громче казанских улиц//слово пацана

пятнадцатое ноября, 14:30. на улице столбик термометра покатился к отметке минус двадцать восемь градусов. в самой школе стоял шум, уроки давно закончились, но учителям не удавалось разогнать школьников по домам. вся детвора, младшие классы и десятиклассники толпились и у дверей третьего этажа, потому что из актового зала доносились первые звуки гитарных аккордов и настройка колонок. флюра габдуловна ходила по третьему этажу, делала важный вид, что проверяет порядок, но каждый раз, проходя мимо дверец актового зала, при задерживала шаг и прислушивалась к чистому голосу сирен. на сцене универсам ставили аппаратуру. адидас младший и ералаш волокли тяжелый усилитесь и толстые провода. суворов сидел на корточках и сбитыми пальцами закручивал что-то на колонках. в этот момент на сцену поднялась амина, на ней было аккуратное школьное платье и белый фартук.

— ну, долго вы будете? — бахтиярова встала у края сцены ровно над маратом, сложив руки на груди, и насмешливо наблюдая за его мучениями с отверткой
— слышь, я ради вас физику прогулял, колонки с первого этажа таскал! — татарин замер, медленно поднял голову вверх, встречаясь с ее взглядом, и на его лице расплылась наглая ухмылка. он поднялся с колен, вытер измазанные ладони о школьные брюки и подошел к кареглазой вплотную
— а кто тебя просил физику прогуливать, а? — чуть подавшись вперед, спросила амина
— давай, пой уже! — с улыбкой хохотнул брюнет, но не удержался,протянул руку и зацепил ее за пальцы, притягивая чуть ближе к себе
— смотри только, чтоб челюсть не отвалилась — амина от его прикосновения слегка смутилась, но руку убирать не стала.
— не отвалится, можешь не переживать — с нежностью ответил парень

туркин крутится вокруг жанны, а рядом разворачивалась другая любовная линия. регина сидела на деревянном стуле у края сцены, держа на коленях свою любимую гитару. ее глаза были спокойными и сосредоточенными, а пальцы настраивали разболтанные струны. после безнадежных попыток рахимова отложила гитару, тяжело вздохнув. зима подлетел к ней, выхватывая у нее из рук инструмент, и за пару секунд настраивая

— на, регинка! — вахит подал гитару обратно. блондинка взяла ее, провела пальцами по струнам и раздался четкий звук,гитара зазвучала чисто и ровно.
— спасибо — сказала регина, подняв на него взгляд, ее щеки налились легким румянцем
— делов-то — парень поправил школьный пиджак и подал ей в руки бумажный сверток — повариха из столовки подогрела, ешь! — рахимова взяла горячую ватрушку, откусила кусочек, чувствуя приятный вкус. она посмотрела на его лицо, на побитые костяшки и поняла - с ним не пропадешь

на последнем ряду зала андрей сидел один. он видел, как зима стоит у гитары регины, как пацаны помогают сиренам. пальто помнил слова регины, сказанные в коридоре. в его душе смешивались обида, зависть и чувство одиночества. парень сжал кулак, встал с сиденья и, никому ничего не сказав, тихо вышел из актового зала. он спустился по лестнице на первый этаж, забрал из гардероба свое пальто и вышагнул за пределы школы. на улице лютовала метель, васильев шел сжимая в руках дипломат и спрятав нос в шарф. он не заметил, как от обочины проезжей части тихо отделилась черная волга. машина плавно затормозила у тротуара прямо перед ним, перекрывая ему путь через заснеженный переулок. двери распахнулись, и из темного салона на мороз вышагнули две массивные фигура

— стой, малец! — рявкнул первый, хватая андрея за шиворот пальто
— вы кто?! — выкрикнул андрей, пытаясь вырваться
— заткнись. где девушки? — бандит расстегнул кожанку, показывая рукоять пистолета за поясом
— я...я ничего не знаю! — пальто дернулся, его лицо побледнело, а ноги стали ватными
— ты все знаешь...если будешь молчать или побежишь к главному - мы тебя не тронем, а вот за сестренку твою уж как пойдет.. — второй амбал подошел вплотную и нагнулся к его уху, делая голос холодным, с легкой усмешкой. при упоминании сестренки юли у андрея перехватило дыхание. дикий, удушающий страх за пятилилетнюю юлю паразиловал его
— в подвале они.. на космонавтов 18! — в ту же секунду в васильеве вспыхнула обида на универсам, на тех, кто оттолкнул его — у них там качалка. завтра в шесть все уходят на сборы на коробку. подвал останется пустой, там будут только они! — задыхаясь от страха, выложил он
— вот и молодец — мужчина отпустил его — завтра в пять ждешь нас у аптеки — бандиты сели в волгу и уехали, а андрей остался стоять с лицом, на котором замер ужас, стыд и осознание того, что он только что сделал

вечер, в подвале. на плите стоял чайник, лежали недоеденные куски хлеба, пачка сигарет и кружки, с въевшимися каплями крепкого чая. марат смотрел на амину, в его душе все менялось с каждым днем. он впервые встретил девчонку, ради которой был готов пойти напролом через всю казань. бахтиярова была не просто красивой певицей, в ней текла кровь рустама, про которого разговоры вели - только с уважением.

— так, пацаны, слушай сюда все — из каптерки вышел вова — завтра день ответственный, в два часа ведем девчонок в актовый зал, помогаем все расставить и включить. после забираем, отводим обратно. в шесть сборы, всем быть на коробке — адидас серьезно оглядел универсам — не опаздываем, без зихеров — хмуро добавил суворов и пацаны закивали. никто из них даже не догадывался, что именно этот график пальто уже сдал чужакам.

вова замолчал, обведя подвал тяжелым взглядом. в качалке ненадолго повисла тишина, слышно было только, как закипает чайник

— когда в качалке будете - не высовываетесь. поняла? — марат повернулся к амине, строго зыркнув
— поняла. вы главное сами на сборах не застряньте — амина насмешливо прищурилась, но противоречить не стала. в скором времени пацаны разошлись по своим углам, а девчонки устроились на матах