Между нами//Турбо

Утро началось с крика Вовы: — Давайте, просыпайтесь!.

Он зашел в мою комнату и со смехом сказал Марату: —Ты почему всегда спишь на месте Леры?.

Потом посмотрел на меня и добавил: —Ладно, вставайте, идите в школу.

Затем он тихо взглянул на меня и сказал: —Лера, после школы придешь с Маратом в качалку, поговорим, подошел, поцеловал меня в лоб и ушел.

Мы с Маратом переоделись, пошли на кухню, обняли маму и вышли из дома. У подъезда нас ждали Ералаш и Пальто. Мы пошли в сторону школы, и когда закончился последний урок, мы вчетвером отправились в качалку. Войдя внутрь, я увидела Зиму и Валеру. Зима сидел за столом, а Валера бил грушу.

Зима сказал: —О, пришли. Лера, Вова ждет тебя в комнате. Я кивнула и пошла в комнату. Там был только Вова.

Увидев меня, он сказал: —Иди, садись. Я подошла и села рядом с ним на диван.

Вова сказал: —Я вчера с тобой плохо поговорил. Я просто боюсь, боюсь, что с тобой что-то случится, я себе этого не прощу. И еще, проблемы возникают не только из-за тебя, я просто сказал это на нервах. И запомни, я никогда не подниму на тебя руку, как наш отец. Я ничего не ответила, просто кивнула.

Он поцеловал меня в лоб и сказал: —Я люблю тебя, сестренка.

Эти слова Вовы словно сняли тяжелый груз с моих плеч. В комнате наступила тишина, но на этот раз она была теплой и уютной, без прежней тревоги.

— Ну всё, слезы не лить, — улыбнулся Вова, слегка подтолкнув меня плечом. — Иди к пацанам, а то они там уже весь подвал перевернули, наверное, переживают.
Я поднялась с дивана, чувствуя, как внутри возвращается уверенность. Когда я вышла в основной зал качалки, Марат тут же бросил быстрый взгляд на мое лицо, пытаясь угадать результат разговора. Валера перестал бить грушу и вытер лоб полотенцем, а Зима откинулся на спинку стула.

— Ну что, живая? — с легкой ухмылкой спросил Зима, хотя в его глазах читалось облегчение.

— Живее всех живых, — ответила я, глядя на Марата. Брат едва заметно улыбнулся и кивнул мне.

Мы сидели в качалке, мне уже становилось скучно, и я сказала: — Ладно, я пошла домой, Марат, идёшь?

Вова посмотрел на меня и сказал: —У меня с Маратом дело, тебя Турбо отвезёт.

Я посмотрела на Вову и ответила: —Может, сначала у Турбо спросишь? Вдруг он не хочет.

Тут Турбо встал и сказал: —Пошли, красивая. Я
была в шоке.

Когда мы вышли из качалки, я сказала: —Ты тупой? Зачем не сказал, что не хочешь меня домой провожать? Он остановился, я тоже оставила шаг, и Турбо сказал: —Кто говорит, что я не хочу тебя провожать?»

Турбо слегка наклонился ко мне, не сводя глаз. В его взгляде уже не было привычной насмешки — только странное, непривычное тепло.

—Я сам хотел предложить, — тихо добавил он, сделав шаг в мою сторону. — Просто Вова опередил.

Я замерла, не зная, что ответить. В груди всё сжалось от неожиданности, а щеки мгновенно вспыхнули. Чтобы скрыть смущение, я быстро отвернулась и пошла вперед по темной улице, ускоряя шаг.

—Эй, куда ты так летишь? — засмеялся Турбо, быстро догнав меня и поравнявшись со мной.

—Домой лечу, пока ты тут паузы держишь, — проворчала я, хотя в душе от его слов до сих пор всё переворачивалось.

Мы шли молча, но это тишина больше не была неловкой. Ночной город замер, светили редкие фонари, а рядом с его высокой фигурой мне впервые за весь вечер стало по-настоящему
спокойно.

Мы подошли к моему подъезду. Он смотрел на меня, а я на него, но мы оба молчали.

