По разные стороны сердца

Проснулась она от того, что его не было рядом. Постель ещё хранила его тепло, но самого Джуда в номере не было. Амелия приподнялась на локте, огляделась. Шторы задёрнуты, но сквозь них пробивался серый утренний свет.

— Джуд? — позвала она.

Тишина.

Она встала, завернулась в одеяло. Подошла к окну, отдёрнула край шторы. Внизу, у входа, стоял Джуд. Он разговаривал по телефону. Лицо его было напряжённым. Он жестикулировал — резко, нервно. Таким она его видела редко.

Амелия нахмурилась. Оделась быстро, спустилась вниз. Когда вышла, он уже убирал телефон.

— Что случилось? — спросила она.

— Ничего. Просто звонил менеджер. Волнуется.

— И всё?

— И всё.

Она посмотрела на него. Он отводил взгляд.

— Ты врёшь.

— Амелия...

— Я вижу, когда ты врёшь. Говори.

Он вздохнул.

— Клуб хочет, чтобы я вернулся. Срочно. Говорят, если не появлюсь, будут проблемы.

— Какие?

— Контракт. Спонсоры. Пресса. Всё серьёзно.

Она скрестила руки на груди.

— И ты поедешь.

— Мне нужно.

— Сейчас? После всего, что было?

— Именно поэтому. Чем дольше я прячусь, тем хуже.

Амелия смотрела на него. Внутри снова поднималась тревога.

— А как же Лика? Документы? Всё, что мы начали?

— Я вернусь. Обещаю. Просто решу вопросы с клубом и вернусь.

— Когда?

— Завтра. Максимум послезавтра.

Она молчала. Он подошёл, взял её за руки. Ладони у него были тёплыми, а у неё — ледяными.

— Я не бросаю тебя. Просто есть вещи, которые нужно закрыть.

— Ты снова уезжаешь, — прошептала она.

— И вернусь. Клянусь.

Он поцеловал её в лоб. Она закрыла глаза. Ей хотелось верить. Но внутри что-то сжималось.

— Хорошо, — сказала она. — Поезжай. Но если не вернёшься — я сама тебя найду. И тогда пощады не будет.

Он усмехнулся.

— Договорились.

Он уехал в тот же день. Собрался быстро, без лишних слов. Перед уходом поцеловал её — крепко, будто хотел запомнить. Она смотрела, как он садится в машину, как заводит мотор, как уезжает. И внутри всё сжималось от нехорошего предчувствия.

В гостинице стало тихо. Слишком тихо. Амелия сидела на кровати, смотрела в окно и думала.

Что-то было не так. Она чувствовала это. Но не могла объяснить.

Он звонил ей через час. Сказал, что доехал, что всё в порядке. Голос был ровным, но каким-то чужим. Она не стала задавать лишних вопросов. Просто попросила быть осторожным.

А к вечеру, когда она включила новости, всё встало на свои места.

«Джуд Беллингем сделал заявление для прессы. Футболист сообщил, что не встречается и никогда не встречался с Амелией. По его словам, она — просто девушка, которая когда-то работала на его отца».

Амелия замерла. Пульс ударил в висках.

Она перемотала. Включила сначала.

Вот он. Стоит перед камерами. Красивый, собранный, чужой. В дорогом костюме, с идеальной укладкой. Он говорит спокойно, почти равнодушно:

«Я не имею к ней никакого отношения. Всё, что вы видели, — вырвано из контекста».

Она смотрела на экран, не мигая. Потом выключила телевизор. В номере стало темно.

Она сидела неподвижно. Внутри всё рушилось.

Он предал её. Перед всеми. Так же, как когда-то отец. Так же, как мама. Как все.

А она верила. Снова.

Она закрыла лицо руками. Слёз не было. Только пустота.

А потом она встала. Собрала вещи. Вышла из номера.

Куда идти? Она не знала. Но знала одно: в этом городе оставаться нельзя.