громче казанских улиц//слово пацана

второй концерт группы «сирены» кардинально отличался от первого. если пару дней назад зал забила уличная шпана, школьники и бедные студенты, то сегодня у дк выстроилась длинная очередь представительских черных машин.  организаторы быстро поняли, какой ажиотаж вызвало появление группы. в коридоре стоял тяжелый,  дорогой дух: пахло французскими духами, шубами, кожаными пальто, коньяком и табаком. элита пришла  с женами в норковых шубах и дочерями, желая показать свой статус. для аркадия сергеевича этот вечер был пиком счастья. в служебном коридоре за кулисами продюсер буквально вышагивал от гордости. он надел лучший пиджак,а в руке сжимал кожаный дипломат, набитый пачками купюр. мужчина с грохотом ворвался в гримерку и замер на пороге, поправляя часы на запястье

— так, сопли подтерли! — гаркнул аркадий, обводя девчонок взглядом — в зале сидят люди, которые одним звонком могут весь этот дворец культуры купить! не фальшивим, овцы! поняли меня?!

сирены стояли перед большим зеркалом, никто из них даже не вздрогнул от крика продюсера,если конечно не учитывать слегка боящуюся аню. амина застегивала ремень на джинсах варенках. рядом  жанна поправляла начес, зафиксированный сплошным слоем лака. аня заправляла русую косу за плечо, поправляя блузку, а регина проверяла гитару

— ты закончил орать? — ровным, прохладным тоном спросила бахтиярова, проворачиваясь к нему корпусом — зал ждет
— ты у меня договоришься, бахтиярова.. — лицо сергеича налилось багровым румянцем. он сделал шаг ближе, сжимая ручку от дипломата с бабками — пасти их! чтобы от сцены ни на шаг! — зарычал аркадий двоим своим охранникам, а затем выскочил из гримерки

универсам на этот концерт  билеты не покупали. сидеть в зале второй раз и слушать те же песни им было незачем, да и деньги тратить пацаны не привыкли.  вова договорился с администрацией о крышевании порядка. на такие закрытые мероприятия вечно слеталась шпана с других районов. поэтому группировщики держали под контролем всю территорию: зима и турбо с пацанами постарше дежурили около машин, отгоняя чушпанов и делая вид, что смотрят за порядком. а марат вместе с пальто, ералашем и фантиком  контролировали служебный вход и проход за кулисы.  в зале гас свет, директора поправили галстуки, их жены замерли. на сцене вспыхнули прожекторы. лучи  фиолетового, розового и желтого света прорезали темноту.и на сцену вышли все четыре сирены, девчонки двигались на сцене синхронно, подхватывая партии друг друга, создавая то звучание, от которого гремела вся страна. группа открыла концерт песней  — «наступает ночь». хабирова и бахтиярова вели главный запев, а на припевах аня и регина раскладывали идеальную гармонию. зал ахнул, даже строгие директора заводов,привыкшие к скучным выступления, поддались музыке. следом без паузы врезался еще один хит — «бухгалтер».

— мне надоело петь про эту заграницу,
надену валенки и красное пальто,
пойду проведаю любимую столицу,
хоть в этом виде не узнает и никто!
возьму с собой я на прогулку кавалера,
он песенки  мои все знает наизусть,
не иностранец и не сын миллионера,
бухгалтер он простой, да ну и пусть! — девушки двигались у края сцены. блестящие куртки отбрасывали сотни бликов в темноту зала. директора заводов сидели неподвижно, завороженные чистым пением сирен. а  на окончание концерта девчонки выдали новую песню, которую только недавно записали — «вишневая девятка».

— твоя  вишнёвая девятка
меня совсем с ума свела,
твоя  вишнёвая девятка
покой мой напрочь отняла.
твоя вишнёвая девятка
опять сигналит за окном,
твоя вишнёвая девятка,
ты полюби её потом — зал взорвался, директора заводов, их жены и дочери начали хлопать и петь хором вместе с группой

все четыре девушки подошли к самому краю сцены. амина, поющая припев в центре, на секунду глянула за кулисы, на служебную дверь. там, в тени тяжелой красной шторы, стоял адидас младший. суворов стоял, прислонившись спиной к косяку, засунув руки в карманы штанов. парень смотрел на ее пылающие глаза, на ее силу, на ее красоту. и когда бахтиярова допевала финальную ноту: «ты полюби ее потом», марат из темноты коротко, незаметно для зала подмигнул ей. концерт окончился, зал ревел от восторга пять минут. а спустя полчаса за кулисами праздник сменился суровой реальностью. директора заводов через организаторов передали девчонкам  огромные букеты и коробки с дорогим шоколадом. но к сиренам в гримерку их не пустили, продюсер лично перехватил гостей, забрал конверты с благодарностями и поводил их до самого выхода. когда аркадий сергеевич вернулся в гримерку, на его лице не было и капли благодарности

