Между нами буря

С самого утра было ощущение, что этот день закончится плохо. Никто не мог объяснить почему. Может быть, слишком тихо вела себя Милана. Может быть, слишком молчал Ламин. А может, потому что оба весь день украдкой искали друг друга взглядом, делая вид, что им совершенно всё равно.

Озеро встретило их теплым солнцем. Марк сразу принялся разжигать мангал. Фермин и Гави спорили, кто первым полезет в воду. София расстелила огромный плед.
— Милана!
Позвал Никита.
— Поможешь с гамаком?
— Конечно.
Она сразу подошла. Они вдвоем натягивали веревки между двумя соснами. Никита смеялся, рассказывал какие-то истории, а Милана впервые за весь день искренне улыбалась.
— Нет, смотри... Если закрепить вот здесь, он не будет переворачиваться.
— А ты опытный.
— Еще бы. Я в детстве только в нем и жил.
Она тихо рассмеялась.
— Теперь понятно.
Ламин наблюдал за ними уже несколько минут.
— Даже не начинай.
Спокойно сказал Гави, не отрываясь от шампуров.
— Что?
— Я знаю этот взгляд.
— Какой еще взгляд?
— Когда ты сейчас врешь самому себе.
Он молча отвернулся. Но буквально через несколько секунд снова посмотрел в сторону Миланы.

— Готово!
Радостно сказал Никита.
— Проверим?
Он сел в гамак. Милана осторожно устроилась рядом. Гамак качнулся. Она испуганно вскрикнула. Никита машинально придержал ее за талию. Они оба рассмеялись. Ламин резко отвернулся.
— Пойдемте уже играть.
Слишком холодно бросил он.

Через полчаса все разделились на команды для волейбола.
— Девочки против мальчиков!
— Нет!
— Это нечестно!
— Тогда смешанные.
Марк быстро распределил всех. Как назло... Ламин и Милана снова оказались по разные стороны сетки.
— Не проиграй.
Бросил он.
— Не мечтай.
Ответила она.

Игра началась шумно. Все смеялись. Подкалывали друг друга. До одного момента. Мяч полетел слишком далеко. Милана бросилась за ним. Споткнулась. Никита успел поймать ее за руку.
— Осторожнее.
— Спасибо)
Она улыбнулась ему. И именно эта улыбка стала последней каплей. Ламин резко поймал мяч. И вместо подачи со всей силы бросил его себе под ноги. Все замолчали.
— Может...
Сказал он слишком спокойно.
— Может, вы вообще перестанете делать вид, что приехали играть?
Милана медленно повернулась.
— Что?
— Ничего. Продолжайте.
Никита нахмурился.
— Ты сейчас о чем?
Ламин посмотрел прямо на него.
— О том, что некоторые слишком увлеклись.
— Ламин.
Предупреждающе сказал Марк.
— Закрой тему.
Но Ламин будто уже не слышал никого.
— У тебя вообще какая проблема?
Спросила Милана.
Он усмехнулся.
— У меня? Никакой.
— Тогда почему ты весь день цепляешься ко мне?
— Потому что невозможно не заметить, как ты бегаешь за ним.
Она замерла.
— Что?
— Или мне показалось?
— Ты сейчас серьезно?
— Абсолютно.
Она сделала шаг вперед.
— Какая тебе вообще разница, с кем я разговариваю?
— Никакой.
— Тогда почему тебя это так бесит?
Он молчал. Она повысила голос.
— Ответь! Почему?!
Парень резко выдохнул. И сказал то, что уже через несколько секунд сам мечтал забрать обратно.
— Потому что ты ведешь себя так, будто готова заигрывать с каждым, кто уделит тебе внимание!!!
...
Наступила такая тишина, что было слышно только шум воды. Милана смотрела на него так, словно впервые увидела.
— Что?..
Прошептала она. Ламин молчал.
— Ты... Правда так обо мне думаешь?
Никто не произнес ни слова. Милана вдруг почувствовала, как защипало глаза. Нет. Только не сейчас. Только не при всех. Она глубоко вдохнула. Но первая слеза уже медленно покатилась по щеке. Потом вторая. Она быстро вытерла их ладонью. Бесполезно. Слез становилось только больше.
— Милана...
Тихо позвала София. Но та покачала головой. Она смотрела только на Ламина.
— Я... Никогда... Не давала тебе права... Так меня унижать...
Последнее слово прозвучало почти шепотом. Голос сорвался. Она всхлипнула. Закрыла рот ладонью. Но слезы уже невозможно было остановить. Она плакала прямо перед всеми. Не замечая никого вокруг. Ламин сделал шаг вперед.
— Милана...
— Не подходи ко мне!
Крикнула она. Так громко, что даже птицы вспорхнули с деревьев. Она тяжело дышала. По щекам непрерывно текли слезы.
— Ты... Ты вообще понимаешь... Как больно сделал?..
Она резко развернулась. И почти бегом побежала к озеру.

