Сын двух семей

Мрачный, величественный особняк Малфоев в Уилтшире встретил своего хозяина привычной ледяной тишиной, пахнущей полированным дубом, старыми книгами и едва уловимым озоном от чар.

Тяжёлые дубовые двери гостиной распахнулись с резким, глухим стуком. В зал буквально ворвался злой, бледный Люциус. Его черная мантия развевалась на ходу, трость с серебряной змеиной головой выбивала по мраморному полу неровный, раздражённый чеканный ритм, а сам он невнятно и отрывисто проклинал под нос «этих оборванцев, нищих и выживших из ума слизеринцев».

Даже не взглянув на жену, сидевшую у камина с чашкой фарфорового чая, Люциус быстрым, чеканящим шагом поднялся по парадной лестнице и скрылся в глубине своего кабинета, со всей силы захлопнув дверь.

Нарцисса Малфой медленно опустила чашку на серебряный поднос. В её холодных, выточенных аристократических чертах проскользнуло едва заметное напряжение. Она повернула голову к сыну, который вошел в зал следом за отцом, бережно прижимая локоть к внутреннему карману дорожной мантии.

- Драко... - тихо, но со стальным изяществом спросила Нарцисса. - Что произошло в Косом переулке? Почему твой отец в таком неописуемом гневе?

Двенадцатилетний Драко оглянулся на лестницу, нахмурился и подошел ближе к матери:
- Отец снова сцепился с Уизли во «Флориш и Блоттс», мам... Чуть до дуэли на кулаках не дошло. А еще... там был дядя Регулус.

Нарцисса едва заметно вздрогнула. Её тонкие пальцы на ручке чашки слегка сжались, но тон остался абсолютно невозмутимым:
- Регулус?

- Да. Отец пытался задеть его из-за того, что у них столько детей и что они дружат с маглорожденными и Уизли. Но дядя Регулус... - Драко понизил голос до полушепота, - он посмотрел на отца так, что тот побледнел. Он сказал, что если отец еще раз заикнется о семье Уизли, он напомнит обо всех долгах и темных ветвях рода Малфоев перед Блэками.

Нарцисса легонько вздохнула. В уголках её губ мелькнула затаенная, гордая улыбка - в этом ответе она узнала того самого, несгибаемого Рега, кровь древнего рода Блэков.

- А еще... - Драко оглянулся вокруг и осторожно вынул из внутреннего кармана плотный конверт из тяжелого пергамента, запечатанный яркой пурпурной сургучной печатью.

- Дядя Регулус велел передать это лично тебе в руки. Он предупредил: если конверт попытается вскрыть кто-то чужой - печать уничтожит письмо заградительными чарами.

Нарцисса приняла конверт. На сургуче красовался родовый герб Блэков. Она поднялась с кресла, жестом велела Драко иди в свои покой, а сама подошла к маленькому секретеру. Достав тонкую серебряную иглу, Нарцисса без колебаний слегка уколола свой указательный палец и опустила алую капли крови прямо в центр пурпурной печати.

Печать мягко вспыхнула серебристым светом, признавая родную кровь Блэков, и рассыпалась невредным прахом. Конверт плавно раскрылся.
Внутри лежало письмо, написанное знакомым с детства, чеканным размашистым почерком Регулуса, и большая колдофотография.

«Дорогая Цисси.
Сколько лет прошло с тех пор, как мы в последний раз говорили без посторонних глаз и страха. Я знаю, в какой золотой клетке ты живешь и через какую тьму нам всем пришлось пройти.

Я часто вспоминаю наше детство на Гриммо, 12. Помнишь, как ты прятала от матушки мои первые книги по астрономии и заваривала мне чай с мятой, когда меня наказывали в кабинете? Ты всегда была той единственной сестрой, которая верила в меня и сохраняла моё сердце.

У нас всё хорошо, Цисси. Наш дом полон жизни, смеха и тепла. Я хочу пригласить тебя на встречу - без Люциуса, без Пожирателей и без политики. В старое особняке на Гриммо, 12, который я постепенно очищаю от старой тьмы, или на любой другой нейтральной территории. Давай просто отобедаем и вспомним былые времена.

