимум десять. И всё.

Но почему-то её лицо постоянно всплывало в голове.

Особенно глаза. Один ярко-синий, второй серо-зелёный.

Я сидела на кухне, ковыряя вилкой завтрак, и смотрела куда-то перед собой.

Почему?

Не знаю.

Возможно, моя овуляция действительно решила меня не щадить.

Я вздохнула и откинулась на спинку стула.

— Господи, Билли.

Я сама с собой разговаривала. Прекрасно.

Я встала, отнесла тарелку к раковине и вернулась с телефоном.

Несколько секунд просто смотрела на экран. Потом меня осенило.

Я открыла Google. Вбила: Айрис Астер Эйвори Нокс.

Нажала поиск.

И почти сразу получила результат.

Я прищурилась.

— Ого.

На экране появилась статья.

«Айрис Астер Эйвори Нокс, дочь одного из крупнейших мультибизнесменов США Николаса Нокса...»

Я открыла её.

Двадцать один год. Выпускница Гарварда. Международный бизнес и экономика.

Я медленно подняла брови.

— Ладно.

Продолжила читать.

Высокие академические результаты.
Участие в университетских проектах.
Несколько публикаций. Благотворительные мероприятия.

Какие-то конференции. Интервью почти нет. Фотографий тоже немного. Она явно не любила публичность.

Я пролистала дальше.

«В настоящее время Айрис Нокс продолжает образование в области права...»

Я замерла.

Право?

Я посмотрела на экран ещё раз.

— Ну конечно.

Я уже собиралась закрыть страницу, но вместо этого открыла следующую. Потом ещё одну. И ещё.

Каждый новый факт почему-то только сильнее разжигал моё любопытство.

Она занималась спортом. Интересовалась искусством. Посещала выставки. Была замечена на нескольких музыкальных мероприятиях.

На одной фотографии она стояла возле какого-то старого винилового магазина.

Я приблизила фотографию. Она держала несколько пластинок.

— Так ты ещё и музыку любишь...

Я пролистала дальше.

Нашла фотографию с какого-то концерта. Потом ещё одну.

А потом наткнулась на интервью, где журналист задавал ей вопросы о книгах.

Я начала читать.

И внезапно обнаружила, что прошло уже двадцать минут.

Я отложила телефон.

Посмотрела на него. Снова взяла.

— Это уже ненормально.

Но вместо того чтобы остановиться, я снова открыла поиск.

На этот раз ввела:

Айрис Нокс музыка

Результатов оказалось неожиданно много.

Она действительно разбиралась в музыке.

Не просто слушала популярные песни.

На одном форуме кто-то даже упоминал её как человека, который мог часами спорить о музыке разных десятилетий.

Я усмехнулась.

Кажется, я начинала понимать, почему она сказала, что знает мою музыку.

Она действительно знала.

Я откинулась на диван и посмотрела в потолок.

Айрис Астер Эйвори Нокс.

Я закрыла глаза.

— Чёрт.

Телефон снова оказался у меня в руках.

Я открыла переписку с Финнеасом.

Несколько секунд смотрела на клавиатуру.

Написала:

«Ты знаешь, чем сейчас занимается сестра Ашера?»

Посмотрела на сообщение.

Стерла.

Написала:

«Как думаешь, Айрис всегда такая?»

Снова стерла.

Я вздохнула.

И в итоге отправила самое нейтральное:

«Что ты знаешь об Айрис?»

Ответ пришёл почти сразу.

«А я думал, когда ты спросишь.»

Я закатила глаза.

«Отвали.»

Три точки появились практически мгновенно.

«Ты гуглила её, да?»

Я посмотрела на экран. Потом на потолок.

— Сука.

Я бросила телефон на диван.

Через несколько секунд он снова завибрировал.

Финнеас: «Так и знал».

Я: «Ты слишком много о себе думаешь».

Финнеас: «Ты никогда не спрашиваешь меня о людях, которых встретила два раза».

Я нахмурилась.

