Дым над остывшим кофе

Они шли вдоль реки. Вода блестела от фонарей, на другой стороне горели окна высоток. Город казался пустым, но не страшным. Скорее, спокойным.

Лера шла чуть впереди, иногда останавливалась, смотрела на воду и молчала. Макс шёл сзади, засунув руки в карманы, и рассматривал её. Она была странной. Она не пыталась казаться лучше, чем есть. Она не играла. Просто шла и дышала, как будто воздух сегодня был вкуснее.

— Макс, — сказала она, не оборачиваясь. — А ты когда-нибудь хотел уехать?

— Постоянно.

— И почему не уехал?

— Страшно. И деньги. И работа. И ещё сто отмазок.

Она остановилась и повернулась к нему.

— А если бы не было страшно? Если бы у тебя были деньги и время? Куда бы ты поехал?

Он задумался.

— Наверное, туда, где нет никого. Только море. И тишина.

— Ты не любишь людей?

— Не люблю, когда они мешают. А ты?

— Я люблю их, когда они смеются, — она улыбнулась. — Я люблю рисовать лица. Счастливые. Злые. Уставшие. Каждое лицо — это история.

Он подошёл ближе.

— Так нарисуй моё.

Она посмотрела на него. Долго, изучающе, как будто видела впервые.

— Твоё лицо — это история о парне, который ждёт, пока кто-то скажет ему, что он хороший. Но сам в это не верит.

Он отвёл взгляд.

— Ты опять читаешь мои мысли. Это нечестно.

— А ты тоже читаешь. Мы квиты.

Они засмеялись. Она прыгнула на парапет, прошлась по нему, балансируя, как канатоходец.

— Лера, упадешь.

— Не упаду. Я художник, у меня хорошая координация. Вот смотри.

Она сделала пируэт. Споткнулась. И чуть не рухнула в реку. Макс рванул вперёд и подхватил её за талию.

Она оказалась в его руках. Близко. Очень близко. Она смотрела на него снизу вверх.

— Ну что, спасатель, — выдохнула она. — Неплохая реакция.

— У тебя что, совсем чувство самосохранения отключилось?

— А зачем оно мне, если ты рядом?

Он замер. Слова повисли в воздухе.

Она не отвела взгляд. И он не отвёл. В этот момент город перестал существовать. Только её глаза, её дыхание, её губы, которые были так близко.

Он хотел её поцеловать. Но побоялся.

— Пойдём, — сказал он хрипло. — Тут холодно.

Она спрыгнула с парапета, поправила свитер и улыбнулась.

— Ладно. Пошли дальше. Только, Макс...

— Что?

— Ты мог бы меня поцеловать. Я бы не возражала.

Он сглотнул. Она была честна до невозможности.

— Я не хочу торопиться, — сказал он. — Ты слишком много для меня значишь, чтобы просто поцеловать на набережной.

Она подошла ближе, взяла его за руку и сжала.

— Слушай. Я не знаю, что будет завтра. Но сегодня я хочу быть рядом с тобой. Ты не обязан ничего делать. Просто будь. Идёт?

— Идёт.

Они пошли дальше, держась за руки. Как подростки. Как два человека, которые нашли друг друга в этом безумном городе.

К утру они зашли в круглосуточную кофейню. Заказали две чашки кофе — и она сказала:

— Твой кофе вкуснее, чем у них.

— Ты ещё не пробовала мой.

— Но я чувствую, — она улыбнулась.

На выходе из кофейни он остановился и сказал:

— Хочешь, я сварю тебе кофе дома? У меня есть настоящая турка. И корицы.

Она посмотрела на него. В её глазах был ответ.

— Очень хочу.