Мой ревнивый муж

Утро встретило их серым светом, сочившимся сквозь щели в шторах. Феликс проснулся первым — от того, что не мог пошевелиться. Хенджин обвивал его со спины, уткнувшись носом в затылок, и даже во сне продолжал сжимать в объятиях так, будто боялся, что омега испарится.

— Хён, — прошептал Феликс, осторожно касаясь пальцев на своём животе. — Ты меня задушишь.

— Не задушу, — немедленно отозвался альфа хриплым со сна голосом. — Ты слишком дорого стоишь.

Феликс усмехнулся и попытался развернуться, но тело отозвалось глухой болью в пояснице и бёдрах. Он поморщился, припоминая вчерашнее: крики, слёзы, жёсткие руки Хенджина, его зубы на плече, постоянное «мой, мой, мой»…

— Тебе больно? — в голосе альфы прорезалась вина. Он приподнялся на локте и заглянул в лицо омеги. — Я переборщил? Покажи.

— Всё нормально, — Феликс легонько оттолкнул его, когда ладонь Хенджина скользнула под одеяло. — Просто… чувствуется. В хорошем смысле.

Хенджин выдохнул с облегчением и на секунду прижался губами к его виску.

— Я приготовлю завтрак. А ты пока отлежись.

— Нет, я с тобой, — Феликс сел, несмотря на протестующие мышцы, и потянулся за халатом. — Не оставляй меня одного. Ты же знаешь, я начинаю волноваться, когда ты слишком тихий.

Альфа хотел возразить, но промолчал. Он и правда был слишком тихим этим утром. Слишком сосредоточенным.

Завтрак прошёл в молчании. Хенджин жарил яичницу, ровно нарезал тосты, заварил кофе — всё идеально, механически, без единой лишней эмоции. Феликс сидел на барном стуле, болтая ногами, и исподлобья наблюдал.

— Ты думаешь о том парне, — наконец сказал он.

Хенджин замер на секунду, затем аккуратно выложил яичницу на тарелку.

— О парне из парка. Который прислал цветы. — Феликс взял вилку и принялся ковырять еду. — Хенджин, я серьёзно. Не делай глупостей.

— Глупостей? — альфа отставил сковороду и повернулся. В его глазах снова зажёгся вчерашний огонь, но теперь более контролируемый, холодный. — Кто-то выследил моего омегу до дома. Ты понимаешь, насколько это серьёзно, Феликс? Это не шутки. Это угроза.

— Может, он просто дурак? — попробовал возразить Феликс. — Которому показалось, что я флиртую?

— Ты не флиртовал, — отрезал Хенджин. — Ты был вежлив. И это уже слишком много для такого, как он.

Он сел напротив, положил руку поверх ладони Феликса.

— Я не собираюсь его убивать, если ты об этом. Я не психопат.

— Правда? — Феликс иронично приподнял бровь.

— Правда, — Хенджин сжал его пальцы. — Но я должен убедиться, что он понял: приближаться к тебе — смертельно опасно для его карьеры, здоровья и душевного покоя.

В голосе альфы прозвучало такое спокойное, уверенное обещание боли, что Феликс поёжился.

---

Через два часа Хенджин выходил из машины у неприметного офисного здания на окраине города. Ещё утром он узнал адрес: тот парень, Чон Хёксэ, работал в небольшой логистической компании. Обычный менеджер, никаких связей, никакой защиты.

Феликс остался в машине — по настоянию альфы.

— Я быстро, — сказал Хенджин перед выходом. — Ни с кем не разговаривай, окна не опускай. Я запер двери.

— Хенджин! — омега схватил его за рукав. — Не… просто поговори, ладно? Напугай, но не трогай. Обещай.

— Обещаю, — солгал Хенджин с абсолютно каменным лицом.

Он вошёл в здание, поднялся на третий этаж и без стука открыл дверь с табличкой «Отдел продаж». Парень — Чон Хёксэ — сидел за компьютером, печатая что-то в отчёте. Увидев Хенджина, он побледнел.

— Вы… — он узнал альфу мгновенно. — Это вы с тем парнем вчера в парке. С блондином.

— С моим мужем, — поправил Хенджин, закрывая за собой дверь. — Омега. Хван Феликс.

Он медленно обошёл комнату, разглядывая дешёвый интерьер, заваленный бумагами стол, кружку с отколотой ручкой.

— К-как вы меня нашли? — голос парня дрожал.

— У меня друзья в полиции, — сухо ответил альфа, останавливаясь напротив. — А ещё — хорошая память на лица. Ты шёл за нами от парка до дома. Я видел тебя в зеркало заднего вида.

Хёксэ сжался под его взглядом, как заяц перед удавом.