— все! отпели! — закричал мужчина, глядя на уставших девушек — завтра день отдыха! чтоб из общаги ни на шаг!
— вы обещали дать нам половину денег от концерта — тихо, с кипящей яростью внутри сказала амина, поворачиваясь к нему от зеркала — нам есть нечего
— половину денег?! — продюсер мерзко, с издевкой расхохотался — вы на мои деньги живете! все деньги уходят на технику! охрана! закрыть их к комнате и ключи мне отдать! — продюсер резко развернулся и выскочил в коридор. двое его упитанных охранников тут же встали у дверей, демонстративно звеня ключами. жанна с силой швырнула помаду в стену, выругавшись себе под нос.
девчонок отвели на третий этаж общаги. тяжелый замок на двери комнаты с скрежетом закрылся снаружи. бахтиярова подошла к промерзшему окну,  отскоблила небольшой кружок и глянула вниз. за окном опустилась глубокая ноябрьская ночь, снег тихо падал на улицы. девушка разглядела силуэт, который кутался в синюю куртку, поправляя кепку. это был адидас младший. увидев брюнетку в оттаявшем стекле, марат вытащил руку из кармана и помахал. бахтиярова улыбнулась теплой ухмылкой, и переслала жестовой привет ему в ответ. продюсер мог пересчитывать свои пачки денег, мог закрывать их на замки и грозить охраной. но он не мог отнять у нее этого пацана,который стоял на тридцатиградусном морозе, чтобы просто ее увидеть.

шестое ноября, день затишья между концертами. утро началось с тяжелого тумана, опустившегося на район. мороз на улице держался на отметке в тридцать два градуса. в комнате 314 было так тихо, что слышно было, как за стеклом воет метель. дверь была заперта на два оборота. в коридоре караулили двое охранников продюсера . они поочередно дремали и лениво играли в дурака, затягиваясь сигаретами и откровенно скучая. девчонки оказались в полной изоляции. амина сидела на подоконнике, поджав колени к груди. ее пальца замерли, а бахтиярова время от времени дышала на них обжигающим паром из рта.рядом у стола аня рудакова аккуратно поправляла цветы,подаренные ералашем. девушка делала это с нежностью, будто эти цветы были единственным напоминанием от тепле в этом городе  

— смотрите, девочки.. — тихо шепнула аня, касаясь пальцем пышного лепестка — в таком холоде стоят и не мерзнут. ни один лепесток не опал...
— потому что с душой подарены — ответила амина, не отрывая карих глаз от покрывшегося узорами окна
— сука, заперли как преступников! — жанна сидела на железной кровати, завернувшись в огромную куртку. она с шипением разминала затекшие пальцы рук — на кипятке и корках сидим!
— пусть запирает — подала голос регина рахимова, сидевшая у противоположной стены с нотной тетрадью на коленях. девушка аккуратно дописывала что то карандашом в тетради — он думает, что контроль держит, а сам все больше боится. он понимает, что здесь он - никто
— он пацанов боится — тихо добавила бахтиярова, продолжая разглядывать метель за окном

около трех часов дня в коридоре раздался тяжелый топот. дверь со скрежетом открылась, в комнату ввалился продюсер аркадий сергеевич. он выглядел дерганым и злым, а в руках он сжимал папку с документами. продюсер встал в дверях,опираясь о косяк. двое его охранников маячили у него за спиной

— ну че, сидите?! — насмешливо начал аркадий, обводя сирен горящим взглядом — ждёте, что вас ваши гопники спасут?!
— мы никого не ждем. только концерт — бахтиярова слезла с подоконника, скрестила руки на груди, и посмотрела на сергеича прямым, ледяным взглядом
— завтра сразу после концерта на вокзал! поезд «казань - свердловск»! — зарычал мужчина, развернулся и выскочил в коридор. за ним провернулась замочная скважина. в коридоре послышался смех охраны и шуршание карт.
— сука..чемоданы набил нашими руками и опять под замок! мразь! —  хабирова сжала кулаки до хруста суставов, с ненавистью глядя на закрытую дверь. аня рудакова испуганно вжалась руками в деревянный стол, ее глаза заплыли слезами.

амина глянула в окно и посмотрела вниз. там виднелся серый, занесенный снегом казанский двор. там, за холодными стенами, был другой мир. там были пацаны. бахтиярова знала: казань не прощает наглости чужакам.