Он был прав. К сожалению.

Я: «Мне просто интересно».

Ответ пришёл почти сразу.

Финнеас: «Конечно. Просто интересно».

Я закатила глаза.

Я: «Так что ты знаешь?»

На этот раз он отвечал чуть дольше.

Финнеас: «Не так много. Она довольно закрытая. Насколько я понял, она почти не появляется на публике».

Я посмотрела на экран.

Я: «Почему?»

Финнеас: «Не любит внимание. В отличие от своего брата».

Я усмехнулась. Это было похоже на правду.

Я: «А ещё?»

Финнеас: «Ты серьёзно?»

Я: «Да».

Финнеас: «Билли».

Я: «Финн».

Через несколько секунд:

Финнеас: «Она умная».

Я посмотрела на уже открытый передо мной ноутбук.

— Это я уже выяснила.

Я снова открыла страницу с информацией об Айрис.

Чем больше я читала, тем сильнее понимала, что в первый раз увидела только маленькую часть человека.

В интернете её представляли почти исключительно как дочь Николоса Нокса.

Наследница. Выпускница Гарварда.
Перспективный специалист. Девушка из очень богатой семьи.

Но на фотографиях она почему-то совсем не выглядела человеком, который живёт ради статуса.

На одной она была в спортивной одежде.
На другой сидела на полу возле огромной стопки книг. На третьей держала виниловую пластинку.

Я остановилась. Увеличила фотографию.
На обложке была старая запись.

Я даже знала этот альбом.

— Серьёзно?

Я улыбнулась.

Похоже, у нас действительно было что-то общее.

Я пролистала ещё несколько страниц.

Нашла интервью её отца. Там журналист спросил Николоса Нокса о детях.

Я начала читать. Про Ашера он говорил довольно много. Про его карьеру, фильмы, талант, характер.

А про Айрис сказал всего несколько предложений.

«Она пока работает со мной. У неё хорошая голова. Думаю, со временем она займёт важное место в компании».

Я перечитала это дважды.

Пока работает со мной.

Почему-то эта фраза зацепила.

Я закрыла вкладку. Потом снова открыла. Ну прекрасно.

Я уже начинала анализировать интервью её отца. Это определённо становилось проблемой.

Я встала с дивана и пошла на кухню за водой.

По дороге телефон снова завибрировал.

Финнеас: «Кстати, она играет на гитаре».

Я остановилась.

Посмотрела на сообщение.

Я: «Что?»

Финнеас: «И на пианино, вроде».

Я нахмурилась.

Я: «Откуда ты знаешь?»

Финнеас: «Ашер сказал вчера».

Я несколько секунд смотрела на экран.

Почему Айрис сама об этом ничего не сказала?

Наоборот, вчера она почти не говорила о себе.

И мне вдруг стало интересно ещё сильнее.

Я: «Она хорошо играет?»

Ответ появился не сразу.

Финнеас: «А вот этого я не знаю».

Я улыбнулась.

— Значит, есть что выяснять.

Я поставила стакан на кухонный остров и посмотрела на телефон.

Через секунду пришло ещё одно сообщение.

Финнеас: «Только не говори мне, что ты сейчас собираешься найти её музыку в интернете».

Я рассмеялась.

Я: «Не собираюсь».

Пауза.

Я: «Пока».

Он ответил одним сообщением:

«Боже мой».

Я убрала телефон.

И впервые за последние два дня перестала искать Айрис. Минуты на три.

Потом снова взяла телефон. Ладно.
Возможно, Финнеас был прав. Мне действительно было интересно.

Очень.

Я искала в интернете что-то ещё про её творчество. Но ничего не находила. Совсем.

И, кажется, в этом плане они с Ашерем были полной противоположностью.

Ашер был человеком, который буквально жил своим творчеством. Он писал сценарии, снимал фильмы, придумывал сцены, спорил из-за музыки, мог среди ночи прислать тебе сообщение с новой идеей и совершенно искренне ожидать, что ты сейчас сядешь её обсуждать.