Через несколько секунд Валера тихо, так, чтобы слышала только я, сказал:—Давай, иди домой, закрой дверь и спи.

Я посмотрела на него и спросила:—А ты куда пойдёшь?

Он взглянул на меня, тихо усмехнулся и ответил: —Пока ты не зайдешь домой и не станет тихо, я буду здесь. А потом, наверное, к пацанам пойду.

Я посмотрела на него и сказала: —Знаешь, я уже не ненавижу тебя так, как раньше.

Он радостно посмотрел на меня и с ухмылкой произнёс: —Лера Суворова больше не ненавидит меня, как раньше!

Я засмеялась и добавила: — Особо не радуйся, всё равно ещё немного ненавижу.

Он посмотрел на меня и ответил: —Скоро и этой ненависти не останется.

Я застыла в шоке — как это понимать, что он имел в виду?

—Давай, иди уже, красивая, — сказал он.

Я повернулась и пошла к дому. Открывая дверь подъезда, я в последний раз посмотрела на него, незаметно для себя улыбнулась и зашла внутрь.

Когда я вошла домой, то сказала:—Мама, я дома!

Мама вышла из кухни, подошла ко мне, обняла и спросила:— Привет, милая, кушать хочешь?

Я посмотрела на неё и ответила: — Да, конечно.

Тогда мама сказала: — Тогда иди руки мой, потом иди садись за стол.

Я пошла, вымыла руки, зашла в свою комнату и посмотрела в окно. Валерий всё ещё стоял там с сигаретой в руках. Вдруг он поднял голову в сторону моего окна и кивнул мне. Я тоже слегка кивнула. Он простоял там ещё минут пять и пошёл в сторону качалки. Я села на кровать и невольно улыбнулась.

Мама позвала меня: — Лера, иди кушать!

Я отозвалась: —Иду!    Пошла на кухню, села за стол и начала есть.

Мама спросила:— А где мальчики?

Я посмотрела на неё и ответила:— Гуляют они.

Мама кивнула. Я докушала и ушла к себе в комнату. Минут через двадцать раздался стук в дверь. Я вышла из комнаты и открыла: на пороге стояли Вова и Марат.

—Заходите, — сказала я. Затем спросила:
—Кушать хотите?

Они в один голос ответили: —Да, конечно!

Я усмехнулась:— Идите руки мойте, давайте.

Пока они пошли в ванную, я прошмыгнула на кухню, разогрела еду, наложила всё по тарелкам, поставила перед ними и ушла к себе.

Минут через десять снова постучали, и раздался голос: — Можно? Это был Вова.

—Да, заходи, — ответила я, сидя на кровати.

Вова подошёл ближе и тихо произнёс: — Я хотел с тобой немного поговорить.

Не поднимая глаз, я ответила: — Да, давай поговорим.

Вова ненадолго замолчал, а потом прямо спросил: — Любишь его?

Я замерла. Время будто остановилось, а мир вокруг замер. Меня словно снова ударили ножом прямо в сердце — я не могла вымолвить ни слова. Этот вопрос оглушил меня.

Я посмотрела на него и едe выговорила: — Не знаю...

О таких вещах мне всегда было легко говорить с Маратом, но с Вовой — совсем иначе. Мы никогда прежде не заводили подобных разговоров.

Вова посмотрел на меня и мягко сказал:
— Я знаю, ты не веришь в любовь. Тебе всегда твердили, что когда ты вырастешь, многие парни будут хотеть с тобой встречаться. А я всегда про себя думал: "Нет, она ни с кем не будет встречаться и не выйдет замуж". Я ревновал тебя. Боялся, что кто-то разобьёт тебе сердце, а я даже не узнаю об этом. Но ты уже взрослая. Если любишь — не бойся. И любви не бойся. Главное — слушай себя. И что бы ни случилось, всегда говори мне.

Я посмотрела на него и тихо ответила: — Я не люблю его. И да, я боюсь любить. Но рядом с ним мне очень спокойно.

Вова обнял меня, поцеловал в лоб и сказал:
— Ладно, я пошёл.

