Из другой вселенной

— МЫ ЗДЕСЬ! — крик Сириуса разорвал ночную тишину, как нож.

Элис сидела у костра, всё ещё прижимая пальцы к губам. Губы горели. Или это от огня? Нет. От него. От Сириуса. От этого чёртова поцелуя, который всё ещё пульсировал где-то под кожей, растекаясь теплом по всему телу.

Джеймс вывалился из кустов, растрёпанный, с царапиной на щеке и палочкой наготове. Его глаза бешено бегали по поляне, пока не остановились на них.

— Вы живы! — выдохнул он. — Я вас обыскался! Думал, вас сожрали!

— Мы в порядке, — Сириус уже стоял у костра, делая вид, что поправляет полено. Хотя полено не нуждалось в поправке. Он просто не знал, куда деть руки.

Джеймс переводил взгляд с одного на другую. Его глаза сузились. Элис физически чувствовала, как он сканирует обстановку: она у костра, Сириус слишком далеко от неё, воздух наэлектризован.

— Что у вас тут?

— Ничего! — выпалила Элис слишком быстро.

— Мы просто грелись, — добавил Сириус ровно. Слишком ровно.

Джеймс ухмыльнулся. Это была та самая ухмылка, от которой хотелось то ли дать ему в плечо, то ли провалиться под землю.

— Ага, — протянул он. — Грелись. У костра. В лесу. Ночью. Вдвоём. Ну-ну.

— Заткнись, Поттер, — буркнула Элис.

— Я ничего не говорю.

— Твоя рожа говорит за тебя.

Джеймс рассмеялся, хлопнул Сириуса по плечу и заорал куда-то в темноту:

— Римус! Питер! Они здесь!

Через пару минут подтянулись остальные. Римус выглядел уставшим, но спокойным, как всегда. Питер дрожал как осиновый лист и всё оглядывался, вжимая голову в плечи.

— Вы не видели этого пса? — спросил он шёпотом. — Он был огромный! С такими зубами!

— Он ушёл, — сказал Римус. — Я слышал, как он убежал на север.

— Отлично, — Джеймс потёр руки. — Значит, валим отсюда.

Обратно шли гуськом. Джеймс шёл первым, освещая путь палочкой. За ним — Римус и Питер. Сириус почему-то оказался впереди, рядом с Джеймсом, хотя раньше всегда держался возле Элис. Она шла последней, глядя на его спину.

Он не оборачивался.

Ни разу.

И от этого внутри что-то медленно сжималось.

Джеймс пристроился рядом с Элис, когда они выбрались на более-менее ровную тропу. Его локоть случайно задел её, и она вздрогнула.

— Что у вас там было? — спросил он вполголоса.

— Ничего, — повторила она.

— У тебя глаза горят.

— Это от костра.

— Костёр был час назад.

Элис молчала. Джеймс не отставал. Он умел быть настойчивым, когда хотел, — эта его черта одновременно бесила и успокаивала.

— Эли, я же вижу. Расскажи.

Она вздохнула. Джеймс был как пиявка — если вцепился, не отстанет.

— Мы... поцеловались.

— ЧТО?!

— Тише! — зашипела она, оглядываясь. Римус и Питер шли впереди и, кажется, ничего не слышали. Сириус тем более.

— Вы поцеловались?! — повторил Джеймс шёпотом, но таким, что всё равно получалось громко.

— Почти. То есть... да. Но потом ты закричал.

— Я всё испортил?!

— Нет! Ты... может, и к лучшему.

— Ты жалеешь?

Элис помолчала. Ветки хрустели под ногами. Где-то ухала сова.

— Я не знаю. Всё так странно.

— Это не странно, — Джеймс покачал головой. — Это любовь.

— Поттер, не начинай.

— Я серьёзно! Вы наконец-то сделали шаг. Это же круто!

— Круто? — она горько усмехнулась. — Он теперь даже не смотрит на меня.

Джеймс бросил взгляд вперёд. Сириус шёл с идеально ровной спиной, будто проглотил метлу. Он не оборачивался. Не замедлял шаг. Не подавал никаких признаков того, что час назад целовал её у костра.

— Он просто струсил, — сказал Джеймс. — Это нормально.

— Нормально?

— Ну... для Сириуса. Он же вечно строит из себя крутого, а сам внутри — сплошные нервы и паника.

— Ты сейчас описал себя.

— Обидно. Но, может быть.

Они выбрались к опушке. Замок возвышался впереди — тёмный, огромный, с редкими светящимися окнами. Джеймс достал карту Мародёров и пробормотал заклинание.

