Научи меня дышать

Марибелла
День был очень странным. Не понимала ни Егора, ни Тима, который физруку сказал, что я не говорила брату про месячные, а это сделал сам Тим, аля пошутил. Карина как-то стелилась под Стаса и Тима на уроках.
В школе я этого, может, еще и не заметила, но пока шла домой, то анализировала. Карина очень любит Орлова, но она боится моей реакции. Мало ли самый злой человек по имени Марибелла будет злиться на то, что лучшая подруга встречается с лучшим другом моего бывшего. А по правде, мне все равно.
Как я и предполагала многие ушли перед географией. Надеюсь, классная не зайдет на урок, а-то все плохо закончится.
В общем коридоре слышу смех Дани, который доносится из квартиры. Видимо, он выздоровел. Все равно завтра он пойдет к врачу вместе с мамой. Все! Пора в школу. Летние каникулы и так продлились. Один день в школе не считается.
Когда захожу домой, то папа сразу выбегает в коридор:
— Привет, как дела? Как день?
— Это допрос? — с поднятыми вверх бровями спрашиваю я.
— Просто люблю тебя.
И тут я поняла: после той ссоры я еще не разговаривала с папой. Только с мамой. Мы не обсуждали его истинную связь со мной.
— Я тебя тоже, па. Все хорошо, правда. Просто... просто это было неожиданно. Я же даже не знала, что у тебя есть брат-близнец.
Говорю максимально тихо, чтобы Мелочовка не услышал.
Специально бросаю «па», чтобы он понял, как я к нему отношусь. Какой он мне дядя?
— Мари, мы хотели сказать, но не знали как... — договорить папа не смог, из комнат вылетел Мелочовка и прыгнул на меня.
— Белли!
Как только отцепилась от себя брата, то зашла на кухню, где папа начал разогревать мне еду, хотя я не голодная.
Пока я жива, всегда буду любить своих родных. Они настоящие и самые близкие люди в моей жизни. Мне все равно на другие обстоятельства, плевать на ссоры. Хотя особо мы не ссоримся.
Все время, что я обедала, Мелочовка смеется на диване. Папа разговаривает с мамой по телефону и уходит в другую комнату. Все хорошо. Все нормально. Все привычно.
В биологии есть прекрасное слово — гомеостаз. Если быть кратким, то это динамическое равновесие, которое организм постоянно делает саморегуляцию, поддержание стабильности внутренней среды организма на внешние изменения.
Это очень прекрасная система. Очень важная. С весны я думаю над одним вопросом. Почему нет психического гомеостаза? Всегда чувствовать спокойствие, например. Это же прекрасная штука!
Да и слово звучит прикольно. Гомеостаз.
Первые недели после расставания с Тимом я думала только над этим и не могла найти ответ. Сейчас я более лучше понимаю ответ на вопрос: у психики нет нормы, организм же её вполне имеет.
Для нас оставаться в одном эмоциональном состоянии также губительно, как и жить в хаосе. Мозг должен удержать нас в живых. Для него это главная задача. Осторожность = выживание. При бесконечном спокойствии находиться в осторожности очень сложно. Почти невозможно. Реакция тревоги всегда будет возникать первой. Да и чувства обретают смысл только в контрасте.
В общем, психика не может иметь гомеостаза. Если бы имела, то человечество, как вид, который способен к творчеству, где нужен какой-то внутренний конфликт, любви и прочего, не выжило.
Папа заканчивает разговор и возвращается на кухню.
— Мне кажется, Мелочовка уже не болеет, если вообще болел. —говорю я.
— Мама все равно завтра с ним пойдет к врачу. — говоря это, папа кинул телефон на стол. Что-то случилось. Вероятно, разговор был не только с мамой, может, по работе. —Ну не-е-ет. —со страдательным выражением лица говорит мелкий.
— Ты три месяца отдыхал. — быстро говорит родитель.
— Я в понедельник ходил в школу. — грустно говорит Даня.
— А уже прошла учебная неделя.
— Так Мари из четырех дней три дня была в школе.
После этих слов встаю из-за стола, и бегу щекотать мелкого. Он смеется, начинает пытаться убежать. В конечном итоге, ему удалось убежать в комнату, пару раз ткнув пяткой в мой живот.
— Ему повезло с сестрой.
— Нам всем друг с другом повезло. — последнее, что я говорю прежде, чем уйти из кухни в свою комнату.
Спустя час бездействий, открываю домашнюю работу. Что ж, пора бы взяться за голову. Или это будет единственный раз в этом году. Кто знает?
Спустя еще полтора часа я все закончила делать. Даже шести вечера нет. День длится безумно долго! Я с ума сейчас сойду.