Он поднялся, открыл дверь и уже собирался выйти, как я окликнула его: — Вов...

Он обернулся.

Спасибо, что пришёл, — сказала я.

Он улыбнулся мне и ответил: —Я всегда буду приходить. С этими словами он вышел и прикрыл за собой дверь.

Утром я проснулась от того, что Марат бросил в меня подушку.

Я закричала:— Марат, ты ненормальный?!

Он со смехом ответил: — Просыпайся, в школу надо идти, давай за 5 минут будь готова.

Я показала ему средний палец, и Марат вышел из комнаты.

Я переоделась и вышла. Сегодня приезжал отец, а завтра у бабушки был юбилей, поэтому мы должны были ужинать всей семьёй. Но мы с Маратом никогда не любили эти семейные посиделки. Мы вышли из дома. У подъезда стояли Андрей, Миша, Зима и Валера.

Увидев нас, Андрей сказал:—Наконец-то, мы вас тут уже 30 минут ждём!

Марат ответил:— Подождёте, ничего с вами не случится.

Андрей шутя дал Марату подзатыльник и отбежал, а Марат побежал за ним.
Погода была замечательная: шёл пушистый ослепительно-белый снег.

Зима посмотрел на меня: Лера, привет.

Я ответила: — Привет, Зима.

Валера подошёл ко мне:— Ну как дела?

Я посмотрела на него:— Нормально.

Миша крикнул: — Ну давайте, пошли! Марат, пальто, идите сюда!

Когда Марат подошёл ко мне, вся его куртка была в снегу.

Я руками стряхнула с него снег и сказала: — Хоть один день посиди спокойно!

Мы пошли в сторону школы, попрощались с Валерой и Зимой и зашли внутрь. Миша, Андрей и Марат пошли в свои классы, а я — в свой.
Когда уроки закончились, ко мне подошёл

Искандер из группировки «Разъезд» и спросил:
—Ты кто такая?

Я посмотрела на него:— Искандер, иди поговори с кем-нибудь другим.

Искандер злобно сказал:— Адидаска, когда-нибудь я тебя убью.

Я ответила: — Во сне? Хотя ты даже во сне побоишься это сделать, — и пошла к выходу из школы.

Искандер бросил мне в спину: —Дура!

Я, даже не оборачиваясь, показала ему средний палец. Во дворе школы меня уже ждали Миша, Андрей, Марат, Зима и Валера. Я подошла к ним. Марат отвёл меня немного в сторону, мы пошли впереди, а пацаны плелись за нами.

Марат спросил: — Что случилось, ты почему такая нервная?

Я не хотела, чтобы Валера это слышал, поэтому тихо ответила: — Да Искандер сегодня подходил, всякую чушь нёс, потом ушёл.

Марат на весь двор крикнул: — Что?! Что тебе сказал Искандер?!

Я приложила руку к лбу: — Марат, ты тупой? Зачем так кричать!

Валера тут же подошёл ко мне и спросил: — Что он тебе сказал?

Я посмотрела на него и ответила:— Подошёл и сказал, что когда-нибудь убьёт меня. Я показала ему средний палец и ушла. Больше ничего.

— Вот ненормальный придурок! — сказал Марат.
Турбо замолчал и коротко бросил: — У меня дела, идите домой. Зима, пошли.

После этого Турбо развернулся и ушёл.

—А куда они ушли? — спросила я.

Марат ответил: — Откуда нам знать?

И мы пошли домой. Миша и Андрей тоже отправились по домам.

От лица Валеры

Я вместе с Зимой пошла в «качалку» к Вове.

Когда мы вошли, я увидел Вову и сказал:
—Адидас, там проблема есть».

Адидас посмотрел на меня: — Какая ещё проблема?

Зима уже понял, зачем мы пришли сюда, и ответил за меня: — Там Искандер из "Разъезда" к Лере в школе подходил.

Лицо Вовы мгновенно изменилось, став предельно серьёзным:— Что он сказал?

Я посмотрел на Вову: — Сказал: "Адидаска, я тебя когда-нибудь убью", а потом ушёл. Мы думаем, это плохо кончится, надо что-то делать.