— Филч на третьем этаже, — сообщил он. — Миссис Норрис в коридоре у больничного крыла. Идём через четвёртый.

Они пробирались по замку, как воры. Прижимались к стенам, замирали за доспехами, обходили скрипучие половицы. Питер дважды чуть не упал. Римус шикнул на него. Сириус шёл впереди, сверяясь с картой, которую забрал у Джеймса.

Элис шла последней. Она смотрела на его затылок и пыталась понять, что происходит в его голове.

«Поцеловал. И теперь делает вид, что не было. Зачем? Почему? Что это значит?»

Полная Дама посмотрела на них с подозрением, когда они наконец добрались до башни.

— Пароль? — процедила она.

— Абрикосовые пироги, — выдохнул Джеймс.

Портрет распахнулся. Они ввалились в гостиную, уставшие, перепачканные, пахнущие лесом и дымом.

Римус сразу направился к лестнице.

— Я спать.

— Я тоже, — Питер поспешил за ним.

Сириус тоже шагнул к лестнице, но Джеймс поймал его за рукав.

— Стоять.

— Что?

— Ну? — Джеймс скрестил руки на груди. — Что у вас с Элис?

— Ничего.

— Врёшь.

— Мы разговаривали. Просто разговаривали.

— Просто разговаривали? — Джеймс прищурился. — И поэтому вы отпрыгнули друг от друга, как от огня?

Сириус молчал. Его челюсть сжалась.

— Я знаю правду, Блэк, — сказал Джеймс.

— Ничего ты не знаешь.

— Знаю. Элис мне рассказала.

Сириус замер. В полумраке было видно, как его лицо медленно краснеет.

— Что рассказала? — спросил он тихо.

— Что вы поцеловались.

— Это не... мы не... — Сириус запнулся. Это было так не похоже на него, что Джеймс не выдержал и заржал.

— Ты покраснел! Сириус Блэк покраснел!

— Заткнись, Поттер.

— Не могу. Это лучший день в моей жизни.

— Я тебя убью.

— Попробуй. Только сначала расскажи, как ты докатился до поцелуя. Это был твой план? Или само вышло?

— Ничего не вышло, — огрызнулся Сириус. — Просто... момент был. И всё.

— Момент? — Джеймс покачал головой. — Дружище, это не «момент». Это годами копилось.

— Ты не понимаешь.

— Так объясни.

Сириус уставился в окно. Его лицо было напряжённым, как перед экзаменом.

— Я не хочу всё испортить, — сказал он наконец. — Мы с ней... у нас всё сложно. Она из другого времени. У неё там что-то было. И я не знаю, готова ли она. И готов ли я.

— А ты спроси у неё.

— Легко сказать.

— Легко, — согласился Джеймс. — Но ты попробуй. Потому что если будешь молчать, она решит, что ты её не хочешь.

Сириус резко повернулся.

— Не хочу? Я только о ней и...

Он осёкся. Джеймс ухмыльнулся.

— Вот видишь. Даже договорить не можешь.

— Иди к чёрту.

— Уже иду. Но подумай над моими словами.

Джеймс ушёл. Сириус ещё долго стоял в пустой гостиной, глядя на догорающий камин.

Элис не могла уснуть.

Она лежала на спине, глядя в тёмный потолок. В спальне было тихо — только ровное дыхание девочек и редкое поскрипывание старой кровати Марлин.

Мысли крутились в голове, как испорченная пластинка.

«Он поцеловал меня. Я ответила. Потом пришёл Джеймс. И теперь он делает вид, что ничего не было. Но целовал-то он. Или это я?»

Она прижала пальцы к губам. Всё ещё чувствовалось.

«Почему он не смотрит на меня? Почему ушёл вперёд? Почему не подошёл?»

Элис перевернулась на бок. Кулон лежал в тумбочке — она так и не достала его с тех пор. И правильно. Не до него сейчас.

«Может, он жалеет? Может, это была ошибка?»

В груди защемило.

«А может, он просто боится. Как я.»

Она не рассказала девочкам. Зачем? Они бы начали задавать вопросы, давать советы, а она не знала, что сама думает. Лили бы сказала «поговори с ним». Марлин бы предложила устроить засаду. Мэри бы покраснела и начала рассуждать о Барти.

Нет. Пока это слишком личное.

Элис закрыла глаза, но сон не шёл.

Утро наступило серое, сонное, с запахом дождя за окнами.

Элис спустилась на завтрак, чувствуя себя так, будто не спала вовсе. Голова была тяжёлой, глаза щипало. Она села за гриффиндорский стол, машинально потянулась к чайнику.