И он не скрывал этого.

Наоборот.

Он монетизировал своё творчество, показывал его, рассказывал о нём, строил вокруг него карьеру.

А Айрис...

О ней почти ничего.

Только бизнес.

Какие-то проекты, презентации, инвестиции, исследования рынка, статьи, конференции.

Я открыла одну из таких статей.

Прочитала первый абзац.

Ничего не поняла.

Прочитала второй.

Поняла ещё меньше.

Закрыла.

— Господи.

Я откинулась на диван.

Чем именно она вообще занимается в компании своего отца?

Я снова полезла искать.

Нашла несколько проектов, где она действительно была указана среди участников.

Стратегическое развитие. Аналитика.
Международные рынки. Корпоративное управление.

Я посмотрела на эти слова.

Потом на потолок.

— Конечно.

Я понятия не имела, что это значит.

Точнее, понимала примерно.

Но достаточно было увидеть название очередного проекта на двадцать страниц, чтобы мой мозг решил немедленно покинуть тело.

И всё же мне было интересно.

Правда ли она настолько умная?

Или её дипломы, высокие оценки и всё остальное просто результат денег и связей семьи?

Может, Гарвард был куплен? Может, отец протащил её туда? Может, она вообще работает в его компании только потому, что Николос Нокс решил, что его дочь должна быть рядом с ним?

А может...

Я остановилась.

Почему меня вообще это волнует?

Я ведь практически ничего о ней не знаю.

Может, она совершенно обычная.

Просто очень красивая девушка из богатой семьи.

Может, всё остальное я сама придумала.

Я открыла фотографии. Айрис была почти везде разной.

На одной она смеялась. На другой выглядела серьёзной. На третьей сидела на какой-то конференции и внимательно слушала мужчину рядом. На четвёртой держала бокал вина.

Но нигде она не выглядела так, будто пытается понравиться камере.

Это мне нравилось.

Я пролистала ещё несколько фотографий.

А потом увидела снимок, который заставил меня задержаться.

Айрис стояла рядом с Николосом Ноксом.

Отец и дочь.

Он выглядел именно так, как я себе его представляла.

Высокий, строгий, холодный.

А она...

Она смотрела на него с лёгкой улыбкой.

Не той улыбкой, которую я видела на премьере.

Другой. Более спокойной. Домашней.

Я приблизила фотографию.

На их лицах было что-то странное.

Не холодность.

Скорее какая-то привычная близость, которую не всегда замечаешь со стороны.

Я вспомнила, как Ашер говорил о ней.

Как она приехала к нему с документами.
Как пила сок прямо из упаковки. Как язвила ему. Как он совершенно спокойно позволял ей это делать.

Они были близки. Несмотря на всё.

Я улыбнулась.

Потом вдруг подумала:

А что, если она действительно умная?

Не «дочь Николоса Нокса». Не «выпускница Гарварда». Не «наследница».

А просто Айрис.

Мне почему-то захотелось это проверить.

Не через Google.

Самой.

Я открыла переписку с Ашерем.

Написала:

«Что делает твоя сестра в вашей компании?»

Посмотрела на сообщение.

Стерла.

Написала снова:

«Айрис правда работает с вашим отцом?»

Отправила.

Ответ пришёл через минуту.

«Да».

Я подождала.

Ничего больше.

«И?»

Три точки.

«А что?»

Я закатила глаза.

«Она реально разбирается в бизнесе?»

На этот раз он отвечал дольше.

Очень долго.

Потом пришло:

«Билли, она умнее нас с тобой вместе взятых».

Я перечитала сообщение.

И усмехнулась.

«Серьёзно?»

Ответ:

«Серьёзно».

Пауза.

Потом ещё одно:

«Только не говори ей, что я это сказал».

Я рассмеялась.

«Не скажу».

Я положила телефон на диван.

И почему-то после этого мне стало ещё интереснее.

Чёрт.

Кажется, я влипла.