Вова кивнул: —Я всё решу.

На следующий день Марат подошёл к толпе «Разъезда» и крикнул: —Эй!

Искандер спросил: — Ты что, страх потерял?

Марат закричал на всю улицу: — Разъезд — чушпаны! — и бросился бежать. Вся толпа рванула за ним.

Марат на бегу внезапно крикнул: — Вова, Вова!

Вова протянул руку и втянул Марата на крышу. Оттуда пацаны из «Универсама» начали закидывать толпу камнями, а те подняли крик. Когда некоторые попытались сбежать, с другой стороны выскочили остальные наши и завязалась драка.

Вова с Маратом спустились вниз и тоже вступили в бой.

Марат со всей силы ударил Искандера по лицу и закричал: — Ещё раз к моей сестре подойдёшь — я тебя лично убью!

Вова крикнул: — Всё, хватит! Я сказал, хватит!
Пацаны остановились и сели в автобус.

Марат начал воодушевлённо рассказывать: —Я подошёл к этой толпе и как заору: "Разъезд — чушпаны!", и побежал изо всех сил. Бегу и думаю: блин а прикинь не успею? А вы там — ба-ам!. И пацаны хором подхватили: —Ба-ам!
Затем вся компания отправилась на площадку.

От лица Леры

Я просидела дома несколько часов и уже задыхалась от скуки. Переодевшись, я пошла на то место, где обычно собирался «Универсамовский» коллектив.

Завидев меня, кто-то из пацанов крикнул:
—О-о-о, Лера пришла!

Я тихо ухмыльнулась: — Здорово.

Тут ко мне повернулся Марат — у него была разбита губа. Увидев его, я подошла ближе и спросила: — Что произошло?

Марат вытер ссадину на губе, расплылся в довольной ухмылке и гордо ответил:
—Да ничего особенного! Просто научили кое-кого из "Разъезда" манерам. Больше к тебе никто не подойдёт, гарантирую.

Я перевела взгляд с его разбитого лица на остальных пацанов. У кого-то были сбиты кулаки, у кого-то светились свежие синяки, но все выглядели довольными и оживлённо обсуждали драку. В этот момент из центра круга вышагнул Вова Адидас. Он посмотрел на меня строгим, но теплым взглядом.

— Всё нормально, Лер, — спокойно сказал Вова, подойдя ближе. — Мы просто закрыли этот вопрос. Искандер всё понял. Но ты всё равно одна по району не ходи, мало ли что у этих чушпанов на уме.

— Вы из-за меня драку устроили? — тихо спросила я, чувствуя одновременно и вину за произошедшее, и благодарность за то, что они так за меня заступились.

— Мы защитили своё, — вмешался Валера, который до этого молча стоял чуть в стороне.

Он подошёл ко мне, натянул повыше мой капюшон и тихо добавил, чтобы слышала только я: — Я же говорил тебе быть осторожнее. Больше не заставляй нас так дергаться.

Пацаны вокруг зашумели, продолжая подкалывать Марата за его эпичный побег от толпы. Я посмотрела на брата, потом на Валеру и Вову, и на душе стало удивительно тепло. Несмотря на весь этот районный хаос и постоянные опасности, я точно знала: пока они рядом, со мной ничего не случится.

Уже смеркалось, и нам пора было идти домой — приближалось время семейного ужина. Я, Вова и Марат попрощались со всеми и отправились домой.
Дверь нам открыла мама. Мы вошли, и через час уже все сидели за столом: бабушка, мама, отец, мои братья Вова и Марат, и я. Мы пели песню, которую всегда поём в день рождения бабушки.
Вдруг раздался стук в дверь. Отец проворчал: «И сегодня спокойно посидеть не дают», — и, продолжая напевать, пошёл открывать.
На пороге стояли Зима и Валера. У Валеры затылок был в крови, а Зима держал его под руку.

Зима сказал: — Здравствуйте, Ади... то есть Вову можно позвать?

Отец окликнул: — Вова, тебя!
Мы с Вовой и Маратом поднялись из-за стола. Увидев Валеру, я обомлела.