Сириус уже был там.

Он сидел напротив, между Джеймсом и Питером, и что-то жевал, глядя в тарелку. Элис заметила, что он поднял глаза на секунду, когда она вошла, но тут же отвёл.

«Отлично. Просто отлично.»

— Доброе утро, голубки! — провозгласил Джеймс, расплываясь в улыбке.

— Заткнись, Поттер, — сказали Элис и Сириус одновременно.

Джеймс заржал.

— Вы даже говорите одинаково! Это судьба!

— Иди к чёрту, — добавила Элис.

— Не могу. У меня Защита от Тёмных искусств. И вообще, я нужен миру.

— Мир без тебя как-то справлялся, — буркнула Лили, садясь рядом с Элис.

— Но недолго и плохо.

Лили закатила глаза. Элис улыбнулась краем рта. Джеймс был невыносим, но в нём было что-то... уютное.

— Эли, — позвал он вдруг. — У тебя волосы как после драки с гиппогрифом.

— Это ветер, — ответила она.

— Ветер был ночью. Сейчас утро.

— Значит, ветер был сильный.

— Или ты просто не расчесалась.

— Заткнись, Поттер.

— Не могу. Я заботливый.

— Ты навязчивый.

— Это одно и то же.

Элис покачала головой, но губы дёрнулись. Джеймс озадаченно посмотрел на неё, склонив голову.

— Ты сегодня странная, — заметил он.

— Я устала.

— Это не усталость. Это... задумчивость.

— Не выдумывай.

— Я вижу. Ты думаешь о нём.

Элис молчала, уставившись в чашку. Джеймс вздохнул.

— Ладно. Не хочешь говорить — не надо. Но я рядом, если что.

— Спасибо, — тихо сказала она.

— Обращайся. Я же твой почти-брат.

— Ты мой почти-геморрой.

— Тоже сойдёт.

После завтрака все разошлись по урокам. День тянулся, как жвачка на подошве.

На Зельях Слизнорт дал варить Умиротворяющий бальзам — сложное, капризное зелье, требующее точности и терпения. Элис работала молча, сосредоточенно помешивая котёл.

— Что, Вэйл, после ночных прогулок по лесу зелья не варятся? — раздался голос Розье с соседнего ряда.

Элис не подняла глаз.

— Варятся. В отличие от твоих мозгов.

Розье побагровел.

— Я слышал, вы вчера шлялись по Запретному лесу. Что, искали приключений на задницу?

— Искали. Нашли твоё отражение в луже.

Слизнорт кашлянул, призывая к порядку. Розье что-то прошипел, но заткнулся. Элис снова повернулась к котлу.

Краем глаза она видела, как Сириус сжимает кулаки. Но он ничего не сказал. Просто продолжал работать.

«Ну и ладно», — подумала она. — «Справлюсь сама.»

На Заклинаниях Флитвик разбил их на пары для отработки заклинания щита. Элис попала в пару с Мэри.

— Ты сегодня какая-то тихая, — заметила Мэри.

— Устала.

— Это из-за ночной прогулки?

— Типа того.

— А что вы там делали? Джеймс говорил, вы искали светящееся растение.

— Нашли. Оно светилось. Потом на нас напал пёс.

— ЧТО?! — Мэри вытаращила глаза. — На вас напали?

— Ш-ш, — Элис прижала палец к губам. — Всё нормально. Мы убежали.

— Вы сумасшедшие. Просто сумасшедшие.

— Знаю.

Мэри покачала головой и снова подняла палочку. Элис выставила щит, отбивая её заклинание. У неё получалось хорошо — рефлексы, выработанные годами тренировок, не подводили.

После урока она шла по коридору, когда сзади раздался голос:

— Вэйл.

Она обернулась. Розье стоял у стены, скрестив руки. Рядом — Мальсибер и какая-то слизеринская мелочь.

— Что тебе нужно?

— Я не забыл про дуэль, — процедил он. — И про то, как ты меня разукрасила.

— Это была тренировка.

— Для тебя. Для меня — унижение.

— Ну, извини. В следующий раз подставлюсь.

Розье шагнул ближе. Элис не отступила.

— Ты пожалеешь, — тихо сказал он. — И твоя грязнокровая подружка тоже.

— Тронь Лили — и я тебе не только лицо расцарапаю.

— Угрожаешь?

— Предупреждаю.

Розье ухмыльнулся и развернулся. Слизеринцы ушли, гогоча. Элис выдохнула.

