Встреча.
Я ненавидел этот город. Он смердел разложением, как протухшая рыба, забытая на солнце. В моем кабинете, в пентхаусе, сейчас происходил полный пиздец: двое из моих ключевых людей решили, что я «потерял хватку» и начали крысятничать, вымывая бабло из логистических узлов. Моя империя, которую я сшивал из крови и бетона, начала гнить изнутри, и этот запах предательства преследовал меня повсюду.
Я зашел в эту забегаловку, чтобы перевести дух. Просто потому, что здесь никто не ждал моего приезда.
Внутри сразу стало тихо. Это была та самая тишина, которую я обожал - смесь первобытного ужаса и животной алчности. Я прошелся между столиками, чувствуя на себе взгляды. Шлюхи, подбивающие клинья к местным шестеркам, смотрели на меня, не скрывая жадности: их пустые глаза оценивали стоимость моих часов, моего костюма, масштаб моей силы. Они кривили ебало в фальшивых улыбках, надеясь, что я удостою их взглядом, но в глубине их зрачков пульсировал страх - страх, что я одним движением раздавлю их никчемные жизни. Для них я был богом, который может дать всё или забрать последнее.
Я прошел мимо. Они - мусор. А мне нужно было подумать, кому из моих «партнеров» всадить пулю в колено первым.
Я остановился. В углу, за шатким столом, сидела она.
Она выглядела как ошибка в матрице этого гнилого места. Длинные, темные волосы падали на хрупкие плечи, пухлые губы были плотно сжаты. Лицо - чистое, почти болезненно невинное. Она смотрела в окно, на серый асфальт, и в её светло-серых глазах читалась такая беспросветная тоска, что у меня внутри что-то дернулось. Не жалость - я давно выжег её каленым железом - а узнавание.
Я подошел и сел напротив. Она не дернулась, не заискивала. Она просто посмотрела на меня.
- Место занято? - мой голос прозвучал низко, как лязг затвора.
- Нет, - ответила она. Тихий, хрупкий голос.
Я присмотрелся к ней. На ней была дешевая куртка, руки, сжимающие чашку, слегка дрожали. Она работала в архиве при мэрии - я знал это место, оно было грязным, как и всё в этом городе. Она жила по принципу «работа-дом, дом-работа», запертая в своей клетке из страха перед неизвестностью, которая ждала ее за порогом. Одинокая, осиротевшая в семнадцать, она научилась просто существовать, не прося ничего у жизни.
- Ты выглядишь так, будто ждешь, что мир тебя прямо сейчас похоронит, - бросил я, не сводя с нее тяжелого взгляда.
Она медленно перевела взгляд на мой шрам, пересекающий пол-лица. Ее серые глаза не сузились от отвращения.
- А разве это не так? - тихо спросила она. - Каждый день - это просто ожидание того, что станет хуже.
Я усмехнулся. Мой бизнес разваливался, люди продавали меня за гроши, а эта девчонка, сидящая передо мной, боялась только того, что завтра будет таким же паршивым, как сегодня.
- Ты права, - отрезал я, чувствуя, как внутри меня назревает какой-то странный, разрушительный импульс. - Завтра будет только хуже. Но, может, я покажу тебе, как выживать, когда всё вокруг летит к чертям?
Она молчала, вглядываясь в меня, и я понял: я не хочу её трахнуть, как любую из этих сук, жадных до моих денег. Я хочу посмотреть, что будет, если этот хрупкий якорь столкнется с моим штормом.
- Как тебя зовут? - спросил я, чувствуя, что этот разговор - единственная вещь, имеющая смысл в моем прогнившем дне.
- Лилит.
- Лилит, - повторил я, пробуя имя на вкус. - Приготовься. Твоя скучная жизнь только что закончилась.
Комментарии