Вова быстро реагировал: — Лера, дай аптечку и иди сюда!
Я мгновенно принесла аптечку и подошла к ним.

Отец спросил: — Что случилось?

Вова соврал: — Бандиты...

Отец нахмурился: —Надо звонить в милицию!

— Пап, не надо, я сам всё решу, — ответил Вова и увёл Валеру в ванную.

Я пошла за ними, не сводя глаз с Валеры. Вова спросил: — Что стряслось?

Зима ответил: — Гуляли мы, потом пять человек подошли, и завязалась драка.

Я села рядом с Валерой и включила воду. Валера смыл кровь с головы и посмотрел на меня.

Я взяла вату: — Будет больно, потерпи, — и приложила её к ране. Валера даже не поморщился. Вова и Зима вышли в комнату. В ванной остались я, Марат и Валера.

Заглянула мама: —Лера, помощь нужна?

Не отводя взгляда от раны, я ответила: — Нет-нет, мам, всё хорошо.

Мама ушла, а Марат остался стоять у дверей, наблюдая за нами.

Я посмотрела на Валеру: — Больно?

Турбо взглянул на меня и тихо ответил:— Нет, красивая, всё хорошо.

Я обработала рану и закончила: — Всё.

Мы вышли из ванной и прошли в комнату к парням. Посидев там минут пять, все переместились в коридор.

Вова посмотрел на нас: — Лера, Марат, одевайтесь, пошли.

Отец строго спросил: — Куда это вы?.

Пап, всё нормально, в милицию идём, — ответил Вова.
—Ладно, идите, — вздохнул отец.
Мы с Маратом накинули куртки и ждали остальных у двери.

Отец протянул руку Валере: — Рад знакомству.

Валера пожал её: — Взаимно.

Затем Зима протянул руку: —Вахит. Отец пожал и ему.
Вова поторопил всех: — Всё, хватит, пошли.

Вова спросил: — Вы зачем пришли, когда у нас все дома?

Зима ответил: —Откуда нам знать, что у вас семейный ужин? К тому же вы ближе всех были, вот к вам и пришли.

Мы уже вышли на улицу. Я ухмыльнулась и сказала: —Хорошо, что вы пришли, я там уже от скуки умирала.

Марат тут же подхватил: — Да, реально, отлично, что припёрлись!

Вова строгим, раздражённым взглядом посмотрел на нас обоих.

Я лишь пожала плечами и добавила: — Ну а что? Меня уже достало каждый год в этот день одну и ту же песню петь.

Вова лишь тяжело вздохнул и качнул головой, но ничего не ответил. Мы пошли по хрустящему от мороза снегу в сторону площадки. Ночной город был затоплен синеватым светом фонарей, а в воздухе кружились крупные хлопья.
Валера шёл чуть отставая, придерживая ладонью затылок. Я притормозила и поравнялась с ним.

— Голова не кружится? — тихо спросила я, заглядывая ему в лицо.

Турбо чуть ухмыльнулся, хотя по его глазам было видно, что ему всё ещё паршиво:
—Да нормально всё, Лер, не переживай. Не такое переживали. Главное — твоих домашних не слишком перепугали.

— Ты бы видел лицо отца, когда он вас увидел, — усмехнулся идущий рядом Марат. — Он реально почти милицию вызывать собрался».
«Ничего, проехали, — перебил Вова, оборачиваясь к нам. — Главное, сейчас выяснить, кто это был. Зима, ты кого-то из них узнал? Это снова разъездовские или кто-то другой?

Зима поправил шапку, нахмурился и глубоко затянулся прохладным воздухом: —Да в темноте толком не разглядел, но по манерам — вроде не наши районные. Быстро налетели, со спины. Если бы не Турбо, вообще бы в глухой угол зажали.

Мы остановились прямо посреди заснеженного двора. Парни обступили друг друга, обсуждая произошедшее, а я стояла рядом, плотнее кутаясь в куртку, и понимала: спокойный вечер явно подошёл к концу, и впереди нас ждёт очередная разборка.

В тот день мы попрощались с Зимой и Валерой, пришли домой и легли спать.