На Травологии Джеймс снова флиртовал с Лили.

— Лили, — начал он, плюхаясь рядом с ней на скамью, — ты сегодня особенно красивая.

— Поттер, отвали.

— Но я же стараюсь!

— Старайся тише.

— Я не умею. Я вообще по натуре громкий.

— Это заметно.

Элис сидела напротив, пересаживая какое-то колючее растение, и улыбалась. Лили поймала её взгляд.

— Не смейся. Лучше разберись со своим Блэком.

— Он не мой.

— Ну-ну.

— Лили, — встрял Джеймс. — А что если я скажу, что ты красивее, чем цветение мандрагоры?

— Это ужасный комплимент.

— Но искренний!

— Поэтому и ужасный.

Элис засмеялась. Джеймс оскорбился, но ненадолго.

После уроков Элис пошла к озеру. День был серым, но не холодным. Ветер гнал по воде мелкую рябь. Она села на траву, обхватив колени руками.

Через десять минут рядом плюхнулся Джеймс.

— Я знал, что ты здесь.

— Неужели?

— Ага. Ты всегда сюда ходишь, когда думаешь.

— Я не думаю.

— Врёшь.

Он лёг на траву, закинув руки за голову. Некоторое время они молчали.

— Как ты вообще живёшь с этим? — спросила Элис.

— С чем?

— С Лили. Ты же... всё время вокруг неё. А она отшивает. Разве не больно?

Джеймс пожал плечами.

— Больно, — признался он. — Но ещё больнее было бы не пытаться.

— Это глупо.

— Возможно. Но я не умею по-другому.

Элис вздохнула.

— А если она никогда не ответит?

— Тогда я хотя бы буду знать, что сделал всё, что мог.

Она посмотрела на него. Джеймс лежал с закрытыми глазами, и лицо у него было спокойное.

— Ты сильнее, чем кажешься, — сказала она.

— Я знаю.

— И скромнее.

— Тоже знаю.

Они помолчали. Потом Джеймс вдруг вскочил.

— А ну вставай.

— Зачем?

— Пойдём под дерево.

— Какое?

— Вон то. — Он указал на старый дуб у опушки.

— Зачем?

— Просто так.

Элис закатила глаза, но поднялась. Они дошли до дуба и сели под ним, прислонившись к шершавому стволу.

— Ну? — спросила она.

— Ничего. Просто хотел с тобой посидеть.

— Ты странный.

— Я в курсе.

Они снова замолчали. Ветер шелестел листвой. Элис вдруг почувствовала, как её кто-то хватает за ногу.

— ЧТО ЗА—

Джеймс дёрнул. Элис взвизгнула, когда мир перевернулся. Джеймс схватил её за лодыжки и поднял вверх ногами.

— Поттер! Опусти меня!

— Не-а.

— Я серьёзно! Голова кружится!

— Это полезно. Кровь приливает.

— К твоей тупой башке!

— Эй!

Она дёргалась, но Джеймс держал крепко. Его лицо было где-то внизу, ухмыляющееся, довольное.

— Ну что, Вэйл? — спросил он. — Живее стало?

— Ты придурок!

— Это да.

Он наконец опустил её. Элис рухнула на траву, пытаясь отдышаться. Волосы упали на лицо. Джеймс заржал.

— Видела бы ты себя!

— Я тебя убью!

— Попробуй.

Она швырнула в него горсть травы. Джеймс уворачивался, смеясь. Элис сама не заметила, как начала смеяться в ответ.

И на секунду всё стало проще.

Вечером Элис сидела у окна в спальне, глядя на закат.

«Он не смотрел на меня весь день. Не подошёл. Не сказал ни слова. Может, он действительно жалеет? Или просто не знает, как реагировать?»

— Ты опять думаешь о нём, — Лили тихо села рядом.

— Не могу перестать.

— Поговори с ним.

— Я не знаю, как.

— Просто скажи, что чувствуешь.

— А если он не чувствует того же?

Лили положила руку ей на плечо.

— Он поцеловал тебя. Значит, чувствует.

— Стой. Откуда ты знаешь?

— Обычно вы всегда вместе, а сейчас нет. И по подколкам Джеймса не сложно понять.

— Тогда почему он игнорит меня весь день?

— Может, он тоже боится.

Элис промолчала. Лили была права. Наверное.

— Я поговорю с ним, — сказала она. — Только не сегодня.

— Хорошо.

Лили ушла. Элис ещё долго сидела у окна, глядя, как темнеет небо.

«Может, завтра всё изменится», — подумала она.

И уснула с этой мыслью.