Вкладываю в письмо фотографию нашей семьи. Знакомься - твои племянники. А вот эта совсем крошечная малышка на руках у Айрис... Её зовут Амариллис Нарцисса Блэк. Я дал ей второе имя в честь моей любимой сестры, которая всегда была со мной в самых темных снах.
Твой брат, Регулус.»

Нарцисса бережно поднесла колдофотографию к глазам.
На снимке сияло невероятное, настоящее счастье. Айрис смеялась, дергаемая за юбку пятилетней Лили;
Антарес и Альтаир махали руками; Гарри Поттер-Блэк бережно держал тренировочный Снитч, а сам Регулус обнимал жену, держа на руках крошечную девочку с его серо-голубыми глазами.

Нарцисса прижала снимок к груди. По её безупречной, фарфоровой щеке медленно скатилась одна-единственная, обжигающая слеза.

- О, Реджи... - тихо, ломая голос, прошептала она в тишине комнаты. - Как же я по тебе скучала...

Утро 1 сентября 1992 года в доме Блэков в Годриковой Впадине началось с торжественного трепета.
Айрис уже в десятый раз поправляла воротник наглаженной мантии Альтаира. Одиннадцатилетний Блэк стоял у зеркала, выпрямившись во весь рост, старательно придавая своему лицу взрослый и серьезный вид, хотя у него слегка дрожали пальцы.

Регулус подошел со спины, аккуратно застегивая серебряные застежки на его мантии:
- Отличный вид, сын. Настоящий волшебник.

Антарес, стоявший рядом с насупленным видом, расстроенно скрестил руки на груди:
- Я тоже хочу в Хогвартс! Ну почему мне надо ждать еще целых три года?!

- Год пролетит - даже заскучать не успеешь, Ант, - с теплой улыбкой ответил Регулус, взъерошив его челку. - Твоя задача сейчас - удерживать семейный квиддичный фронт.

Четырехлетняя Лили подбежала к Альтаиру и крепко обняла его за талию:
- Привези мне из поезда самую большую шоколадную лягушку! С карточкой, где летает дракон!

- Обязательно привезу, Лили, обещаю, - мягко ответил Альтаир, прижимая сестренку.

Шестимесячная Амариллис, восседавшая на руках у Айрис в нежном шерстяном комбинезоне, радостно хлопала пухлыми ладошками, словно чувствуя всеобщее праздничное движение.

А в это же самое время в Норе бушевал настоящий, армагеддонский переполох!

Молли Уизли металась по кухне, сбивая фартуком чашки:
- Рональд! Где твоя парадная рубашка?! Джинни, ты забрала свой котел?! Фред, Джордж, если вы еще раз спрячете сову Перси - я заставлю вас пешком бежать до Лондона! Рон, чей это жабий хвост торчит из твоего кармана?!

- Это не мое! - отчаянно вопил Рон, запихивая в чемодан последние носки. - Это не мое!

- А чье?!

- Не знаю!

Гарри сидел на краю своей кровати под самой крышей, наблюдая за этим хаосом, и искренне рассмеялся. Ему нравилась Нора с её безумной энергией, но где-то в самой глубине сердца шкворчала тихая, щемящая тоска. Ему безумно не хватало спокойного голоса Айрис, отцовского похлопывания Регулуса по плечу, подколов Альтаира и тишины родной Годриковой Впадины.

- Ничего, - шептал себе Гарри, проверяя палочку в кармане. - Скоро встретимся на платформе.

Семья Блэков прибыла на вокзал Кингс-Кросс заранее.
Для Альтаира всё вокруг было совершенно внове. Он с открытым ртом рассматривал алый паровоз «Хогвартс-Экспресса», выдувающий клубы дыма к стеклянному куполу, шумные группы старшекурсников, разгружающих клетки с совами и котами, и движущийся барьер.

- Пап... - тихо прошептал Альтаир, глядя на огромные колеса паровоза. - Он правда такой огромный?