В голову начинают красться мысли про Егора и Тима, все события сегодняшнего дня, но я сопротивляюсь. Точно не сейчас об этом думать. Пока что все слишком хорошо. И мне надо побыть некоторое время в этом состоянии. Прошу.
Не выдерживаю и захожу в Сеть. Карина и Стас сейчас тоже онлайн. Тим был два часа назад. Значит, Стас общается не с ним. Возможно, с Кариной. В восьмом классе мы с подругой говорили про общую свадьбу. Я с Тимом, она со Стасом. В один день. Лучшие подруги и лучшие друзья.
Общей свадьбы уже точно не будет. А вот Карина и Стас имеют все шансы выйти победителями. Мы с Тимофеем выбыли из игры. Так получилось.
Захожу в какой-то канал и получаю сообщение от Егора. Вот так сюрприз. Сразу переворачиваю телефон экраном вниз и кричу в подушку.
Как же меня все бесят. Дайте побыть одной. Хоть денек!
Иду в комнату к Даниэлю. Он лежит на кровати и играет в телефон.
— Не надоело? — спрашиваю, намекая на телефон. Я минуту назад выкинула гаджет в стену.
— Безумно. — говорит Данька, а я ложусь рядом с ним.
Он доигрывает раунд и выключает телефон, ложась мне на плечо. Его рука обнимает мою талию, а моя рука перебирает его волосы. Понимаю: он очень соскучился по мне. Целое лето видеть унылое лицо сестры так себе.
— Что у тебя с Тимофеем? — спустя минуту молчания спрашивает брат. — Вы не общаетесь. До сих пор. Раньше ваш максимум была неделя без общения. Сейчас уже почти полгода прошло. Что между вами произошло?
— Это в прошлом. Тим в прошлом. Мы не сможем больше общаться. По-моему, даже никогда не заговорим резонно с друг другом.
— А Егор?
— Какой же ты сплетник, мелкий! — аккуратно мотаю его за волосы. — давай фильм посмотрим, может даже папу позовем.
— Вдвоем. В последние время у нас это не часто получается.
Сердце разбивается на тысячу мелких осколков. Его голубые глаза блуждают по моему лицу, а в голове уже есть ответ.
— Вдвоем.
Выбираем фильм минут двадцать, в итоге включаем комедию.
Она идет полтора часа. Даник в какой-то момент начинает засыпать, и последние минут двадцать я досматриваю сама.
Когда играют титры, аккуратно укрываю Даниэля пледом и выхожу из комнаты.
Уже у себя беру телефон и отвечаю на сообщение Егора, лежа на кровати. Он как обычно спрашивает, как дела. Отвечаю ему одним словом. Нормально. Следом отправляю встречный вопрос.
Словом за словом я с ним общаюсь двадцать минут. Без ссор. Просто, потому что собеседник он интересный, как бы я не хотела его игнорить, темы у нас были достаточно интересные. Не с философской точки зрения.
Я узнаю новое про Егора, а он не просит ничего взамен. Это очень странно, но почему-то дает какую-то надежду.
Даниэлю я сказала, что Тимофей в прошлом. Так же оно и есть. Тогда почему я действительно не позволяла себе общаться с Калининым? Это же глупо.
Тимофей Зуев действительно в прошлом. Я в настоящем. Все лето я жила прошлым, так почему и сейчас должна? Живя в прошлом, я упускаю настоящее, а вместе с ним и будущее. Пора бы существовать не в прошлом, а здесь и сейчас, в эту секунду, в этот момент.
С этого дня я закрываю двери в прошлое. Опыт был полезным и болезненным, спасибо. Но кем бы я была без него? Никем. Точно не тем, кем я являюсь сейчас.
Перед собой вижу только будущее. И в нем нет Тима. Я достаточно настрадалась из-за него. С меня хватит. Всему есть предел. У каждого есть нервы, которые не возобновляются. Свои я больше не намерена тратить на Зуева. Цирк окончен, прошу зрителей выйти из зала, засунуть свое мнение в задний карман, потому что важно только мое. Ведь с этим мнением нужно жить мне, а не вам.
Прошло еще пятнадцать минут общения с Егором без ссор. Узнаю, что он ходил на единоборство. Приехал из Москвы в Севастополь, но не сказал причину. Вот тупой, я пытаюсь уехать, а он приезжает в эту дыру.
Сама того не замечая, встаю с кровати и иду на балкон. Смотрю на свой чемодан. С ним должна была уехать. Почему я передумала? Почему не уехала? Эти вопросы никогда не узнают правдивый ответ. Задача не имеет решений.
Прощаюсь с Егором и еще долго не могу уснуть. Черт тебя бы подрал, Калинин!