Несколько секунд никто не двигался. Все были слишком потрясены. Первым очнулся Никита. Он резко повернулся к Ламину.
— Ты вообще понимаешь, что сейчас сделал?
Ламин поднял взгляд.
— Не лезь.
— Не лезть?
Никита подошел ближе.
— Ты только что унизил девушку при всей компании.
— Я сказал правду.
— Нет.
Голос Никиты стал жестче.
— Ты сказал то, что говорит человек, который не справился со своей ревностью.
Ламин резко шагнул навстречу.
— Следи за словами.
— А иначе что?
Никита не отступил ни на сантиметр.
— Ударишь меня? Потому что с ней ты уже справился. Теперь решил и со мной?
— Никита...
Предупредил Марк. Но было поздно.
— Если бы ты видел ее сейчас...
Продолжил Никита.
— Ты бы сам себя возненавидел.
Ламин сжал кулаки. Так сильно, что побелели костяшки пальцев.
— Еще слово...
— Что?
— Хватит!
Марк быстро встал между ними. Фермин удержал Никиту за плечо. Но тот всё равно не сводил глаз с Ламина.
— Она весь день пыталась понять, что с тобой происходит. А ты... Ты просто растоптал ее.
Парень молчал. Потому что каждое слово попадало точно в цель. Он уже сам понимал, что натворил. И именно тогда тихий голос Гави прозвучал громче любого крика.
— Ламин.
Он поднял голову.
— Не стой. Иди за ней. Пока она еще позволит тебе хоть что-то объяснить.

Ламин сорвался с места. Милана сидела у самой воды. Обняв колени. Она уже не пыталась сдерживаться. Плечи дрожали. Дыхание сбивалось. Она плакала так, будто внутри что-то окончательно сломалось.
— Милана...
Тихо позвал Ламин. Она даже не обернулась.
— Уходи...
— Послушай...
— Нет!
Она резко вскочила. Заплаканное лицо. Красные глаза. Дрожащие губы.
— Ты сказал всё, что хотел!
— Я не это имел в виду...
— А что?!
Она сорвалась почти на крик.
— Что я плохая? Что я цепляюсь ко всем подряд? Что я такая?
Он молчал.
— Ответь!
— Нет...
— Тогда зачем ты это сказал?!
Она снова заплакала. Уже не пытаясь скрыть этого. Ламин впервые видел ее настолько разбитой. И впервые в жизни чувствовал себя настолько виноватым.
— Прости...
Тихо сказал он. Она медленно покачала головой.
— Нет. Не надо. Поздно.
Она смотрела прямо ему в глаза.
— Знаешь... Я думала, что ты просто невозможный. Самоуверенный. Раздражающий. Но сегодня... Сегодня ты сделал так, чтобы мне стало стыдно за саму себя. И знаешь, что самое страшное? Я ведь ничего такого не сделала.
Он закрыл глаза. Ему хотелось сказать тысячу слов. Но ни одно не могло исправить сказанное.
— Мы правда друг другу никто.
Тихо произнесла Милана.
— И после сегодняшнего дня... Очень хочу, чтобы так и осталось.
Она медленно прошла мимо него. Не оглянувшись ни разу. Парень так и остался стоять у воды. Совершенно один. Понимая только одно. Сегодня он проиграл. Не спор. Не игру. Он впервые потерял доверие человека, который незаметно стал для него гораздо важнее, чем он был готов признать.