Роскошь любить тебя

Не успел Хёнджин осмыслить информацию про учителя-поэта, как из тени парковки плавной, почти невесомой шаркающей походкой вышел молодой парень. На нем был уютный бежевый свитер с высоким горлом и оправы в тонкой металлической рамке. В руках он держал небольшой блокнот в кожаном переплете.
- Добрый вечер, Чан-хён, - мягко произнес Чонин, поправляя очки. Заметив рядом айдола, его глаза за стеклами тепло блеснули. - О, вы, должно быть, Хёнджин-ши? Я слышал о вашем творческом порыве. Вдохновение - это так прекрасно... Позвольте представиться, Ян Чонин. Учитель и искатель поэтической истины.
- Очень... приятно, - осторожно выдавил Хёнджин, всё еще с трудом связывая образ милого учителя с окружением Банчана.
Чонин вдохновенно прижал блокнот к груди, посмотрел на ночное небо и внезапно восторженным тоном зачитал:
*«Ты - как муха в моих сетях,*
*А я - влюбленный, тихий паук.*
*Я запутался в твоих нитях,*
*И не вырваться мне из этих мук...*
*I love you like a spider loves his web!»*
В наступившей паузе Банчан лишь гордо улыбнулся, а Хёнджин моргнул, пытаясь переварить услышанное метафорическое признание.
- Боже мой, Чонин, какие страсти, - раздался из темноты ироничный голос Минхо.
Он вальяжно подошел к компании, держа за локоть слегка озадаченного Джисона, и окинул присутствующих насмешливым взглядом:
- Опять свои паучьи метафоры втираешь? Хёнджин, ты только не пугайся. Это он ещё не читал свой стих про сосиску и любовь к английской грамматике. А что касается «мухи и паука»... - Минхо с хищной ухмылкой перевел взгляд на Джисона, который тут же сжался. - У нас в синдикате всё именно так. Некоторых мух мы сначала катаем на переднем сиденье, а потом грозимся закопать на складе, правда, Джисон-а?
Джисон обнял себя руками и обреченно пробормотал:
- Я бы лучше послушал стих про сосиску...