Регулус тепло улыбнулся, положа руку ему на плечо:
- Я в семьдесят втором году, стоя на этом же месте, сказал своему брату Сириусу абсолютно те же самые слова.

Айрис стояла чуть позади, украдкой вытирая уголок глаза кружевным платочком.

Альтаир обернулся:
- Не плачь, мам...

- Я не плачу, Тай...

- Плачешь, я же вижу.

- Совсем чуть-чуть...

- Я же вечером не вернусь домой, мам.

- Вот именно поэтому и плачу, глупенький мой Блэк... - Айрис улыбнулась сквозь слезы и крепко прижала второго сына к себе.

В этот момент сквозь толпу пробилось шумное семейство Уизли.
Первокурсница Джинни Уизли, впервые надевшая школьную форму, нервно сжимала руку матери. Рон сразу заметил Альтаира и замахал рукой:
- Эй! Блэк! Не бойся, на Гриффиндоре места всем хватит!

Гарри вынырнул из-за спин близнецов и в три шага преодолел разделявшее их расстояние. Он бросился прямо к Айрис, сгребая её в охапку:
- Мама! Как же я соскучился!

Айрис крепко, с затаенным дыханием прижала Гарри к себе, гладя его по растрепанным черным вихрам:
- Я тоже, родной мой... Посмотри-ка на себя! В Норе тебя совсем раскормили или ты снова вытянулся? Похудел, по-моему!

- Мам... ну началось, - со смехом пробормотал Гарри.

- Всё, молчу, молчу! - Айрис с ослепительной улыбкой выудила из своей глубокой сумочки знакомый сверток из крафтовой бумаги. - Вот. Яблочные булочки. Свежие, еще теплые.

Гарри рассмеялся во весь голос:
- Я знал! Я знал, что ты привезешь их!

Регулус подошел к ним. Гарри выпрямился, и они с отцом крепко, по-мужски обнялись, стукнув друг друга по спинам:
- Как Нора, Гарри?

- Очень шумно, пап. Век бы не привык!

- Верю, - усмехнулся Регулус. - Но тебе понравилось?

- Очень. Уизли классные.

До отправления поезда оставались считанные минуты. Платформа гудела. Ученики заносили сундуки в вагоны.
Гарри опустил руку на плечо заметно нервничающего Альтаира:
- Тай, послушай меня. Не переживай из-за распределения. Распределяющая Шляпа знает все наши секреты лучше нас самих.

- А если я буду на Слизерине, а ты на Гриффиндоре?

- Какая разница?! - твёрдо сказал Гарри, глядя брату прямо в глаза. - Ты - мой брат. И на каком бы факультете ты ни оказался, мы увидимся за ужином в Большом Зале и будем летать на одном поле. Понял?

Альтаир глубоко выдохнул и искренне улыбнулся:
- Спасибо, Гарри.

ВЗЗЗЗУХ! - раздался первый предупредительный свисток паровоза.

- По коням! - закричал Фред.

Ученики хлынули к дверям. Гарри, Рон, Альтаир и Джинни подхватили свои вещи. Альтаир еще раз обернулся: Айрис отчаянно махала платочком, Лили утирала слезинки, Антарес кричал во все горло: «Привезите сладостей из поезда!», а Амариллис на руках у Регулуса просто забавно махала пухлой ладошкой.

Гарри и Рон помогли Джинни и Альтаиру поднять их сундуки в первые вагоны, чтобы младшие первокурсники спокойно нашли себе места.
- Мы сейчас!
Мы забыли Буклю в машине! - крикнул Гарри брату.
Они с Роном выскочили обратно на перрон, чтобы побежать к машине которая находилась около вокзала- забрать клетку с Буклей и тяжелый сундук Рона.

- Быстрее, Рон! Минута осталась! - торопил Гарри, пробираясь сквозь толпу.

- Я стараюсь! Людей много! - пыхтел Рон, пробираясь через толпу.
Они подбежали к перрону, но до отправления поезда оставалось ровно тридцать секунд! Паровоз уже выпустил финальный гудок, и тяжелые колеса начали медленно проворачиваться.