Почему-то общаясь с Егором, мне стало комфортно, как когда-то давно. Но прошло всего лишь 141 день с последнего комфорта, но быстро вспоминаю, что произошло 140 дней назад.

17 апреля 2025 (140 дней назад)
Не думала, что буду стоять в туалете перед первым уроком и сдерживать слезы. Глубоко вздыхаю и почти выбегаю из уборной.
Вижу его. Сегодня мы шли по раздельности, потому что я с мамой забегала в цветочный перед уроками. Ей нужно подарить коллеге его в честь дня рождения. Я решила помочь.
— Ты.. — говорю я, и слезы начинают катиться по щекам, а улыбка появляется на лице. Но это не от счастья. Вовсе нет. — как ты мог?!
— Мог что? Белли, что случилось? – он пытается коснуться моей щеки, но я ему не позволяю.
Закрываю лицо руками и плачу. Ком застрял в горле. Я не могу выговорить ни слова. Они застряли где-то внутри меня. Чувства? Их нет. Видимо никогда и не было. У него. Я же любила и была счастлива по-настоящему.
— Я не трофей. Никогда им не была. За что ты так со мной? Зуев, я знаю тебя с детства. Почему? Почему я так никогда бы не сделала, а ты даже не задумывался? Зачем все разрушил?
На одном дыхании выпаливаю эти слов и задыхаюсь от слез. Нет, это сон. Я не верю. Я в царстве Морфея. Пожалуйста, заберите меня в сон. Я не выдерживаю эту реальность. Черная полоса слишком быстро наступила.
— Что? Какой трофей?
Он еще и делает вид, что не понимает! Какой идиот! Какая я идиотка, что верила ему!
Зуев пытается спасти сейчас свое положение, проигрывать же не хочется.
Больно. Морально. Физически. Не хочу, чтобы этот день наступал. Никогда. Он ничего не чувствует ко мне! Меня выворачивает наизнанку от этого. Не так я все представляла. Вчера примеряла его фамилию, а сегодня на золотом блюдечке он принес боль.
— Тебе настолько все равно на меня, если согласился? — спрашиваю я и автоматически делаю шаг назад. Не хочу знать ответ. Он мне не нужен, так зачем спрашиваю?
— Ты дурочка? — спрашивает Тимофей и улыбается.
Он так говорит, когда я где-то просчиталась, но сегодня я во всем уверена.
Хочется поднять руку и ударить его, но отрицательно мотаю головой. И убегаю. Туда, в туалет, где все узнала. Закрываюсь в последней кабинке и рыдаю в голос. Я не чувствую свое сердце. Оно разбилось. Низ живота стянулся в какой-то морской узел, потому что так просто я его не развяжу. Везде больно. Ощущаю даже физическую боль, но больше всего ломит сердце.
Я плакала у всей школы на виду!
Пишу маме, она просит папу приехать за мной в школу. У него сегодня выходной. Но для этого нужна перемена. Записку у классной руководительницы нужно получить.
Целый первый урок рыдаю, а за десять минут до конца перемены, стараюсь себя успокоить, но не получается.
Записка на перемене у меня.
Покинула школу на автомате. Также села и в машину. Папа ничего не сказал.
Во мне нет мыслей. Слезы перестали литься из глаз. Я не чувствую ничего.
Тимофей Зуев меня предал еще в начале года, а поняла это только сейчас.
Какой же он двуличная скотина.
А я дура!
Никогда в жизни ему больше не поверю.
Ни за что.

Сегодня, 4 сентября.
Прошла как будто вся жизнь. Все изменилось. Абсолютно.
Только сейчас понимаю, что с Кариной я не обсуждала этот день. А когда спрашивала, почему Тим так поступил, она отвечала, что он урод. Вскоре мне стало тошно даже от его имени. Два разных и чужих человека, некогда знали друг друга наизусть.
Впервые за эти все дни я ощущаю легкость. Как ни странно, от общения с Егором. Дико? Да. И все же, считаю, что до конца морально не восстановилась. Боюсь сближаться с людьми. Особенно с этим Калининым.
Ладно, на самом деле боюсь травмировать человека. Мне-то больше некуда расшатывать психику, а других поберегу. Один сломленный человек способен сломать здорового, а два сломленных сломают еще больше друг другу. Парадокс. Разбитый ты никому не нужен.
На телефон приходит сообщение, вижу от кого, убираю телефон. Пора спать. Все надоели.
Лежу минут десять, решаю поспать сегодня с мелким, поэтому громко кричу его имя. Он с радостью бежит в мою комнату. Так в обнимку с ним и засыпаю.
Я, кстати, тактильный человек.