- Стой! Мы забыли про барьер! Зазоры закроются! - закричал Рон. - Бежим сквозь стену на платформу !

Они разогнались с тележками, набрав максимальный ход, и на полной скорости рванули прямо в кирпичную перегородку между платформами 9 и 10!

БУМ-М-М-М!
Раздался оглушительный, металлический треск! Тележки врезались в сплошную, нерушимую каменную стену, как в железобетонную плиту! Клетка с Буклей слетела на перрон, сова испуганно ухнула, чемоданы разлетелись в стороны, а сами Гарри и Рон повалились на холодный полувокзальный паркет, потирая ушибленные лбы и локти.

- Ай-яй-яй... - простонал Рон, держась за колено. - Что за чёрт?! Что произошло?!

Гарри подскочил, прикоснувшись ладонью к кирпичам. Стена была глухой. Абсолютно каменной, твердой и непроницаемой для магии.

- Барьер... он закрылся! - выдохнул Гарри, задирая голову. - Он запечатан!

За стеклом вокзала послышался оглушительный гудок. Алый «Хогвартс-Экспресс», набирая ход, плавно выплывал со станции, увозя Альтаира, Джинни, всех учеников и оставляя двух двенадцатилетних волшебников на магловской стороне вокзала!

- Поезд ушел... - шёпотом проговорил Рон, побледнев. - Поезд уехал без нас! Что нам делать?! Мама и папа не смогут вернуться через барьер до вечера!

Гарри стоял посреди шумящего вокзала Кингс-Кросс. Сердце в груди заколотилось с бешеной силой.
Перед его глазами мгновенно всплыло тёплое, строгое лицо Айрис:
«Гарри, если случится что-то непредвиденное - сразу пиши нам совой или жди взрослых! Обещай!»

И следом прозвучал ровный, стальной голос Регулуса:
«Настоящий волшебник не рискует глупо. Не действуй на эмоциях, Поттер».

- Послушай, Рон... - Гарри быстро поворачивался к другу. - Нам нужно просто выйти на улицу и отправить Буклю с письмом в Годрикову Впадину! Мой папа Рег прибудет через камин или трансгрессирует сюда за пять минут! Или мы можем дождаться твоих родителей у машины!

- У машины?! - глаза Рона вспыхнули диким, отчаянным азартом. Он схватил Гарри за рукав. - Гарри! Машина! Форд Англия на парковке!

- Что?! Рон, нет! - вытаращил глаза Гарри. - Ты сошел с ума?! Мои родители убили бы нас за такую строптивость! Папа лично сказал, что машина - это крайний случай!

- Гарри, поезд только что ушел! - доказывал Рон, захлебываясь от эмоций. - Если мы полетим на машине прямо сейчас по трассе вслед за поездом - мы догоним «Хогвартс-Экспресс» за два часа! Мы успеем на Пир и Распределение Альтаира и Джинни! Нас никто даже не ругает, если мы прилетим в замок вовремя!

Гарри стоял, разрываясь между железным обещанием, данным Айрис и Регулусу, и безумным, чисто гриффиндорским порывом успеть на зачисление брата.

В его голове звучали слова Регулуса: «Осторожность - это тоже смелость». Но перед глазами стояло волнующееся лицо Альтаира, который сейчас один едет в поезде и ждет его в Большом Зале...

- Ты уверен, что мы сможем лететь ровно по приборам? - тяжело сглотнув, спросил Гарри.

Рон победоносно ухмыльнулся:
- Да я эти кнопки за две недели наизусть выучил! Полетели, Гарри! Это будет величайшее приключение!

Гарри вздохнул, сжав зубы:
- Прости меня, мам... Прости меня, пап...

Через пять минут на уединенной магловской парковке за вокзалом Кингс-Кросс старенький светло-голубой «Форд Англия» с тихим щелчком активировал Невидимость, взревел мотором и со свистом взмыл прямо в лондонские облака, устремляясь на север...